На Вулкане
Шрифт:
– Не бери в голову, Джей, это от нервов. Андрей вот так странно нервничает, хохмить иногда не к месту начинает. Но кое в чем он прав, пойдем, не стоять же здесь, да и мне бы неплохо со своим кораблем связаться попробовать.
– Пошли уже, дядя. Все боишься, что тебя премии лишат? Все, теперь без разницы, пойдем в штаб-квартиру.
– Ну, пошли.
И мы двинулись за Джекобом, обходя административный корпус сбоку.
Переход.
Пройдя вдоль здание администрации, мы свернули в сторону горы, удаляясь от берега с причалом и пляжами. Оставив без комментариев мои вопросительные взгляды, Джекоб повел нас по неприметной гравийной дорожке, прямо в заросли каких-то пахучих кустов с маленькими белыми цветками. Сергей тут же опознал
– О, жасмин, я его в чае очень люблю.
– Вот не подумал бы. Серега, а где это ты жасминовым чаем баловался?
– А тебе какое дело, где надо там и баловался.
– Да как то странно, тонкое эстетство, фарфоровая чашечка, просвечивающая на свету, в которую наливают сто грамм жасминового чаю, и наслаждаются вкусом и ароматом, под звуки чего-нибудь классического, скажем на фортепиано. Ну, возможно, еще похрустывая свежей французской булкой с маслом или вареньем, или без ничего, главное, свежей. И тут весь такой ты.
– А что, нельзя что-ли?
– Ну отчего же нельзя, все можно, просто глядя на тебя, видится литровая эмалированная кружка с крепким краснодарским чаем, заваренным от души, туда пару столовых ложек сахару, а то еще и граммов сто спирту.
– А ты на меня поменьше гляди, внешность порой обманчива.
– Сергей, добей мою интуицию, ты алкоголь вообще не употребляешь?
– Ну, ты задвинул, употребляю, пью, то есть, но не со всеми и не часто, в охотку. И «бурого» пил, это который чай с водкой.
– Чай с водкой… «бурый», слышал о нем. Ужас и издевательство над вкусом. Смешивать водку с чаем. Нет, то, о чем я рассказывал, немного иначе называется. При случае можно будет сравнить.
– Андрюха, а ты, жасминовый чай любишь?
– Я его на дух не переношу. Из всех этих фруктовых компотиков, по недомыслию называемых чаем, разве что с бергамотом уважаю.
– Примолкните гурманы.
Артем оторвал нас от словесной пикировки, позволившей сбросить нервное напряжение от поездки. Временно переложив ответственность на неизвестный, но, вероятно, весьма могущественный Штаб. Куда нас, к слову, и привели. Среди местной флоры расположились явно чуждые здесь серые камни. И они представляли собой.... подобие крепостной стены с открытыми деревянными воротами. Стены невысокие, декоративные, оплетенные местным диким виноградом. Но вот ворота были вполне натуральными, небольшими средневековыми воротами в японский замок. Приехали.
– Джекоб, а где положенные такому месту охранники?
Я внимательно оглядел ворота и открывающийся за ними классический японский «каменный сад». Узкая тропинка, петлявшая между зарослей жасмина, превращалась в широкую дорожку, выложенную серой гранитной плиткой, с красивыми лепными бордюрами. В конце дорожки стоял одноэтажный самурайский дом эпохи Эдо начала девятнадцатого века. И, вдруг, как будто сверху, зазвучал усиленный динамиками голос.
– Охрана покинула дом. Мастер Джекоб, проводите, пожалуйста, гостей в общий зал.
Все непроизвольно завертели головой в поисках источника звука.
– Пойдемте, здесь везде камеры и микрофоны, и, как выяснилось, не только. Сейчас мы слышали Нэо Танаки. Я с ним здесь и познакомился, при подписании контракта. Идите за мной.
И мы, войдя в ворота, направились в сторону сошедшего со страниц самурайской легенды дома. За каменным садом, виднелся домик поменьше. Если я ничего не путаю, для чайной церемонии. Живут же некоторые!
– А сказали, охрана дом покинула.
Я с интересом рассматривал мужчину средних лет, явно азиатского и, скорее всего, японского происхождения, вышедшего нам навстречу. В темном костюме, с новым «Хеклером» без откидного приклада и прочих лишних для такого автомата «аксессуаров» вроде лазерного прицела или коллиматора. Если подствольный фонарик иногда еще можно понять. Хоть для тех же полицейских, в теории применяющих миниатюрный пистолет-пулемет в условиях узких неосвещенных комнат и коридоров. То остальное удел далеких от практики любителей. Из-за правого плеча у вышедшего на прикрытую скатами крыши террасу «самурая» выглядывали рукояти сразу двух клинков. По длине ножен, нижняя часть которых выглядывала на уровне пояса слева, можно было предположить, что за спиной у незнакомца классические катаны.
– Это телохранитель хозяина отеля.
– Джекоб, а вообще
– Человек пятьдесят наверно, но вместе я их никогда не видел.
Мы подошли, охранник, окинув нас цепким профессиональным взглядом, попросил открыть кофр Агата. Логично, единственное объемное вместилище, подходящее для оружия. Удостоверившись в отсутствии подозрительных предметов, телохранитель жестом и легким кивком головы предложил нам следовать внутрь дома. Я же, пока японец разглядывал кофр, поближе рассмотрел клинки. Рукоять и цуба, узкая гарда, защищающая руку, выглядели неброско, но весьма внушительно для разбирающегося человека. Оковка ножен у обоих клинков наводила на интересные мысли, мелкая гравировка, узоры. Возникало ощущение, что клинкам очень много лет. И создавали их не для парадов и ритуальных церемоний. Дополнял атмосферу ирреальности кожаный шнурок, на котором крепились оба клинка. Никаких поясов с вычурными узорами и прочих «этнографических красивостей» для туристов. Обыкновенная портупея старого армейского образца с дополнительными креплениями. Катаны были разными и узором и материалом отделки, но кое-что их роднило. Схожесть была в отдаленном эхе столетий, которое ложится на подобные вещи. И если доводилось всласть покатать ката с настоящим клинком, прошедшим через века, ощущение причастности, порой захлестывавшее при личном контакте, чувствовалось и на расстоянии. Эти самурайские «длинные ножи» дышали историей. Интересно, отчего их два?
Проходя внутрь, я был готов к чему угодно. Столь Богатый фасад эпохи Эдо мог скрывать додзе домашнего храма, или ультрасовременный деловой кабинет. Но действительность оказалась еще интереснее. Внутри, в большом зале, видимо, занимающем три четверти всего дома, стояло несколько столов полукругом. На них пять раскладных планшетов последней модели, демонстрирующих потоки быстро меняющихся цифр и разноцветную инфографику. А также здоровенный серверный системник, подсоединенный к голопроэктору. В самом центре зала столб голопроектора рисовал схематичное изображение острова с огромным количеством линий и непонятных мне пометок. Более-менее узнаваемо выглядел вулкан со склонами, отель и дороги, среди которых я нашел ту, по которой мы так лихо спустились. Трехмерная модель не заканчивалась уровнем океана, уходя контурами значительно глубже, если верить взятому оператором масштабу. Я подобную технику несколько раз вживую видел. Но чтобы наблюдать работу вблизи… Несмотря на текущее положение, захотелось проверить, насколько реклама соответствует реальности. Действительно ли чудо машина, успевает отображать объемное моделирование в реальном времени, когда в голограмму руками залезаешь. Увы, оператор, сидящий за клавиатурой, и еще несколько человек, суетящихся вокруг воспроизводимого голопроектором изображения, корректировать картинку вручную не торопились. Людей было немного. Три японца. Пожилой, еще не дряхлый, седой старик в темно-коричневом костюме, идеально накрахмаленной белой рубашке, пальцы автоматически перебирают поблескивающие гранями алые четки. Телохранитель, вставший у плеча старика и тем обозначивший его статус, и сорокалетний обладатель пышной слегка вьющейся шевелюры и круглых очков, в полевой полувоенной форме, колдующий над одним из планшетов. Также трое европейцев мужеского полу, один из которых постоянно вводил новые данные, корректируя картинку, создаваемую проектором, двое других перебегали от одного экрана к другому, видимо, сверяя некие неизвестные мне параметры. В стороне от центра происходящего, взирая на суету с неодобрением, стояла темнокожая женщина средних лет с большой сумкой через плечо. Довершал экспозицию невысокий смуглый индус в уже знакомом голубом «костюме спасателей», стоящий рядом со стариком. Он держал перед глазами спутниковый телефон и торопливо что-то набирал.
– Уважаемый Нео Танки, не будете ли вы столь любезны подсказать скромному гостю, как можно связаться с кораблем вооруженных сил Российской Федерации, находящимся сейчас на рейде?
Пожилой японец посмотрел на Артема, затем перевел взгляд на индуса, тот, прервал свое занятие, и отрицательно покрутил головой.
– Увы, ничем помочь не смогу. Вы опоздали, сейчас работают лишь проводные телефоны, иной исправной связи на острове не осталось. Впрочем, если вы поспешите, то возможно успеете выйти на пристань и помахать своим друзьям рукой.