Наследник

Гаевский Михаил

— В рот мне ноги, — ругнулся я, — позовите сюда роботов-носильщиков, пусть забирают все со всем оборудованием.

Внезапно стены содрогнулись — с потолка рухнули кибергарды, их лезвия сверкали в свете аварийных ламп.

— Кольцо! — мы с Ашшаром встали спинами друг к другу, отбиваясь чем могли. Я, признаться, не взял с собой никакого холодного оружия, кроме ножа, и отбивался штурмовой винтовкой, которой досталось. Ашшар отмахивался от заточенных железок своим посохом. Феникс, стреляя одной рукой, другой вырвал дрону «голову», швырнув

её в следующего противника, после чего пришел к нам на подмогу и вырвал эти железяки из потолка.

Я коротко кивнул, и мы ринулись зачищать дальше. Так мы достигли ядра. Меня немного напрягало, что мы так быстро пробились к энергетическому ядру. Снова попахивало ловушкой.

Энергетический отсек

И вот, сломив сопротивление, мы достигли командного мостика у ядра. У терминала находился сам лорд Круис.

— Наивный герцог, — засмеялся он. — Вы думали, мы не подготовимся к вашему…

Точный снайперский выстрел Феникса разнёс ему голову.

— Болтун, — бросил я.

Среди обороняющихся выделялся воин в чёрной броне — судя по данным «Призрака» — Гаррот, командир базы. Его генетические модификации позволяли ему двигаться со сверхчеловеческой скоростью, в чем мы воочию убедились.

Гравитация внезапно пропала. Я, цепляясь за трубы-артерии, поплыл к полюсу сферы.

— Стабилизаторы там! — Карий выпустил трос-кошку, закрепив её на бронепластине.

Из тьмы вынырнули «стражи» — дроны-пожиратели. Их жала выстреливали сгустки плазмы.

— Прикройте меня! — я, игнорируя возможные ожоги, прицелился в стабилизатор.

Голос Лиры загрохотал в шлеме:

— Щиты базы восстанавливаются! У вас 10 минут!

Пульс участился. Мой палец уже давил на курок, когда тень закрыла свет.

Мы схлестнулись уже на мостиге. Гаррот рассек наш отряд, и атаковал Кария, выбив бластер из рук.

Мы не были столь стремительны, как Гаррот, и пользовались грубой силой, а также окружающей обстановкой, устраивая взрывы, там где это не несло критического ущерба, используя гравитационные аномалии, которые отклоняли выстрелы с траектории. Лира передала, что прорвалась сквозь заслон, и оказывала огневую поддержку с корабля, отвлекая на себя часть сил.

— Вы думали, что одолеете Синдикат? Мы — будущее галактики! — орал он, параллельно пытаясь прирезать Кария.

— Герцог! — Гаррот, командир базы, парил в невесомости, держа в руках нейро-клин. — Вы опоздали. Синдикат уже взял…

Я выстрелил. Гаррот уклонился, клинок рассек мне скафандр на груди. Кровь под действием наноботов сразу остановилась, и я рванул вперёд, схватив врага за горло.

Я бросился врукопашную, парируя клинок Гаррота своим штык-ножом. Стрелять было опасно, нам еще нужен был мозг Кария, и желательно вместе с телом. Искры сыпались при каждом ударе:

— Будущее, где рабы? Нет уж. — я решил подыграть в патетику, отталкивая

Гаррота от себя. Надо сказать, это удалось с большим трудом, эта образина обладала огромной мощью.

Я быстро подплыл к терминалу и подключил кристалл памяти к системе. Данные хлынули потоком: планы вторжения на Селесту, координаты земных агентов… и запись переговоров с Синдикатом.

— Смотри! — Карий указал на экран. Среди голограмм мелькнуло знакомое лицо — резидент стеллатов на Земле оказался… их старым «союзником» из картеля.

— Возвращаемся, — прорычал я. — На Земле гнездится змея. Пора выжечь и её.

В это время в космосе

Лира, уворачиваясь от лучей турелей, вела эскадрилью к реакторному отсеку. Её корабль дрожал, предупреждая о повреждениях:

— Зурн, где наш взлом?!

— Ещё… немного… — киборг скрипел зубами, его сознание сражалось с ИИ базы.

Внезапно связь прервалась. На мостике линкора замигал аварийный сигнал — «Призрак» активировал вирус, отключив двигатели. Стеллатские крейсеры, до этого скрывавшиеся за станцией, открыли огонь.

Все-таки предатель, констатировал я, прослушав эти доклады. Команда, судя по видео, едва удержались на ногах от ударов по корпусу.

— Зурн, что со взломом? — обратился я к технику по видеосвязи.

Зурн, как истинный киборг, игнорируя предупреждения системы, вживил чип прямо в свой нейроинтерфейс. Из его носа текла кровь, но щиты базы наконец рухнули:

— Ядро… уязвимо…

— Ты не помри мне там, слышишь? — Поддержал я его как мог, — откачайте его! — отдал я приказ непонятно кому, надеясь, что поймут.

На станции я, воспользовавшись замешательством Гаррота после взлома, вогнал клинок в стык его брони. Тот рухнул, шипя:

— Синдикат… уже взял… вашего сына…

Сердце ёкнуло, но времени не было.

— Да хрен там, — ответил я, пнул Гаррота с мостика в энергетическое ядро и бросил туда же термоядерный заряд:

— Всем на выход!

Стабилизаторы взорвались, и сфера ядра затрещала. Ядро начало пожирать базу.

— Всем на выход! — Ашшар тащил меня к капсуле, пока Феникс прикрывал отход, стреляя в подбегающих дронов.

Лира, прорываясь сквозь строй вражеских истребителей, прикрывала «Гром» огнём.

— Прыжок через 5 минут! — Зурн, полуживой, ввёл координаты. Мы уже стыковались.

Лира прикрыла отход «Грома», отвлекая крейсеры. Станция взорвалась, осветив космос на секунду новым солнцем, утянув за собой остатки флота стеллатов. На мостике воцарилась тишина, нарушаемая только треском повреждённых систем.

— Что с «Проектом Зеро»? — Я, стиснув окровавленную повязку, уставился на экран.