Не скрыть

BornToRuin

Его приближение Кассандру немного смутило: с каждым его наступлением она делала несколько шагов назад, стараясь не сокращать дистанцию между друг другом.

— Да откуда тебе вообще знать?! Тебя это никак не касается. Проваливай с моего пути, пока я не позвала маму.

— Тогда достанется и тебе. Не очень-то умно для такой хитрой, думающей наперёд охотницы, как ты, Кассандра. — брюнет остановился в паре метров от неё и скрестил руки на груди.

Ведьма же раздражённо цокнула языком.

— Чего пристал ко мне? Иди донимай Бэлу, пока ещё возможность есть. Она точно против не будет. — и плутовато улыбнулась,

повторив жест парня, складывая руки на груди.

— Ночью шёл снег, — твёрдо произнёс он. — Снаружи, скорее всего, действительно холодно. Я не позволю тебе выйти туда.

— А кто тебя спрашивает?

— Погибнуть захотела?

— А ты? — девушка напрягла плечи и сдвинула в сторону часть плаща, демонстрируя скрытый охотничий нож, что крепко держался на ремне, полностью обмотанного бедра.

Стефан же просто развёл руками.

— Пытаешься угрожать обречённому на смерть? Мне терять уже нечего.

Но та лишь артистично подняла одну бровь, а потом закатила глаза.

— Что лучше: умереть прямо сейчас или ещё немного побегать? Уйди с дороги, пока я не перерезала тебе глотку.

И тут парня как осенило. Он прекрасно уразумел, что упрямую черноволосую ведьму ему не остановить вообще никак, но что если наружу напроситься вместе с ней? Возможно, он сможет выбраться из этой проклятой деревни и без помощи Герцога, без боя с Госпожой и никак не навредит трём её дочерям. Вряд ли Кассандра, лишённая, из-за мороза, своих нечеловеческих способностей, сможет остановить его. Он просто воспользуется её уязвимостью и скроется с глаз обескураженной колдуньи, которая даже сделать ничего не сможет. Мерзкий поступок, достойный труса, но это всяко лучше, чем простое выжидание жалкой смерти от когтистой руки Альсины Димитреску, разве нет? Что плохого в борьбе за жизнь до последнего? Брюнет больно прикусил язык. «То, что ты противоречишь сам себе, слюнтяй. Даёшь заднюю при первой же угрозе».

Стеф быстро помотал головой из стороны в сторону, прогоняя из разума собственный голос.

— Возьми меня с собой, — резко выдал он. — Я всё равно не дам тебе покинуть стены замка.

Ведьма задорно засмеялась.

— Ну ты и наглец. Думаешь, сможешь дуру из меня сделать? Даже не думай переступать порог. Тебе нельзя.

— Как и тебе.

Молодой человек перегородил собой путь ведьме, что хотела сделать шаг вперёд; и та гневно стиснула зубы, недоверчиво прищуриваясь, затем потянулась за ножом, что прочно держался на бедре.

— Перед тем, как ты убьёшь меня — я громко закричу, — шёпотом начал проговаривать брюнет, смотря прямо в её бледное лицо, находившиеся на одном уровне с ним. — На мой крик выбегут все. И твоя мать в том числе. Как ты будешь объясняться перед ней, почему на тебе уличная одежда? Повторюсь, мне терять уже нечего; и плевать я хотел, кто из вас меня убьёт, но вот тебе придётся встретиться с последствиями.

— Шантажировать меня вздумал? — на большое удивление Стефа, Касс не разозлилась, такое дерзкое поведение парня её даже не вывело из себя. Она только натянула хитрую улыбку на лицо будто охотно присоединилась в его начатую игру.

— Есть у кого учиться, — равнодушно бросил тот. — Ну так что?

— Катись…к чёрту. — с режущим, как нож, но довольным оскалом выплюнула она эту фразу. — Я не идиотка, глупыш. И тебе меня не провести,

как моих безмозглых сестёр. Прочь с дороги, пока твоё лицо не встретилось с моим ножом.

Черноволосая ведьма подняла лук с полным колчанном стрел, укутанные чёрной плотной тканью и, пихнув молодого человека плечом, направилась к спуску в Зал Четверых.

— Кассандра! — крикнул он ей в след. — Я не хочу, чтоб ты пострадала.

Колдунья остановилась, но не повернулась.

— Выйдешь за дверь, и я доложу Госпоже. — продолжил наставить брюнет, пристально глядя ей в спину. — Она накажет тебя, подобно сестрам…если не хуже. Прошу. Просто, дьявол тебя дери, возьми меня с собой!

— Да какой от тебя толк?! — не выдержав, вспылила брюнетка.

— Случись что — я буду рядом.

— Думаешь, я первый раз устраиваю такие вылазки? Думаешь, мне нужна помощь какого-то мужлана?! Сиди и жди, когда мама отойдёт и наконец покончит с тобой.

Средняя дочь Госпожи поторопилась спуститься в Зал Четверых, и Стефан незамедлительно, как хвостик, последовал за ней, совсем не думая прекращать попытки навязать ей свою персону.

— Какой же ты приставучий! — раздражённо воскликнула она, резко повернувшись в сторону парня.

— Ну так убей меня, — серьёзно заявил тот. — Положи этому конец. Давай же. Я всё равно не отстану.

Храбрость и уверенность взялись не пойми откуда. Стефан чувствовал, что этот вызов Кассандра не примет, не сможет, ведь ещё раньше и у неё была возможность покончить с ним, но она упустила её, ровно так же как Бэла, кою в своё время за это порицала. И упустит, разумеется, сейчас.

— Как ты мне…

Не успела черноволосая ведьма договорить, как в главной комнате послышались спешные шаги и отчётливый стук каблуков. Касс тут же спряталась за спину молодого человека, который в свою очередь проворно развернулся в сторону прохода, откуда шёл спуск в Зал Четверых. Стефана реакция брюнетки позабавила: его уголки губ незаметно устремились вверх, и он демонстративно заслонил колдунью собой. Её переменчивое настроение и впрямь не могло не вызвать улыбки. На их везение, в пустом проёме, отделяющий два зала, промелькнула не Леди Димитреску, не одна из её дочерей, а простая главная камеристка. Камелия даже не обратила на парочку никакого внимая; пронеслась, как пуля, совершенно не смотря по сторонам, отчего Кассандра облегчённо выдохнула. Какое безразличие она бы не строила, какую излишнюю смелость не проявляла, если мать узнает о её выходе — ей несдобровать. И брюнетка это понимала.

— Ладно, — сухо сказала она, махнув рукой. — Чёрт с тобой.

Торжествующая улыбочка на лице парня засияла во всю красу.

— Но ежели ты что-то задумал или попытаешься бежать — я повешу тебя, вскрою глотку и буду смотреть. Ты меня понял?

Стефан с натугой сглотнул вязкую слюну, затем утвердительно кивнул.

— Собираешься идти на улицу в этом? — невзначай спросила ведьма, проведя пальцем по воздуху

— Другого у меня нет.

Перед глазами Стефана загорелись те самые яркие язычки пламени, ненасытно поглотившие его заношенное, старенькое, но такое тёплое, дедовское пальто, а в голову проникли воспоминания, как он собирался позабыть о прошлой жизни, смирившись с участью, что постигла молодого парня. «И куда меня это привело? Снова в начало пути».