Монохром
Шрифт:
— Сладкая, — сказал он, — возможно, даже не понадобится сахар.
— Тогда доедай.
Юэн подтолкнул вторую половинку ягоды, и Бернард съел её, на мгновение
коснувшись языком его пальца. Юэн легонько провёл по его подбородку, собирая
клубничный сок, и, опустив палец себе на язык, примял его губами.
— Сладко, — облизнулся он, не сводя глаз с Берни. Тот тоже смотрел на него в
ответ, прикусив губу. — Ещё?
— А точно останется для начинки?
—
спелую ягоду. На этот раз Берн съел её целиком и пока не успел прожевать, Юэн
прижался к его губам своими, вбирая всю сладость ягоды и поцелуя. Берни
коротко выдохнул с тихим стоном.
Кончики пальцев кольнуло, кожу по всему телу защекотало, и внизу живота ярко
запылал жаркий узел. Берни ответил на поцелуй с особой нежностью, хоть и не
мог касаться Юэна, но охотно ловил его губы.
— Вкусно? — спросил Юэн, отдаляясь и ехидно улыбаясь.
У Берни опьянел взгляд, и зелёные глаза заблестели сочными бусинами. На
щеках разлился румянец, а губы показались снова такими желанными, что
хотелось целовать их бесконечно.
— Очень.
— Тогда я приступлю к приготовлению начинки.
Юэн взял отдельную миску и пестиком принялся разминать ягоды. В воздух
взвился приятнейший клубничный аромат. Для лучшего хранения Юэн всё-таки
добавил немного сахарной пудры и, когда перемолол клубнику до жидкого
состояния, взял ложку и решил попробовать. Однако каким-то невообразимым
образом (или вполне себе даже очевидным) почти всё содержимое ложки
оказалось на его кофте.
Бернард, отряхиваюший руки от муки, уставился на него, приподняв брови и
усмехаясь.
— Вот я растяпа, — с наигранным недовольством сказал Юэн. — Кажется, придётся сменить одежду.
— Да, точно. Придётся, — повторил Берн.
Юэн стянул кофту и кинул её на спинку стула. Бернард ухмыльнулся, затем
прокашлялся и сделал максимально серьёзный вид, но щёки его мило
зарумянились, как и кончики ушей.
— Я заметил несколько капель джема и на штанах, — невозмутимо сказал он.
Юэн, конечно же, видел и его сияющие игривостью глаза и чуть приподнятые
уголки губ, но решил разыгрывать спектакль дальше. Раз они оба участвовали в
нём.
— Уверен, что капли джема туда попали?
— Точно.
Юэн опустил большие пальцы под резинку штанов и немного спустил их вниз.
— Даже не знаю.
Бернард приблизился, смело запустил ладони ему под ткань штанов и огладил
ягодицы. Приоткрыв рот, Юэн встретился с ним взглядом.
— Точно видел.
Юэн расплылся в улыбке. Их бессвязные разговоры во время флирта его
необычайно забавляли.
— Не сомневаюсь. Раз ты видел, то я разрешаю снять с меня эти ужасные
грязные штаны, чтобы мы отправили их в стирку.
Бернард послушно повёл ладони ниже, снимая таким образом штаны вместе с
боксерами. Юэн, полностью обнажённый, принял переход хода и потянулся
Берни за спину, хватаясь за верёвочки от фартука.
— Узел сам развязался.
— Да, сам, — согласился Бернард.
Фартук тоже вскоре оказался на спинке стула. Если бы окна не были заранее
зашторены, то со стороны улицы подошедшему к крыльцу человеку предстала
бы очень пикантная и занятная картина. На остальных было в общем-то всё
равно, но шоу Берн с Юэном планировали устраивать только для себя.
Юэн взял миску с джемом и сделал вид, будто хочет попробовать, однако
клубничное пюре в итоге попало ему на грудь.
Бернард наигранно вздохнул, не отводя взгляда от него.
— Ты такой неуклюжий, — покачав головой, сказал он.
— Ты только что это понял?
— Я давно это понял.
Бернард приблизился и склонился, ладонь его легла Юэну на лопатки, а язык
прошёлся по груди, слизывая сладкие клубничные соки. У Юэна подскочил
пульс и запылали жаром щёки. Низ живота тоже охотно отзывался на ласки.
— Вкусно? — спросил Юэн, поглаживая Берни волосы, когда тот выпрямился и
заглянул ему в глаза.
— Очень, — ответил Бернард и поцеловал его в губы, которые были ещё
сладкими от клубники.
Разыгрывать спектакль дальше не хватило терпения ни у одного, ни у другого.
Поэтому они принялись жарко целоваться и нескромно поглаживать друг друга, в очередей раз наслаждаясь этой тактильностью.
Наконец Бернард одним ловким движением убрал разделочную доску с тестом и, подхватив Юэна за бёдра усадил его на стол, а сам устроился между его ног.
Ладони Берни заскользили Юэну по бокам и спине, а губы влажными поцелуями
прижимались к шее и плечам. Опираясь на выставленные назад руки, Юэн мог
только принимать ласки, от которых всё перед глазами туманилось. Постанывая, он не мог усидеть на месте ровно и плавно двигался волной к Берни, тесно
прижимаясь членом к члену и ловя периодически его губы своими. В какой-то
момент Берн опустил пальцы ему на грудь и мягко надавил.
— Ложись, буду пробовать, насколько вкусная у тебя получилась начинка и