Небесный всадник 2
Шрифт:
Потому что проход представлял из себя почти полностью затопленную пещеру, где воздуха было у самого потолка буквально с нихрена. То есть я там даже голову полностью вытащить не смогу. Я её бы и не заметил, если бы случайно не свалился здесь в воду. И тем не менее это был хоть какой-то проход, а иначе возвращаться обратно и искать какие-то ответвления или пытаться проскочить мимо того дракона.
С драконом было всё ясно, но вот найти другой проход выглядело достаточно перспективно. Другое дело, что он может увести меня ещё глубже. Ну или пытаться ползти этим путём, надеясь не захлебнуться…
В
Ладно, попробуем… если что, всегда смогу вернуться обратно.
Я медленно опустился в воду, чувствуя, как от холода всё снизу сжалось. Сначала по пояс, потом по грудь, а затем и по шею, до последнего удерживая факел над головой. Подобрался к пещере и погрузился в воду уже по самые губы, после чего осторожно заплыл внутрь. Главное, что для факела оставалось место, который хоть как-то освещал округу, да дышать было чем.
И я вновь начал свой путь в неизвестность.
Моя клаустрофобия как родилась, так и подохла в этих пещерах, так как человек тварь довольно адаптивная, привыкает ко всему, и я привык тоже. Потихоньку, понемногу я продвигался вперёд, цепляясь за трещины в потолке, уходя всё дальше и дальше. Очень быстро исчез и свет за моей спиной из грота, после чего только шипящий факел, который лизал пламенем каменный свод, и остался единственным источником освещения.
Порой пещера немного поднималась, иногда она уходила так, что воздух я ловил одними губами, а пламя едва-едва не тухло, из последних сил сияя пламенем. В некоторых местах я мог чувствовать дно под ногами, а где-то, казалось, подо мной бездонная пропасть, и что там внизу, я старался не думать, как и о том, что там может обитать. Про холод я вообще молчу, перестал его чувствовать ещё в самом начале.
Было сложно сказать, сколько времени это заняло. Узкие проходы сменялись такими огромными залами, что приходилось плавать и искать проход дальше с замиранием сердца и страхом проход дальше.
Я веселился как мог, и бог свидетель, обстановка этому всячески способствовала. Я даже отрубался местами, отключаясь в одной части пещеры и очухиваясь в другой. А конца края даже и не видно этому было…
До поры до времени.
И сейчас, глядя на свет, который едва пробивался под водой, я не мог поверить своему сраному счастью. Это точно был дневной свет, тут ошибки быть не могло, потому что он характерно переливался волнами, как на морском дне бывает, я уж точно знаю, о чём говорю. Только вот нырять надо…
Эх, факел, был ты мне другом, но тут у нас пути расходятся…
Я опустил его в воду, и пламя прощально зашипело, после чего опустилась темнота. Теперь единственным источником света было переливание света на дне. Значит, выход находился где-то в потолке. И вряд ли далеко, раз свет досюда доставал.
Долго раздумывать я не собирался, просто нырнул с открытыми глазами и поплыл на свет. Конечно, с открытыми глазами плавать то ещё удовольствие, но так я мог хотя бы ориентироваться. Гребок, гребок, я плыл во всю оставшуюся
Погодите-ка…
Вот это «погодите-ка» и оказалось моей последней мыслью, потому что в следующую секунду меня потащило с такой силой, что там хрен чё-как выгребешь. Я попытался схватиться за что-нибудь, но в лишь выдернул хрупкую породу, с которой меня и унесло, после чего я вдруг оказался на поверхности.
На поверхности? Ага, да щас, блин! Меня выбросило вместе с потоками воды нахрен в воздух, и я с запозданием понял, что падаю с водопада, прежде чем плашмя удариться о воду. Ощущения… кайф, конечно, как будто доской отлупили, но будто этого было мало, меня ещё и утягивать начало потоком на глубину.
Но я не для того так долго выбирался, чтобы сейчас тут утонуть. Цепляясь за всё подряд, я медленно вытаскивал себя из водоворота, чувствуя, как горят лёгкие от недостатка воздуха. Толчок за толчком, хват за хватом, пока не почувствовал, что поток ослабевает, после чего что есть сил погрёб подальше от течения, устремившись к поверхности. Я уже вообще не видел, в глазах темнело, лёгкие жгло, и я чувствовал, как начинаю захлёбываться…
После чего вынырнул на поверхность, с хрипом хватая воздух ртом. В ушах гудело, в глазах прыгали пятна от удушья, но даже при всём этом я отчётливо услышал писклявое и перепуганное:
— Какого хрена?!
И много других эпитетов крайнего удивления насчёт моего появления.
Купался сегодня здесь не я один, и другие такому сюрпризу были, судя по всему, крайне не рады.
Что очень быстро перетекло в «а не насадить ли этого человека нам на ножи».
Глава 52
Девушки. Ну, естественно, девушки (не думал, что скажу это, но я уже скучаю по мужскому обществу), кто ещё мог так бурно реагировать на меня? Они плавали вокруг меня, с трудом понимая, какого чёрта здесь происходит и откуда здесь взялся такой хороший, как я.
Но даже не это делало ситуацию резко хуже, а тот факт, что это были серокожие. Очень сложно было не заметить их белоснежные волосы и серую кожу с характерно длинными ушами. Уже этот факт делал моё существование небезопасным, ну а появление в столь интимный момент…
Короче, помня разговоры о том, какие у них тут порядки, моё незавидное будущее выглядело как что-то между «убьют» и «сделают рабом», если меня схватят. Да только, в отличие от них, я, переживший кучу хреноворотов в последнее время и перепрыгивая из одной жопы в другую, среагировал в разы быстрее.
Не успели они ещё толком что-то сообразить, а я уже что было сил погрёб к берегу.
— А ну стой, тварь! Стой, я приказываю тебе! — раздался мне вдогонку обиженный визг. — ЛОМОТЬ! ВЗЯТЬ ЕГО!
Я как раз добрался до берега, когда появился тот самый Ломоть. Я думал, это собака или что-то в этом духе, но на пляж из кустов выскочил человек такой мордоворот под два метра ростом с дубинкой в руке, с которым я бы раньше предпочёл не встречаться.
— ОСТАНОВИ ЭТУ МРАЗЬ!
Но это раньше.