Наше лето

Чемберлен Холли

КЛЕР

ЭКСПРОМТ

Я стояла у алтаря.

Уин стоял рядом.

На церковных скамьях расселись друзья и родные.

Преподобный отец громко читал, держа перед глазами листок бумаги.

А я размышляла о том, что…

Иногда мы, женщины, забываем, что у мужчин тоже есть чувства.

Иногда мы забываем, что мужчины тоже когда-то были малышами, нуждались в ласках и поцелуях. И что мужчины во многих отношениях так и остались мальчишками, в точности как и женщины, во многих отношениях

оставшиеся девчонками.

Иногда мы, женщины, забываем, что мужчины так же сильно нуждаются в любви, как и мы, женщины.

И нам в самом деле никогда, никогда не следует забывать об этом.

Я не могла выйти замуж за Уина, как ради него, так и ради себя.

Священник только что прочитал вводную молитву.

И теперь с улыбкой воззрился на нас.

Довольно.

– Я не могу выйти за тебя, – выпалила я. – Не могу!

Преподобный нахмурился и подступил ближе.

– Дорогая, – прошептал он, – вы хорошо себя чувствуете?

Сбитый с толку Уин ошеломленно уставился на меня.

– Прекрасно, – твердо ответила я.

Неизвестно, слышали ли меня в этот момент друзья и родные. И не все ли равно?

– Я прекрасно себя чувствую, – повторила я, – потому что больше не желаю лгать. Хватит с меня вранья. Моя душа больше не выдержит тяжести обмана.

Лицо Уина потемнело: похоже, до него постепенно начинала доходить истина.

– Что ты мелешь? – прошипел он, сильно сжимая мой локоть. Пальцы больно впились в кожу, и я резко отдернула руку. Преподобный ахнул, а по церкви пронесся шепоток.

И тут я повернулась и бросилась бежать.

ДЖИНСИ

ОНА ПОШЛА ВРАЗНОС

Конечно, я слышала истории о невестах и женихах, бросающих женихов и невест прямо у алтаря, но в жизни не предполагала стать свидетельницей столь драматичного события.

Все казалось нереальным, как в кино. Клер, несущаяся по проходу, преподобный, поспешно уводящий Уина и шафера от алтаря, истерические вопли какой-то пожилой дамы, дети, весело бегущие за Клер, – похоже, они решили, что все это такая новая игра. Даниэлла даже минуту спустя так и не сумела подобрать отвисшую челюсть… Пришлось помочь. Я осторожно нажала на ее подбородок и заставила закрыть рот.

– Вот это да! – восхитился Рик. – Вот это да!

– Не могу поверить, что она натворила, – потрясенно прошептала Даниэлла. – Я… я… Потрясающе!

– Я горжусь Клер! – объявила я. – Уин – жлоб. Клер заслуживает лучшего мужа!

Даниэлла принялась обмахиваться полученной на входе программкой.

– Верно, но у алтаря! Она что, не могла бросить его за кулисами или где-то там еще?

– Тут я согласен с Даниэллой, – поддержал Рик, за что получил мой негодующий взгляд. – Ладно, может, она не могла собраться с духом до последнего момента. Но согласись, пусть парень и жлоб, не стоило так жестоко поступать с его родными. Да и со своими,

в общем, тоже.

– Придется вернуть подарок в магазин, – пожаловалась я, ткнув пальцем в красиво упакованную коробку, лежавшую рядом на скамье. – Подумать только, я даже воспользовалась ее списком!

– И она выглядела в этом платье просто ослепительно, – пробормотала Даниэлла. – Какая жалость!

Исход продолжался.

Сначала мимо нас проплыли мистер и миссис Каррингтон. Миссис Каррингтон выглядела бледнее свадебного риса. Лицо мистера Каррингтона, наоборот, приобрело зловеще-фиолетовый оттенок.

За ними проследовал Трей, одетый с иголочки, в черном смокинге. Проходя, он подмигнул нам.

И наконец, Уэллманы – точные копии несостоявшихся родственников. Белое и красное. Шок и ярость.

После этого церковь мгновенно опустела. Только наша ошарашенная троица оставалась на местах.

Наконец Рик встал.

– Ну, – произнес он, делая вид, что тащит нас в проход, – конечно, потрясение было немалым и все такое, но я бы сейчас чего-нибудь выпил.

Даниэлла вымученно улыбнулась:

– Взгляни на нас. Вырядились на праздник, называется. Теперь просто необходимо куда-нибудь закатиться. Кроме того, мне немного не по себе, и поэтому необходима компания.

Не знаю, что нашло на меня. Не знаю. Но когда мы поплелись к выходу, я догнала Даниэллу и крепко обняла.

– Спасибо. – Она шмыгнула носом и поспешно вытерла глаза.

– Не за что, – ответила я, едва сдерживая слезы. – Я серьезно. Не за что. И давай больше не будем об этом.

КЛЕР

РАЗБОР ПОЛЕТОВ

Мой разъяренный отец отбыл в Мичиган следующим же рейсом. Братья и их жены почтительно присоединились к нему.

Мать, сохранявшая странное спокойствие, предложила несколько дней побыть со мной. Я немного поколебалась, прежде чем поблагодарить ее и согласиться.

Первую ночь я провела, забившись в одну из комнат номера, поспешно покинутого отцом.

Вторую ночь я провела в гигантской постели рядом с матерью. Долго-долго плакала. А когда немного успокаивалась, начинала плакать мать. Заснуть не удалось ни одной из нас.

В какой-то момент, очень-очень поздно, я вроде бы услышала ее едва различимый голос:

– Прости, Клер. Пожалуйста, прости.

Наутро все это показалось мне сном, и я не спросила мать, что было на самом деле. Довольно и того, что я слышала эти слова, и не все ли равно, кто их произнес?

Я немедленно выехала из наших апартаментов и сняла маленькую квартирку в Фенуэе. В самом центре. Денег пока хватало. Мама улетела домой.

И наконец, я позвонила Джинси и Даниэлле. Они несколько раз слали мне на сотовый SMS-сообщения, но я просто не была готова к разговору. Джинси раздобыла очередной купон-скидку на выпивку в кафе-бар «Хорошие новости».