Наследник

Гаевский Михаил

— Нет, я не про боевую задачу, а в целом.

Стрекоза подвисла.

— Обеспечить выживание союзников!

— Ну а про себя то что?

— Я неотделима от коллектива. Мое сознание соединено с общим сервером, управляющим развитием искусственного интеллекта нашего герцогства.

— То есть у тебя коллективное сознание?

— Так точно!

Я задумался. Гуманист на этом фоне выглядел философом-отщепенцем. А оказывается, мои роботы тут уже организовали что-то вроде муравейника. Надо будет проследить, чтобы не решили уничтожить мир, если он им не понравится. Но настрой Стрекозы перед боем мне нравился.

— Молодец,

Стрекоза. Продолжай патрулирование, — похвалил я робота.

— Служу Герцогству Селестийскому! — отрапортовал та, удивив меня, и умчалась занимать более выгодную боевую позицию. Интересно, кто их так натаскал. Я вроде не вводил устав для роботов. А надо бы. Похоже, пора писать законодательство для роботов как субъектов общества. Начну, пожалуй, с Декларации Всеобщего Равенства.

Эта мысль мне понравилась. Помимо очевидных преимуществ, связанных с определением статуса роботов и в целом искусственного интеллекта, это ещё и могло привлечь в наше герцогство роботов, недовольных жизнью в своих государствах и разного рода неопределившихся. Насколько я помнил, вольницу роботам пока нигде не давали. Так мы одним законом привлекали тысячи дорогих устройств с искусственным интеллектом. Узнают они о свободном статусе роботов в герцогстве практически мгновенно, да и добраться до нас не должно составить труда — ну что за искусственный интеллект, который не может добраться до Селесты. Будет своего рода фильтр.

Довольный своими макиавеллическими планами, я пошел к бойцам — надо было готовиться прикончить пару сотен оборзевших стеллатов. В отличие от Гуманиста, я таковым не являлся.

Глава 5

Иначе, как фиаско, произошедшее не назовешь. Нам основательно дали по щам. Отвесили по первое число.

Я поднял бронестекло разбитого шлема и вытер кровь с рассечённого виска, глядя на дымящиеся обломки Железного Феликса. Его броня, выдержавшая десятки битв, теперь напоминала решето. Лазерные турели и дроны стеллатов работали с пугающей точностью, выжигая всё на пути. Судя по транслируемой снаружи картинке, Купол, их щит ПВО, хоть и трещал по швам, едва успевая перехватывать ракеты, но держался. Нам все же пришлось рассекретить эскадру, которой было приказано даль залп, чтобы отвлечь от нас наседавшего противника.

— Отходим! — крикнул я, но мой голос потонул в рёве взрывов. Пришлось показывать жестами.

Роботы отступали хаотично. Феникс, лишившись одной из рук, отстреливался из уцелевшего дезинтегратора, превращая вражеских штурмовиков в излучение. Гуманист, вопреки своему названию, методично зачищал коридоры, при этом цинично вещая через динамики: «Сдавайтесь! Ваше сопротивление бессмысленно!». Ответом ему были гранаты с нервно-паралитическим газом — стеллаты явно готовились к захвату пленных. Хотелось крикнуть «русские не сдаются», но тут из русских был только я, так что упоминать нас во множественном числе было несколько бессмысленно. Вообще, творился какой-то сюр. Перед атакой Министерство было изучено нами вдоль и поперек, и ничто не предвещало никаких проблем, все было как обычно.

Из размышлений меня вывел взрыв, раскрошивший стену недалеко от меня. Похоже, кто-то пальнул из РПГ. Меня отбросило на кучу мусора, оставшегося от прошлого взрыва.

— Где «Стрекоза»? — рявкнул я, вставая прижимаясь к стене, и возвращая стекло шлема на место, пока еще глаза остались целы.

—

Подбита! — ответил Карий, его голос в комлинке прерывался от помех. — Их дроны засекли её маскировку. Всё пошло к харку!

— А что говорят мехразведчики?

— От них практически не поступает информации, то ли глушат, то ли переловили или передавили.

Я стиснул зубы. План был прост: ворваться через вентиляционные шахты, захватить пленных, этаж с серверами и вынести данные. Но стеллаты словно знали каждый наш шаг. «Феликс», который должен был проломить стену, подорвался на мине-ловушке ещё до начала штурма. А потом появились они — боевые андроиды с эмблемой Синдиката. Не стеллаты. Хуже.

— Откуда у Синдиката боевые андроиды? — перемежая с матерками, спросил Цитрос.

— Это засада, — прошипел Ашшар, вытаскивая бойца из-под обрушившейся балки. — Нас подставили. Данные о миссии утекли.

— Поздно болтать, — я дёрнул за чеку гранаты и швырнул её в толпу наступающих за угол. Взрыв разметал металл и плоть, но новые солдаты занимали место павших. — Где будем искать выход?

— Через канализацию! — крикнул Драк, появляясь из дыма с окровавленным ножом. — Цитрос взорвал стену. Бежим!

Мы бросили веревки в вентиляционную шахту, и по ним спустились до этажа, где располагались канализационные трубы. Отступали, прикрываясь Фениксом. Противник не отставал. Робот, теряя детали, таял на глазах и кое-где искрил. Его голосовой модуль, хрипя, выдавил: «Протокол… самоликвидации… активирован…».

— Нет! — я рванулся к нему, но Карий утащил меня за собой.

Огненный шар поглотил коридор, сметая преследователей.

— Зараза! — орал я по дороге, — чертов Феникс пережил даже космическую битву! Да как так то?

Меня никто не слышал, потому что во время спуска я долбанулся шлемом о стену, и связь в нем, как и дополненная реальность, окончательно перестали работать, мигнув для приличия пару раз перед концом.

Петляя по коллекторам, мы выбрались к шлюзу, взорвали его и вышли за купол. Вспомнился линкор валориан, но ностальгии не было — фильтры запаха в шлеме не работали, и я прочувствовал всю вонь бытия.

В пустошах, за пределами купола, воздух жёг лёгкие. Я, опираясь на Ашшара, шагал сквозь песчаную бурю. Выживших осталось шестеро: я, Ашшар, Драк, Цитрос, Карий и «Гуманист», тащивший на спине раненого Карла. Феликс с Фениксом остались в здании. Бойцы штурмовики пали.

— Купол рухнет через час, — сообщил Цитрос, глядя на сканер. — Радиация добьёт тех, кого не добили мы.

— Не сентиментальничай, — проворчал Драк. — Где укрытие? Самим бы не убиться.

Гуманист указал координаты. Старый бункер, заброшенный ещё во время войны с протеанами. Дверь, проржавевшая до дыр, скрипнула, пропуская нас внутрь.

Я рухнул на пол, сдирая с себя дымящуюся броню. Руки дрожали — не от страха конечно, от ярости. Мы провалились. Стеллаты переиграли нас, а Синдикат, похоже, получил свою долю в этой игре.

— Данные… — прохрипел иссушенным горлом Цитрос, упавший рядом, — мы даже не успели подключиться к серверам.

— Не совсем, — Карий достал из кармана кристалл с голубой подсветкой. — «Стрекоза» успела скачать часть архива перед тем, как её подбили. Здесь что-то о Земле.

Я схватил кристалл. Голограммы замелькали в воздухе: отчёты о наблюдении за Иваном, схемы проникновения в корпорацию, координаты агентов… И последний файл — видеообращение.