Не скрыть
Шрифт:
— Аргх! — зарычала та, не получив никакого отклика. — Всё маме расскажу!
Бэла же, воспользовавшись её переключением на молодого человека, сзади подошла к сестре и заломи той руки за спину.
— Прекрати! — приказала старшая. — Ты сейчас всех поднимешь и дом разнесёшь.
— Отпусти меня! — завопила Дана, начав импульсивно дёргаться, дабы высвободиться из сестринской цепкой хватки.
— Только, когда успо…
Не успела Бэла договорить, как Даниэла сильно запрокинула назад голову и затылком вдарила ей точно в переносицу. Младшая дочь Госпожи, вырвавшись из объятий блондинки, молниеносно сшибла свою, оглушённую ранним ударом, сестру на пол; и навалилась на неё всем
— И кто из нас самая умная?
— Слезь с меня. Немедленно!
Но Дана лишь издевательски хохотала и трепала старшую сестру за золотистые волосы, портив ей всю уложенную причёску. Несмотря на разного вида розни, споры и детские перепалки, Стефану впервые приходилось сталкиваться с подобным конфликтом сестёр, когда их ссора выходит за грани обыкновенных, малость обидных, обзывательств, посему он даже не представлял что делать в такой ситуации и каким образом унять драку. Однако, что-то предпринять всё же надо было. Брюнет быстро поднялся на ноги, выбежал из своего укрытия и стремительно подхватил рыжеволосую ведьму, снимая её с лежащей Бэлы. Разумеется, такому наглому своевольному поведению омерзительного мужлана, посмевшему прикоснуться к ней без её ведома, девушка рада не была. Как неожиданно она оказалась обвита в кольце мощных мужских рук, так и резко покинула его, обернувшись роем не менее рассерженных больших мух. И прежде чем разлететься по помещению, вся тучка сердитых букашек с большой силой устремилась ему в лице, оставляя красные пятна от болезненных укусов. Когда рой, наконец-то, растворился перед глазами, не успел молодой человек прийти в себя, как получил дюжий удар по щеке тыльной стороной ладони. От такой внезапной, внушительной атаки Стеф потерял равновесие и упал на колени, словно священник, смолившийся перед иконой. На правой ланите загорелся алый отпечаток, с каждой секундой приобретавший всё более тёмный оттенок красного цвета, а боль никак не отступала, только сильнее разгоралась новыми неприятными ощущениями.
— Я вскрою тебе брюхо и клумбу из тебя сделаю! — рявкнула она и нанесла ещё один удар по лицу брюнета, но намного сильнее.
У Стефана мигом закружилась головой, а из носа потекла первая быстрая струйка тёплой крови, капнувшая на воротник белой рубашки. В глазах мутнело, а в голове стоял звон, мешающий концентрироваться.
— Извинись — и я прощу тебя! — неожиданно заявила рыжая, схватив лицо потерянного молодого человека холодными ладонями. Её настроение скакало чересчур прытко, чем можно себе представить.
Он попытался произнести просьбу о прощении; приоткрыл рот, но губы только дёрнулись, а мысли не собирались в однозначные предложения, не позволяя вымолвить хоть что-то. И вновь не получив желанного ответа и реакции, Дана готовилась ещё раз шлёпнуть рукой по мужской выбритой щеке, как вдруг Бэла схватила её за волосы и больно оттянула огненную копну назад, задрав младшей сестрёнке голову. Та недовольно и болезненно зарычала, но уступать абсолютно не собиралась. Девушки вцепились друг другу в патлы; и как дикие кошки принялись шипеть, визжать и ни одна не собиралась отступать.
Сам главный виновник сие бардака мягкой куклой повалился на деревянное покрытие и закряхтел, когда правой бок лица столкнулся с твёрдыми досками. Кровь уже активно сочилась из ноздрей, пачкая шею, чистую одежду и роскошный пол, который отмывать будет самолично, если, конечно, повезёт остаться в живых. Брюнет попытался подняться на ладонях, дабы встать на ноги и разнять двух безумных девушек, пока те себе не навредили. Однако,
— Что здесь, ради всего святого, происходит?! — пронзительный голос Хозяйки и громкий стук каблуков о деревянные старые ступени тут же смогли привести его в чувства.
— Вашу ж ма-ать… — обречённо прошептал молодой человек и перестал предпринимать попытки подняться, смирилась с участью покойника. Наверное, подумал, что притвориться мёртвым — лучшее решение в подобной ситуации.
Леди Димитреску, будучи облачённой в чёрный длинный, слегка прозрачный халат, дозволяющий мельком разглядеть розоватые большие соски, незамедлительно спустилась с лестницы и расцепила двух своих названных дочерей, приподняв обеих за шкирки.
— Почему вы не постели, негодницы?! Устроили чёрт знает что! — она обращалась к каждой из них поочерёдно; сперва смотря на одну, что висела над полом справой стороны, затем на вторую — с левой. — Вам должны быть стыдно за такое мальчишечье поведение! Леди не позволительно вести себя таким образом!
И она спустила их обратно вниз.
— Что скажете в своё оправдание?
— Прости, мама… — жалобно промолвила Бэла, поправляя испорченный пучок. — Мы немного увлеклись.
Вдруг раздался издевательский смешок позади высокой Госпожи. Изо спины матери вышла Кассандра, одетая лишь в свою тёмную шёлковую сорочку; она злорадно хихикала и бросала на сестёр насмешливые взгляды, словно прямо сейчас стала единственной гордостью хозяйки этого места.
— Бэла присвоила себе мою собственность! — обиженно, как малый ребёнок, завопила Дана. Для полноты картины не хватало того, чтоб она зашмыгала курносым носиком и недовольно топнула каблучком.
— Я не присваивала ничего!
— Присвоила!
— ДОВОЛЬНО! — громогласно прозвучал по всей комнате, — а то и замку — приказ Димитреску. — Что опять у вас двоих произошло?!
Поняв, что дело начинает пахнуть жаренным, Стеф начал ползком добираться до надёжного укрытия за зелёным небольшим креслом. Однако, давалось ему это с трудом, отчего тот сипло закряхтел. Противный болезненный звук не мог остаться незамеченным.
— Ты! — сквозь белоснежные зубы выдала Альсина, гневно направляясь в сторону кое-как отползающего молодого человека.
— Они с Бэлой целовались, мама! — произнесла Даниэла неприлично тыча на свою старшую сестру пальцем.
— Нет! — немного испугалась блондинка. — Она врёт!
— А вот и нет!
— Я сказала хватит! — резко закричала Хозяйка, введя дочерей в некое подобие ошеломления. — Вам было запрещено приближаться к этому мерзавцу, — ядовито выплюнула она, схватив парня за запястье, так неаккуратно, что ладонь была направлена туда, куда и локоть; затем подняла вверх, что боль пронзила всю руку, и он был уверен, что если Госпожа резко её дёрнет, то сломает, без всяких сомнений. — Почему вы ослушались?! — глаз Леди Димитреску нервно задёргался. Видимо, поведение дочерей последний месяц злит слишком сильно. — А ты! Гадкий, отвратительный, похабный…мужлан! Как посмел протянуть свои грязные лапы к моим дочкам?!
Свободную руку леди немного отвела назад; и из тонких пальцев выпустила неизмеримо длинные острые когти. Стефану стало жутко. Возможно, этим самым Госпожа окажет ему услугу, избавив от душевных терзаний и физических страданий, но умирать было неописуемо страшно. Напоследок парень окинул беглым взором всех трёх девушек, мысленно прощаясь с каждой. На их лицах были совершенно разные эмоции: Даниэла язвительно улыбалась, в глазах Кассандры проглядывалось удивление, а ухмылка, что совсем недавно красовалась на бледной лице, куда-то пропала; испуг Бэлы же было просто не передать. Ничем. И это выражение кольнуло в груди сильнее всего.