Монохром
Шрифт:
застыло.
Юэн наклонился и сочно поцеловал Берни в губы, потом просто
опустился на него, тяжело дыша и не зная, сможет ли вообще встать, чтобы хотя бы помыться. У Берна тяжело вздымалась влажная от пота
грудь. Он мягко похлопывал Юэна по спине. Пока что ни у кого из
них
***
Бернард поставил перед ним тарелку с горячими тостами. У Юэна
заурчал живот, как бы намекая, что этого будет недостаточно, чтобы
восполнить запас энергии. Он схватил тост и жадно откусил
большущий кусок, запил горячим свежезаваренным чаем и замычал
от удовольствия — еда, даже такая обыкновенная, казалась
необычайно вкусной. Пища богов, не меньше.
Берн тоже сидел с чашкой и, улыбаясь как подвыпивший, смотрел на
Юэна.
— Если надо будет ещё — сделаю, — сказал он.
— Я просто без сил, — промычал Юэн. — Совместный душ меня
добил. Не знаю, смогу ли после перекуса подняться в спальню.
— Тоже не знаю, я тебя не потащу, если что. Ты слишком тяжёлый.
— Когда я прыгал на тебе полчаса назад, ты не говорил так.
— Тогда ты был не тяжёлый.
Юэн вяло усмехнулся.
— Ладно, согласен. Сейчас я расслабленный и ещё более тяжёлый, чем обычно.
Он протянул руку по поверхности стола, и Берн коснулся её тыльной
стороной пальцев. Он тоже пил чай, но без тостов, и выглядел
румяным с немного окосевшим взглядом, но
бодрый и свежий.
— Почему тебя развезло не так сильно, как меня? — жалобно
простонал Юэн.
— Потому что ты отыгрался, а я только лежал и плавился от твоей
напористости.
Юэн ехидно хмыкнул. Он доел тосты, добавки просить не стал, хотя
сейчас был в таком состоянии, что мог бы съесть половину
содержимого холодильника и потом даже не страдать от переедания.
Однако на второй этаж подняться так и не смог. Шаркающей
походкой он доковылял до дивана в гостиной и просто рухнул на
него, словно подстреленный.
— Эй, ты серьёзно? — послышалось за спиной.
— Ага, серьёзней некуда, — пробормотал Юэн в подушку. — Всё, Берн, прости, мне лень разговаривать.
Перед глазами уже начали мелькать разноцветные круги, по телу
растеклось ощущение, словно он проваливается сквозь диван. А
потом вдруг стало тепло совсем рядом. Ему показалось, что Берн
накрыл его пледом. Юэн зашевелился и его обдало ароматом луговых
трав и лесных ягод.
— О, малыш Берн поддерживает меня и ложится рядышком, —
пролепетал Юэн.
— Не буду же я спать наверху один, — прошептал Бернард.
Юэн крепко его обнял, прижался щекой к горячему плечу и
моментально погрузился в сон, напоследок считая вовсе неплохим
возвращение домой в скверном раздражённом состоянии.