Молчаливая весна
Шрифт:
Настолько велико, что даже загруженность на работе не отвлекает. Ближе к обеду не выдерживаю и звоню ему сама.
— Быстро выкладывай, что там у тебя, — глядя, как в духовом шкафу печется печенье, начинаю свой наезд.
— У меня в руке банан, а что? — начинает смеяться, а я, на секунду опешив, раздражаюсь.
— Кир, я по самый нос в муке, у нас непонятный аншлаг сегодня, а ты, сволочь, еще утром пообещал новости. Ну? Я жду.
— Может, я тебе сценку в лицах разыграть хотел, а ты весь кайф обламываешь, — вздыхает. Слышу
— Ты с Лёшей?
— Умница, возьми печеньку с полки. Или ты с ним возжелала поговорить? Могу трубочку передать, — издевается.
— Боже мой, в кого ты такое чудовище, он же все слышит…
— Скажу по секрету: он вышел из комнаты, и ему глубоко наплевать, с кем я тут любезничаю. До вечера совсем невтерпеж?
— Не-а, — по-детски отвечаю. Был бы рядом, я бы с жалобными глазами выпрашивала инфу. Потому как мыслей вообще никаких, что же там он узнал. А может, вообще что-то после моего ухода случилось?
— Ладно, скоро нагряну. С тебя какао и кексик за счет заведения.
Отключается, а я туплю еще с минуту, глядя на телефон. Да хоть целый тортик, если информация дельная.
Хожу как на иголках, нервно посматривая на дверь. Он как бы пообещал прийти, только прошло уже два часа, а его все еще нет. Это, безусловно, эгоистично с моей стороны — вот так выдергивать его. Могут ведь у него планы свои быть и прочая занятость. Только в данной ситуации Кирилл сам виноват. Не интриговал бы с раннего утра, не пришлось бы тащиться ко мне и докладывать.
Людей сегодня невыносимо много. Кондиционер работает на износ. Жара за окном стоит невыносимая, хотя уже вечереет. И это вам конец лета.
Словно электро-веник перемещаюсь по заведению из угла в угол. Подменяю сестру на кассе или же контролирую все на кухне. Похоже, нужно было мелких позвать помогать. Рук не хватает. Погрязшая в делах, но не забывающая об интриге дня, упускаю момент, когда Кирилл подходит к кассе.
— Ну и где мой кексик? — Какие же они все-таки разные. Один с лучезарной улыбкой. Второй с вечно каменным лицом.
— Где-то. Подожди пару минут, иди пока на кухню, — пропускаю его и продолжаю рассчитывать посетителей. Сославшись на то, что мне срочно нужно кое-что сделать на кухне, оставляю сестру за прилавком. Работать еще пару часов, а я уже как лимон выжата полностью.
Зайдя к Кириллу, вижу его, с интересом рассматривающего наши с Алесей фотки на стене. Был же тут уже, не заметил, что ли?
— Вот эта младшая, да? — тычет пальцем в стенку. — Просто мало на вас похожа. Слишком мало.
— Ты пришел о моих сестрах поговорить?
— Может, я найду свою судьбу одной с тобой крови. Раз уж ты забронирована, — отвлекается от созерцания глянцевых снимков.
— Кирилл…
— Что я тебе скажу. Он все же вышел посмотреть, вдвоем ли мы уехали.
— Я видела силуэт, но не поняла, он ли это. Что было
— А потом я измывался над старшим братом. Изощренно вытаскивая из него хоть малость информации по поводу тебя.
— И как успехи?
— В общем-то, все довольно неплохо.
— Ты можешь, наконец-то, рассказать от начала до конца? А не юлить, черт возьми.
— Я подхожу, тот стоит, как туча, и явно ждет, что я ему скажу, — начинает, усевшись на стул. — Я спросил, считает ли он тебя своей.
— И что он? — перебиваю.
— Не отрицал, не подтверждал. Молчал, проще говоря. Но я его слишком хорошо знаю, чтобы не заметить ответ в его уставших глазах, — самодовольства вагоны. — Странно, что ты не замечаешь многие нюансы. Намеренно или нет, кто тебя знает. Но факт в том, что ты, Лина, слепая.
— Где-то я это уже слышала…
— Он осторожничает. Проверяет тебя. Испытывает. Но одно тут ясно, что ему стопроцентно не все равно. И это не теория. Вчера я наглядно тебе продемонстрировал его небезразличие. Стакан виски и серьги? Помнишь?
— Помню. Тогда в чем проблема?
— Вот здесь, — постукивает пальцем себе по голове. — Причём, у вас обоих, насколько я вижу.
— Умничаешь? Лучше бы подсказал, где выход. Или как все с мертвой точки сдвинуть.
— Все уже двигается, просто не в том темпе, что ты хочешь. Не знала, что иногда нужно просто подождать?
— Знать бы, чего ждать… — выдыхаю. Надежда, которая еще на днях медленно умирала в сердце, встрепенулась. Но не зря ли? Кирилл, конечно, знает своего брата и вряд ли ошибается в реакции того. Умеет правильно считывать по глазам молчаливые ответы. — Я не понимаю его. Пытаюсь, но не выходит. И глаза его не всегда вообще что-то выражают. А может, мне просто не дано увидеть, что в них таится?
— Научу. И информации я тебе предоставил очень много. Складывай картинку. Вникни в его прошлое. С ним не будет легко, предупреждаю сразу. Если трусишь, можно сворачиваться. Или западай на меня, чем не вариант? — двигает бровями, вмиг растеряв всю свою серьезность.
— Да, конечно. Сейчас, подожди, только рычажок переключу, блин, — язвлю в ответ. — Мне надо работать. Сестра и так последнее время психованная и нервная.
— В семь буду стоять солдатом у дверей.
— Да хоть ковриком лежи, — со смешком выдаю и становлюсь за кассу, пропустив его.
Когда спустя пару часов я вышла, он и правда ждал уже. Провел до дома. Вытрепал все нервы своим стебом. Рассказал кучу мелочей про брата. И взял с меня обещание, что нашего с Лёшей сына мы назовем в его честь. Смешной… Детей я пока заводить не готова. Это вам не котенка купить. Да и не мне в случае чего решать, не одной мне.
Вообще строить планы, по-моему, еще не то что рано, а даже глупо. Не понятно, во что все это выльется. И выльется ли вообще. Сомнения терзают, не отпуская. Внутри такой кавардак, что страшно. И разобраться в этом я должна сама.