Настоящее имя
Шрифт:
– Ты не так уж далека от истины, - он позволил себе улыбнуться. Пожалуй, Локи прав. Недолговечная человеческая порода творит чудеса с вашим мозгом. В нём такой потенциал, что живи люди хотя бы три-четыре сотни лет, и всем остальным народам пришлось бы потесниться, уступив место самым сильным и изобретательным. Наверное, нам следовало бы повнимательнее присмотреться к столь интересным созданиям. Эрсы, к слову, здорово просчиталсь, игнорируя Мидгард...
Тэсс тем временем вернулась к столу и размашисто развернулась возле его края, присев на него прямо напротив Каэрни, который занимал старинное резное кресло. Раненую ногу он устроил на небольшой скамеечке, принесенной Тэсс из "своего" дома, и выглядел полководцем, наблюдающим за сражением.
–
– она подхватила со стола и принялась перекатывать в ладонях тонкий бокал из красного стекла, в котором на донышке плескались остатки недопитого вина.
– Частично, - тёмный взгляд Каэрни, брошенный мимолётно, исподлобья, почти обжёг её. Скрыть чувства на сей раз не получилось. То ли умение ловить тончайшие невидимые нити, пронизывающие миры, то ли обострившееся восприятие чужих эмоций, то ли просто везение помогало этой мидгардке попадать со своими предположениями в цель всё точнее и точнее. Катрэй даже стал побаиваться, что ей уже не надо будет напрягаться, чтобы догадаться, какие еще тайны скрываются в тёмных углах асгардского замка...
– Катрэй, - Тэсс взмахнула руками и чуть было не сбила со стола очередную вазу с цветами, едва успев поймать её уже в полёте в сторону пола.
– Ой... прости... Катрэй, он сам мне всё рассказал.
– Что?.. Один - сам?
– пока тот заворожженно следил за стремительным броском вслед за падающей вазой, и запоздало подумал, что раньше за гостьей не замечалось такой скорости реакции, он даже не услышал толком её последней фразы. А потом всё же задним числом сообразил, что было сказано нечто важное, и даже подался вперёд, обратившись в слух.
– Сам...
– она вдруг поняла, что слегка поторопилась с откровением. Правитель, вообще-то, просил быть аккуратнее со сплетнями. Впрочем, отступать уже было поздно, тем более, что Каэрни - это Каэрни. Ни в коем случае нельзя было забывать, что он умеет слушать. И ведь услышал... теперь осталось только сделать правильный вывод... Да и ладно. Она же не обещала Одину хранить их беседу в тайне вообще ото всех. Просто на прощание сказала, что его задумку вряд ли поймут жители Асгарда, привыкшие решать свои проблемы без посторонних, и тот, как ни странно, согласился. Теперь надо попытаться как-нибудь отвлечь насторожившегося Катрэя. Тэсс залпом допила вино из бокала, который до сих пор крутила в руке.
– Но это сейчас неважно.
– Неважно?
– он наклонился вперёд, заглядывая ей в глаза.
– Девочка, всё, что говорит или делает Один - важно. Если не хочешь, не говори мне. Это даже лучше, если ваша беседа останется для меня тайной. Меньше знаешь, дольше живёшь.
– У нас говорят: крепче спишь, - машинально поправила Тэсс, улыбнувшись.
– Впрочем, смысл не меняется. Вот видишь, мы и тут с вами похожи, хоть между нами не просто расстояние, между нами - бездна... Он считает, что я - пылинка, но очень нужная пылинка, поэтому я имею право остаться здесь. Какие-то мои действия принесут благо и вам, и нам... Он так сказал.
Катрэй вздохнул, откинувшись обратно на спинку, и при этом неудачно задел затягивающуюся рану на ноге. Скривился, но быстро сделал вид, что ничего не произошло.
– Тогда я должен тебе признаться, что сам в какой-то мере участвую в этом спектакле.
– Разумеется. Мы с тобой для всех - семейная пара, - девушка небрежно засунула волосы за ухо и насмешливо склонила голову, рассматривая слишком серьёзное лицо собеседника. Надо же, столько проблем только из-за того, что однажды Один решил, что люди не должны жить в Асгарде! Разумеется, нечего смертным делать рядом с бессмертными. В общем-то, правильная мысль, наверное, но ведь обидно...
– Поэтому он сделал для меня исключение. Слухи, конечно, гуляли, но... то ж слухи, не более того. Кстати, - она снялась со стола и присела перед креслом, по-дружески накрыв ладонью запястье Катрэя, - живи ты в Мидгарде, внимание наших дам тебе было бы гарантировано.
Каэрни хмыкнул, переведя глаза на её руку:
–
– Ну, выйти за тебя замуж жаждали бы те, кому по душе таинственность и сумрачность, а таких у нас несчётное количество.
Он криво улыбнулся, не пытаясь отнять ладонь, на которой всё так же уверенно лежали пальчики Тэсс, такие маленькие и мягкие по сравнению с его обветренной и ободранной шкурой, всё ещё не зажившей после стычки с Раганри.
– А ты?
– Я?
– Тэсс вдруг растерялась и запнулась, смутившись.
– Я...
Катрэй смотрел спокойно, словно знал, что услышит в ответ. Он был готов к очередному разочарованию. Готов уже тогда, когда дал Одину согласие помочь, хоть и был твёрдо уверен в том, что снова традиционно заработает ворох неприятностей. Мало того, что не прошло и года с момента, как он обнаружил, что Асгрид Фрог, дорогая женушка, связалась с эрсами и вовсю снабжает их информацией в обмен на золото, мало бурной ссоры и развода, так ещё в результате пришлось, сгорая от стыда, известить об этом Одина - всё ж безопасность родного мира важнее разрушенных чувств. Так его учили родители, так требовали закон и совесть... Тот лишь хмыкнул, качнув головой, но информацию учёл. Обдумал. Днём позже вызвал к себе и запретил трогать Грид даже кончиком пальца. В обмен предложил поучаствовать в исправлении ситуации. Разумеется, Катрэй с жаром ухватился за шанс восстановить нарушенное равновесие, но так получилось, что нетрудное задание, выглядевшее поначалу как игра, избавляющая от угрызений совести, неожиданно превратилось в слишком серьёзную проблему. Чем дальше, тем больше возникало вопросов, на которые ни у кого ответов не было. Они сплетались в тугой узел, становясь всё более болезненными, и надо было решаться распутать его. Или разорвать - это уж как повезёт...
– Может быть я не должен тебе этого говорить, но... мы хорошо знакомы с Ренардом Руне Форком. С детства, - он увидел, как по лицу Тэсс промелькнуло сначала удивление, потом она нахмурилась, сопоставляя услышанное с какими-то своими наблюдениями, и вдруг подумал, что была бы в Асгрид хоть капелька вот такой же выдержки и здравомыслия, их брак бы не распался никогда. Красивая и решительная асгардка со своими яркими чувствами, умом и изобретательностью сейчас наверняка прилагает все усилия, чтобы хоть как-то объясниться с личной гвардией Одина, какая нелёгкая заставила её связаться с эрсами. Этим ребятам не будет никакого дела до её прошлых заслуг, их сейчас очень интересует настоящее, в котором Фрог приняла самое деятельное участие. А тихая мышка из Мидгарда сначала без раздумий бросилась на помощь едва знакомому ей Локи, потом спасла ему жизнь, а дальше пошла на совершенно невероятный поступок: заключила сделку, и с кем! Что там ей наговорил Один про свои предсказания, неизвестно, но она освоила науку преобразования энергий, доступную немногим... Коли так, то о случайностях речь вообще идти не может. А если и выглядит таковым, то лишь для очень невнимательного наблюдателя. Правитель давно не верит в ход событий, пущенный на самотёк, и не допускает подобного, цепко следя за каждым поворотом истории. И вот в один прекрасный день призывает к себе Каэрни, чтобы поручить ему совсем несложное дело. Всего то: поговорить с повелителем магии подольше, в дружеской беседе рассказав о предательнице-жене...
Катрэй сам не заметил, в какой момент из просто очередного задания девочка из Мидгарда стала центром его мира. Наверное, в тот вечер, когда кувшин пенного сидра из погреба Локи смыл всё лишнее. Пёрышко, перетянувшее чашу весов... Поймав себя на том, что иногда забывает, кто она и откуда, Катрэй запретил себе эмоции, сам предложил ей жить в соседнем доме, хоть и в его усадьбе, держался подчёркнуто вежливо и прохладно. Но день за днём, пока Тэсс оставалась в Асгарде, хоть и жила по соседству, нечто в его душе болело всё сильнее и сильнее. И вот сейчас пришло время, когда совесть окончательно замучила Каэрни. Он устал метаться между тем, что уже сделано во имя общественного блага и безопасности и своими чувствами.