Наследник

Гаевский Михаил

Иван машинально убрал руку с затылка, покраснев. За стеклянной стеной, в соседнем отсеке, мелькнула тень — охранник с бластером на поясе проверял периметр. Где-то тихо гудели серверы, перемалывая терабайты данных.

— Что делать? — Иван схватился за голову. — Отключить Зайца? Вырвать его как зуб?

— Я те вырву! — заорал Заяц, появившись у него перед глазами.

Дольф усмехнулся:

— Смертельно, — он покачал головой. — Нейросеть —

часть тебя. Вырвешь её — станешь овощем. Но есть другой путь…

Он достал из кармана устройство, похожее на нейрошокер. Прибор засветился синим, издав мелодичный писк. Мая обернулась, встревоженно сжав губы, но Дольф махнул рукой: мол, всё под контролем.

Он нажал кнопку, и корпус устройства раскрылся, обнажив шприц с мутноватой жидкостью. — Перезагрузка. Сотрём все данные за последние 48 часов. Это отключит клона от твоего сознания. Но будь готов — это…

— Больно, — Иван закончил за него, сглотнув. Затем кивнул, стиснув зубы. Его взгляд метнулся к Мие, которая отвернулась, делая вид, что не слышит. Даже охранник за стеклом замедлил шаг.

Дольф хмыкнул, встряхнув шприц:

— Да не ссы, шучу. Вот обезболивающее. Мы ж не звери.

Дольф вколол ему из шприца увесистую дозу и уже затем, когда подействовало, начал активировать устройство. Обошлось без искр боли, выгибаний тела и истеричных визгов, что все мы так любим, лишь когда совершаем военные преступления в отношении врага.

— Тебя теперь хоть на операцию клади — будешь улыбаться, — Дольф шлёпнул его по плечу, пряча шприц. — Эй, Мая! Подсоби с нейроинтерфейсом, а?

Мая подошла, неся портативный сканер. Её пальцы пролетели над устройством, активируя протокол. Голограмма Зайца — пушистого цифрового зверька с розовыми ушами — возникла над столом.

— Начинаю перезагрузку, — её голос дрогнул. — Иван… держись.

Но боли не было. Лишь лёгкое покалывание в висках, как от статического разряда. Иван засмеялся, глядя на Дольфа:

— И это всё? Я думал, будет как в том фильме, где парню мозги через уши высасывали…

— Тише, — Дольф ткнул пальцем в экран, где данные клона таяли, как снег на московском асфальте. — Прибереги байки для врагов. Им они понравятся больше.

За стеклом охранник, наконец, двинулся дальше. Серверы сменили гул на ровное жужжание. А Заяц, мигнув виртуальным глазом, исчез — чтобы через секунду появиться вновь, чистый от следов взлома.

Линкор, офицерская каюта

Мы собрались расширенным составом, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Каюта была выдержана в стиле утилитарной роскоши: стены из матового титана контрастировали с бархатными шторами, приглушавшими гул двигателей. Центром помещения служил овальный стол из чёрного кварца, встроенный в пол. Его поверхность мерцала голограммами секторов, подсвеченных алым маркером угроз. Над столом висела люстра-кристалл, чьи грани преломляли свет в холодные блики, словно ледяные осколки. По стенам стояли кресла с кожаной обивкой, потрёпанной временем, а в углу дымился нейро-самовар — подарок ящеров Стазиса, вечно кипящий чёрным чаем с примесью нейролептиков.

Я, опираясь ладонями о край стола, вглядывался в карту. Моя тень, растянутая светом проектора,

накрыла сектор Земли, словно хищная птица. Рядом, облокотившись на спинку кресла, стояла Лира. Её чёрная форма с серебряными шевронами подчёркивала стройность фигуры, а на поясе болтался шокер с гравировкой «От сынов Ковпака — за храбрость». Подгон от космопартизан в бытность ее свободной охотницей. Оказывается, они тоже изучали историю. Карий, сидя слева, вертел в руках голокристалл, отбрасывающий синие блики на его молодое, но уже слегка морщинистое лицо. Зурн застыл у двери, его кибернетическая левая рука судорожно дёргалась — последствия перегрузки в прошлой битве.

— План прост как топор, — я встал, и повернулся к присутствующим, — Синдикат зависит от трёх узлов: фабрика клонов на Тарнаксе, банк данных на Вальтаре и храм «Пожирателей» на Земле. Уничтожим их одновременно.

Карий бросил кристалл памяти на стол, вызвав звонкий лязг. Его желтоватые глаза сузились:

— Земля под защитой Древних, — напомнил техник. — Они не позволят открытый удар.

— Потому мы ударим скрытно, — я ткнул пальцем в голограмму храма — старинную пирамиду в Сибири. О ней мало кто знал, поскольку она располагалась под землей, закопанная многовековыми наслоениями, — Иван и Дольф проникнут внутрь под видом неофитов. Мы предоставим им вирус для очистки данных.

Объект на голограмме напоминал спящего зверя: вековые слои почвы скрывали чёрные стены, испещрённые рунами, а инфракрасные сенсоры показывали лабиринт подземных туннелей.

Ашшар, развалившись в кресле с чашей «кофе с носками» в руке, усмехнулся:

— А фабрику и банк?

— Эскадра «Грома» атакует Тарнакс, — я повернулся к Лире, кивнув на голограмму фабрики. Та представляла собой спираль из стекла и стали, оплетённую защитными полями. — Лира с «Вихрем» взорвёт Вальтар.

Лира скрестила руки, её голос звучал ледяной уверенностью:

— Их щиты не выдержат двойного импульса. Если Зурн отключит резервные генераторы…

Зурн… — я обернулся к киборгу. Тот стоял, уткнувшись в полосытый ковёр (трофей с планеты Омикрон), его глаза тускло светились, как угасающие угли. — Ты проникнешь в их сеть. Найди «Призрака». Он либо союзник, либо следующий враг. Я так пока и не понял.

Зурн хрипло вздохнул, из его грудного отсека донеслось шипение:

— Он… не человек. Алгоритмы… древнее наших.

Земля, убежище корпорации

Иван, придя в себя после перезагрузки, смотрел на код вируса, переданного отцом и читал инструкции.

— Взломать храм… — он пробормотал, переводя строки программы. — Здесь нужен физический доступ к ядру. Как мы пробьёмся?

Дольф разложил на столе схему пирамиды:

— Подземные туннели. Вход через систему катакомб. Но там ловушки, рассчитанные на… — он замолчал, заметив тень в дверях.