Монстрячий взвод
Шрифт:
— Хотите сказать, они помогают врагу? Почему?
— Это лучше, чем голод, сэр. Закон жизни. Да и одной стиркой дело не заканчивается.
— Сержант, здесь совсем юные мальчики! — воскликнул Блуз, краснея.
— Рано или поздно им все равно предстоит узнать о глажке и штопке, сэр, — ухмыльнулся Джекрам.
Блуз открыл рот. Блуз закрыл рот.
— Чай готов, сэр, — произнесла Полли. Чай оказывается чрезвычайно полезной вещью. Он дает тебе повод говорить с кем угодно.
Они остановились в полуразрушенном фермерском домике. Судя по всему, даже патрули
— Они просто приходят и уходят, Перкс? — спросил лейтенант.
— Да, сэр, — кивнула Полли. — И у меня появилась идея, сэр. Разрешите высказать, сэр? — Она заметила, как Джекрам приподнял бровь. Она знала, что слишком торопилась, но время поджимало.
— Прошу тебя, Перкс, — улыбнулся Блуз. — Иначе, боюсь, ты попросту взорвешься.
— Они могут стать нашими шпионами, сэр! Они даже могут открыть ворота для нас!
— Превосходно, рядовой! — кивнул лейтенант. — Мне нравятся солдаты, способные думать.
— Да, верно, — прорычал Джекрам. — Еще чуть-чуть, и его умом можно бриться будет. Сэр, они прачки, сэр, в основном. Не имею ничего против молодого Перкса, умный малый, но даже самый обычный стражник обратит внимание, если вдруг Старушка Рилей попытается открыть ворота. И к тому же там не просто пара ворот. Их шесть пар, и милые дворики между ними, дабы стражники могли присмотреться к тебе, если ты не тот, за кого себя выдаешь, и еще подъемные мосты, и потолки с шипами, которые падают вниз, если твой вид кому-то не понравится. Попытайтесь-ка справиться со всем этим намыленными руками!
— Боюсь, сержант прав, Перкс, — печально заключил Блуз.
— Но, допустим, паре из них удастся убрать нескольких стражников, и тогда они смогли бы пропустить нас через их маленький вход, — не сдавалась Полли. — Мы даже сможем захватить командующего фортом, сэр! В крепости, наверняка, множество женщин, сэр. Работают в кухнях и тому подобном. Они могли бы… открыть нам двери!
— О, перестань, Перкс… — начал Джекрам.
— Нет, сержант. Постойте-ка, — перебил его Блуз. — Как это ни удивительно, Перкс, но в своем мальчишеском энтузиазме ты, хотя и сам этого не понимая, подал мне очень интересную мысль…
— Правда, сэр? — удивилась Полли, которая в своем мальчишеском энтузиазме пыталась выгравировать эту мысль в голове Блуза. Для такого сообразительного человека, он был слишком медлителен.
— Разумеется, Перкс, — кивнул Блуз. — Потому как нам нужна лишь одна «прачка», чтобы проникнуть внутрь, не так ли?
Кавычки звучали многообещающе.
— Ну, да, сэр, — проговорила Полли.
— И, если хорошенько подумать, «женщина», в общем-то, и не должна быть женщиной.
Блуз сиял. Полли позволила себе непонимающе нахмурить брови.
— Не должна, сэр? — переспросила она. — Я не совсем понимаю вас, сэр. Честно говоря, я озадачен.
— «Она» может быть мужчиной, Перкс! — голос Блуза источал восторг. — Одним из нас! Переодетым!
Полли облегченно вздохнула.
— Господь с вами, сэр, переодевание в прачек выводит из крепостей! Законы войны!
— Если мужчина войдет внутрь, он может обезвредить стражу у ворот, разведать обстановку и впустить остальных! — Блуз стоял на своем. — Если это произойдет ночью, то к утру все опорные пункты будут у нас в руках!
— Но они не мужчины, сэр, — произнес Джекрам. Полли обернулась. Сержант смотрел прямо на нее, прямо сквозь нее. О боже, то есть черт… он знает…
— Прошу прощения?
— Они… мои маленькие ребятки, — продолжал Джекрам, подмигнув Полли. — Твердые ребятки, как цемент, но они не из тех, что перерезают глотки и прокалывают сердца. Они завербовались, чтобы стать пикенерами, сэр, в настоящей армии. Вы мои маленькие ребятки, сказал я им, записывая имена, и я позабочусь о вас. Я не могу просто стоять и смотреть, как вы ведете их на верную смерть.
— Решение за мной, сержант, — ответил Блуз. — Мы в «руках судьбы». И кто, в минуту опасности, не готов отдать свою жизнь за свою страну?
— В надлежащем бое, сэр, а не из-за удара по голове, потому что ни одному неотесанному солдату не понравится, что ты слоняешься вокруг форта. Вы знаете, я никогда не признавал шпионов, никогда не скрывал свою форму, сэр, никогда.
— Сержант, у нас нет иного выбора. Мы должны воспользоваться этим преимуществом «прилива фортуны».
— После них начинается отлив, сэр. И маленькие рыбки остаются на берегу, — сержант поднялся, кулаки его были сжаты.
— Ваша забота о солдатах делает вам честь, сержант, но…
— Прощальный жест, сэр? — Джекрам плюнул в огонь, разожженный в полуразрушенном очаге. — К черту, сэр. Это лишь способ умереть знаменитым!
— Сержант, ваше неповиновение…
— Я пойду, — тихо произнесла Полли.
Оба человека замолчали, повернулись и уставились на нее.
— Я пойду, — повторила Полли. — Кто-то ведь должен.
— Ты что, оглох, Перкс? — прикрикнул Джекрам. — Ты не знаешь, что там, ты не знаешь, чего можно ожидать от стражи, ты не знаешь…
— Значит, я выясню, сержант, так ведь? — Полли попыталась улыбнуться. — Может, мне удастся пробраться куда-нибудь, где вы меня увидите, и подать вам какой-нибудь знак, или…
— А, по крайней мере, здесь наши с сержантом мнения совпадают, Перкс, — произнес Блуз. — Право же, рядовой, это попросту не сработает. Да, ты храбр, разумеется, но почему ты считаешь, что сойдешь за женщину?
— Ну, сэр… что?
— Твое усердие не останется незамеченным, Перкс, — Блуз улыбнулся. — Но, знаешь, хороший офицер присматривает за своими солдатами, и, должен сказать, я заметил у тебя, у всех вас, незначительные… привычки, вполне естественные, как, например, случайное сморкание, или склонность ухмыляться после выделения газа, естественное для парня желание, кхм, почесать… себя на людях… и тому подобные вещи. Именно такие незначительные детали в одно мгновение скажут любому наблюдателю, что ты — мужчина в женской одежде, поверь мне.