На Вулкане

Денис Григорьев

Вчетвером, мы с Артемом и Джей с Серегой ухватились за толстое квадратное основание с выдранными анкерными болтами, крякнув, приподняли и поволокли. Виталий придерживал и направлял «верхушку» столба. Энн подбегала по очереди, то к нам, то к нему, и красочно высказывала свое неудовольствие недопуском к физическому труду. Перетащив столб, к другой стороне проезда, чтобы не мешал выезжать, мы занялись машиной. Небольшая заминка возникла, когда встал вопрос, кто будет за рулем. Но тут я напомнил, что кроме водительского стажа, которого больше всех оказалось у Джея, и мгновенной реакции, на которую намекал Артем, дорогу до начала пепельного «снегопада» видел я один. Да и с реакцией, как и с опытом вождения, у меня все было в пределах нормы, поэтому, я, «оккупировав» водительское сиденье, сразу предложил Энни забраться в салон. Особой пользы в толкании машин от неё не будет, вроде как обиделась. Чтобы стронуть с места японское чудо техники пришлось

напрячься всем. Я уже начал бояться, что тормозные колодки к дискам намертво «прикипели», но после совместного рывка, проскрежетав нам что-то нехорошее, бусик медленно поехал вперед. Дальше его толкал Сергей. Выехав из-под навеса ангара, я сперва даже не понял, где дорога. Пепел начал превращать местность в жутковатое подобие укрытого снегом горного склона. Но разобрав выемку на краю «стройплощадки», с которой начинался плавный спуск вниз, я уверенно махнул Сереге рукой. Поехавшая под уклон колымага начала медленно набирать скорость, и он запрыгнул в открывающуюся в сторону, пассажирскую дверь салона. Теперь все, лишь бы тормоза не подвели. Скорость постепенно росла, дорога скорее угадывалась под слоем пепла, но мне вполне хватало и её силуэта. Тормоза работали отлично, с этим повезло. А вот полное незнание местных спасателей, куда именно ведет выбранный нами путь, оказалось для меня неожиданностью. Ни Джей, ни симпатяга Энни понятия не имели, что именно здесь происходило. И если имела место добыча неких ресурсов, то куда добытое должны были девать? Этого спасатели отеля, не знали. Выехав из «облака» пепла, мы смогли определиться на местности. Серый «снег» шел уже по всему острову, но плотной темной «тучей» он висел пока лишь рядом с вершиной. Дорога, уходя вниз пологими зигзагами, за очередным поворотом раздваивалась. Правая ветка уходила в лес и выныривала из зелени почти у берега, в окружении желтых и коричневых крыш небольшого поселка. Соблазнительное решение, но, приглядевшись, я заметил, что в лесу имелся небольшой распадок, и дорога сначала спустившись, вероятно, к невидимому от развилки ручью, начинала новый подъем. До поселка от того ручья нам топать и топать. Сможем ли мы затолкать бусик вверх по грунтовке? Нет, не сможем. А добираться пешком мы до поселка будем еще долго. Получше, чем с горы идти, но это не то, о чем мечтали большевики, так сказать. Вторая, поворачивающая налево, выглядела куда серьезнее. Плотно утрамбованный вулканический туф, смешанный с грязью и песком образовывал некое подобие асфальтового покрытия. Видно, что по этому пути, в отличие от сельского ответвления, много ездили на тяжелом транспорте. И сворачивает он в сторону отеля, находящегося значительно ниже. Даже если по пути и будут распадки, есть шанс, не особенно гася скорость, проскочить их по инерции по накатанной тяжелыми самосвалами и тягачами дороге. Хоть и дальше, но шансов больше, решено, сворачиваю налево. Наш «рыдван» набрал неплохую скорость перед развилкой. Пришлось сбросить её почти до пешеходной, чтобы вписаться. Рессоры негодующе скрипнули, входя в крутой поворот, а я почувствовал на себе сразу два непонимающих взгляда. Отцы-командиры, Джей и Артем, тоже внимательно следили за дорогой, и как только улучшилась видимость, разглядев разноцветные крыши поселка, вовсю обсуждали, останется ли на берегу хоть одна лодочка к нашему приезду. А тут мы, вместо уже вполне зримого пути к спасению, сворачиваем в лес.

– Там распадок, дорога плохая. Машину в гору не затолкаем. А пешком до поселка можем и не успеть.

Пояснил я на английском.

– Думаешь, успеем к отелю?

Джей, сидящий рядом на переднем сиденье, вглядывался в проносящиеся мимо заросли в надежде рассмотреть знакомые здания или хотя бы мачты подвесной дороги. Деревья были высокими, местные эндемики, напоминающие тонкие буки, обвешанные разлапистыми лопухами листьев. Густые колючие кусты и цепляющийся за все дикий виноград. Мы мчались в эдаком зеленом тоннеле и в просвет, по центру дороги пока ничего интересного, кроме того же лесного склона, видно не было.

– Не знаю, все зависит от вулкана. Когда рванет и где. Нас прямо сейчас может разнести на лоскуты, если, к примеру, под нами решит образоваться боковой кратер, или накроет лавовой бомбой. От этого не спрячешься. Но если повезет, возле отеля окажемся значительно быстрее, чем добрались бы пешком до местных рыбаков.

Артем, до этого наблюдавший за дорогой из-за спинок передних сидений, сейчас наполовину высунулся к нам из салона.

– Такая большая дорога должна быть видна из отеля, Джей, ты может хоть разок что-то подобное видел?

– Арти, вокруг отеля много таких дорог, и по ним ходят ученые и ребята из охраны. Не наши плюшевые «Чипы и Дейлы», идущие на помощь перепившему толстяку, поскользнувшемуся на своем… банане. А настоящие ребята с пушками и нормальным снаряжением под местные джунгли.

– Ты это джунглями называешь?

– Эндрю, вы, русские, очень странные. Есть лес, там елки, сосны и медведи, есть

джунгли там пальмы, обезьяны, слоны и львы, понимаешь?

Немецкое «ферштейн» в конце предложения у мужика в летах, с ирландской бритой рожей и нью – йоркркским акцентом аглицкого… Ню-ню.

– Джейкоб, я все понял, извини, продолжай, а у тебя в роду немцы были?

– У меня босс был, лейтенант, из дойчей. Достал этим «ферштея». Как кто где накосячит, разнос устроит и в конце «ду ферштейс мих». Так и вошло в оборот. Сами повторять начали. Нас из-за этой «ферштеи» потом районные толкачи и просто отморозки, которые к нам частенько попадали, начали «наци» называть.

– Понятно, только я не накосячил, у нас такой лес это не джунгли, просто «зеленка» прибрежная, хоть и с некоторыми элементами экзотики, джунгли они обычно поярче смотрятся. Продолжай про дороги и охрану.

– А что продолжать то, я все, что знал, уже сказал. За отелем куча таких вот дорог. На этих дорогах шлагбаум, а за ним улыбчивый парень в «обвесе»*(1), с бельгийской «эфкой-булпап»*(2) в руках и береттой в «оперативке»*(3). Подходишь ты к нему, «а что тут у вас», а тебе и говорят, «иди ка друг туда, откуда пришел». А потом старший менеджер вызывает и интересуется, желаю ли я продолжать сотрудничество с господином Нэо Танаки, и чем именно он меня обидел? Я конечно от такого захода немного, как это по-вашему, охреневаю, этот Танаки сам кого хочешь обидеть может. Сколько у него денег даже предположить не берусь, и тут я его обидел. А менеджер договор показывает, «вот тут вы обязались не покидать территорию отеля, кроме как означенным в договоре способом». «Ну и не покидал» отвечаю. А он мне, «а вот внешняя охрана утверждает обратное». Словом, взяли с меня обещание больше за ограждение не лезть, и ограничиться служебными задачами. По этому появлению русских шпионов я бы не удивился. И, что интересно, расположены эти посты так, что их даже сильно подгулявшие и решившие уединиться туристы случайно не увидят. А если кто вдруг и забредет «не в ту сторону», тут же нам сигнал, «идите, забирайте гуляку».

– Джей, а как же прогулки под луной, романтика и все такое?

– Для этого целый парк за отелем отстроен, гуляй сколько угодно. И водопад с песчаным пляжем, и лесные полянки с каменным кострищем для ночных пикников, и даже «густые, неколючие кусты», для желающих. Все предусмотрено. Наблюдение круглосуточное, Эндрю, ты бы видел наш центр управления.

У Джекоба при описании местных «удобств для туристов» даже тон поменялся. Было заметно, что местные «чудеса рекреации» его сильно впечатлили.

– Размах, однако, а как же вы тогда с вулканом так промахнулись?

– Не знаю, то, что до нас доводили, так это полное отсутствие сейсмоугрозы. Террористы, эпидемии, драки туристов, пищевые отравления, самоубийства из-за любви. У нас длинный список, чему мы должны противодействовать. Но именно землетрясения и извержения вулкана нам, если верить инструкции, не грозили. Я когда договор подписывать собирался, про главного их ученого в сети почитал. Все-таки вулкан зона повышенного риска. Тоши Асакава вполне известный «яйцеголовый». Много научных работ, профессор чего-то там. Я в этом не разбираюсь. Но фото видел и здесь его иногда встречаю. Даже один раз помогал по профилю. У него спец ногу в горах сломал, вертолет на склон сесть не мог, вот нас и послали вытаскивать. Тогда я и увидел, что таких дорог здесь хватает. Ну и потом, когда хлопоты с эвакуацией закончили, в баре для сотрудников посидели за кружкой-другой, поговорили ни о чем. Нормальный с виду мужик. В себе он, во всяком случае, был уверен.

– Приехали куда-то.

Артем, следивший за дорогой, пока мы с Джеем чесали языками, первый заметил в прорехе зеленого свода что-то напоминающее большую утоптанную площадку, на которую и выходила наша «трасса».

– А вот и цивилизация.

Вылетев из леса, мы оказались на относительно ровном пятачке, явно вырезанном в склоне ковшом бульдозера. Дорога продолжала свой путь дальше вниз, но кроме неё на искусственной «полянке» имелось одноэтажное высокое здание с раздвижными воротами, уходящее стенами вглубь горы. Оно было очень похоже на те «склады-ангары» возле самого кратера, но в отличие от них, не носило следов запустения, дверь явно недавно открывали, и рядом с дверью на стене висела коробка распределительного электрощита, провода от которого поднимались к столбу. Вереница столбов уходила вниз, вдоль дороги.

– Ну что, тормознем, узнаем, что происходит?

– Эндрю, а какой смысл? Мы и так это знаем.

– Джей, я имел в виду, что происходит в отеле, вдруг у них здесь связь есть. И еще, там внутри может быть кто-нибудь живой, мы его забрать сможем.

Джекоб кивнул, я выжал педаль тормоза, останавливаясь перед спуском с поляны. В случае чего подтолкнуть машину вниз по дороге будет легче легкого.

Инициативу взял на себя Артем.

– Хорошо, Андрей, жди за рулем, мы с Джеем и Виталием пройдемся, глянем, а Серега выйдет и будет толкать машину, когда мы вернемся. Энни из машины не выходит.