Носители. Сосуд

Лаженицын Иннокентий

Последний раз скрипнув старыми стульями, мы с Васей встали и вышли из кабинета.

– У тебя нет ощущения недосказанности и бессмысленности этой встречи? – спросил я у Злорадства, пока мы шли по коридору к выходу.

– А ты что ожидал? Он и так довольно откровенно тебе сказал, что тебе не надо делать. И более того, мне кажется, большей информацией они и сами не располагают. Сивка так и не был найден, Скука говорит правду.

– А что по поводу экипажа скорой помощи, установившего смерть? – вспомнил я.

– Что ты

у меня-то спрашиваешь? Я все время с тобой был, откуда мне знать? – пожал плечами Вася.

Мы поднялись по лестнице и наконец-то покинули подвальное помещение.

– Ну как прошло? Все целы и здоровы? – поинтересовалась Нежность. – Я рассчитывала увидеть более бледные лица. – Место пилочки в ее руках уже занял лак, которым она обильно покрывала ногти.

– Да мы общались-то меньше пяти минут, даже непонятно, зачем нас вызвали, – ответил Злорадство.

– Познакомиться. Посмотреть, кто вы такие есть, насколько лояльно настроены, будут ли с вами проблемы, чего от вас ожидать. Вы тут не ради себя были, а ради него, – подытожила она и вернулась к своим ногтям.

– Раз так, то мой подопечный показал себя в полной мере нелояльным и некомпетентным носителем, – вздохнул Вася.

– Всего за пять минут и столько удалось показать? – улыбнулась Нежность, вновь подняв глаза на нас. – У него явный талант.

– С этим не поспоришь, – согласился Злорадство. – Его талантам нет числа, поиск приключений на свою голову – его визитная карточка, – попытался Вася неудачно пошутить. – Ладно, Марин, удачи, пошли мы, – попрощался он с Нежностью.

– Оставь ее себе, вам она куда нужнее, – подмигнула она.

Вася направился к выходу, я шел следом. Моя голова была занята анализом и сопоставлением общения с комиссаром и сообщения Видящего. С одной стороны, мне было сказано не лезть в расследование и жить обычной жизнью, с другой – непрозрачно намекали, что меня окружает вранье и самое опасное из них – со стороны комиссаров.

– Нужно встретиться с Видящим, – неожиданный голос Ненависти в голове заставил меня вздрогнуть.

Одно дело – общаться со своим чувством во снах, совсем другое – услышать его четкий голос наяву. Потому данный факт очень напряг меня, поговорить об этом я мог только с одним человеком, что и поспешил сделать.

– Вась, ты когда-нибудь слышал голоса? – спросил я Злорадство, когда мы вышли на улицу.

– Что ты имеешь в виду? – он закурил.

– Мне периодически снится, что я общаюсь со своей Ненавистью. И вот сейчас отчетливо слышал ее голос.

Василий глубоко затянулся, посмотрел мне в глаза несколько секунд.

– Глаза вроде в норме, – в задумчивости произнес он. – Если носитель слышит свое чувство, это явный признак скорого окукливания. Хотя, как правило, носитель не отдает себе отчета, что это голос чувства, принимая его за собственные мысли и решения.

– Я четко разделяю свои мысли и его голос. Да и не побуждает оно

меня ни на какие неадекватные действия вроде. – Мне было трудно оценить, насколько желание встретиться с Видящим является адекватным в данной ситуации.

– Не знаю, что тебе сказать. Мне хватает твоих странностей. Если к нашим с тобой отношениям еще прибавятся мнение и взгляды на жизнь твоей Ненависти, то по нам можно будет снимать тупой комедийный сериал, – делая очередную затяжку, сказал Злорадство. – Считаем, что этого разговора не было, как замечу признаки твоего окукливания, сразу убью, не переживай.

– Спасибо, всегда знал, что на тебя можно положиться, – натянул я дружелюбную улыбку.

– На меня можно, – серьезным голосом подтвердил Вася, не заметив иронии. – Больше нам тут делать нечего, куда направимся? Тебе бы перекусить, а то уже черт знает сколько голодный ходишь, вон уже с чувством разговариваешь.

– Я перекусил, мне нормально.

– Когда успел? – удивился Злорадство.

– Когда людей бросают, им свойственно испытать ненависть, – намекнул я.

– Шустрый, – на секунду он задумался, – не мне тебя судить. Так каковы твои предложения?

– Хочу встретиться с Видящим, – тянуть кота за хвост не имело смысла, я сказал прямо.

– Вроде бы к ним можно записаться на прием, – Злорадство не до конца понял меня, – но там, скорее всего, очередь, и займет она не менее недели с учетом нынешних чрезвычайных ситуаций.

– Мне нужно встретиться с ним лично, вне конторы, – пришлось разжевать Васе.

– Ты дурачок? – как ни странно, он несильно удивился моей просьбе. – Только что тебе сказали никуда не лезть, и ты сразу же решил заявиться к Видящему на квартиру?

– Не заявиться, а навестить коллегу в свободное от работы время. И только ты мне можешь помочь узнать его адрес.

– Во-первых, оставь свои человеческие замашки в прошлой жизни, нет тут никаких коллег, во-вторых, с чего это я должен тебе помочь?

– Потому что на тебя можно положиться, – напомнил я ему его же слова. – Вокруг меня происходит что-то очень странное. Поставь себя на мое место, стал бы ты сидеть без дела и просто смотреть, как твоя судьба плетется чужими руками? Я просто хочу пообщаться с Видящим в твоем присутствии. Если ты посчитаешь, что нам необходимо доложить комиссарам об этой встрече, я тут же это сделаю.

Вася стоял в задумчивости.

– Мне нужно забрать ключи от квартиры у Савы, он наверняка в конторе, – заговорил он наконец. – Займет это минут пятнадцать. Надеюсь, ты успеешь сделать все свои дела в Архиве.

– Успею, – кивнул я.

– Заведующий архивом – Жадность. Скажешь ему: «Привет от Васи с Селигера—73». Через пятнадцать минут встречаемся тут.

Вася, выкинув бычок щелчком, направился на второй этаж конторы, меня же ждал Архив, находящийся в очередном подвале, но с другой стороны здания.