Мне отмщение
Шрифт:
За ним толпились. Вполне человеческие фигуры - только у двоих из шеи торчали птичьи головы. А может, ящериные морды.
Тарег не стал присматриваться. Пошатываясь и мотая, как пьяный, головой, он принялся спускаться вниз. Топ - ступенька. Топ - ступенька. Топ. Топ.
– ...Это ваш?
– Наш, наш, не ваш же...
– вполголоса забурчал Амаргин.
– Иди пиши, чего велено, и не умничай
Тарег с трудом приоткрыл один глаз. В него ударил солнечный свет, и глаз пришлось закрыть.
А почему солнце, а? Почему солнце?..
Щурясь и слезясь, закрываясь ладонями, он сумел выглянуть в щелку между пальцами - не так слепило.
Где-то в каком-то доме они: земляной пол, циновка под боком, из широкой двери на террасу льются потоком солнечные лучи. И яркий срез неба над плоской крышей соседнего домика за глинобитным забором.
Ашшаритское бурчание удалялось вместе со здоровенной тенью и скрипом сапог:
– Да я чо, я спросил, сколько подорожных выписывать, я чо...
Точнее, человек сказал - аман, охранная грамота. Кому охранная грамота нужна, интересно... Очень медленно Тарег сообразил: ах да, конечно. Лаонцам.
– Уезжаете?
Амаргин резко повернулся к нему и наклонился, болтая заплетенными рыжими косичками.
– Ну ты здоров дрыхнуть, Стрелок. Четыре дня - это у вас все так спят в Ауранне, или ты особо выдающаяся личность по части сопения в две дырки?
– Я-аэо...
– зевота неприлично раздирала рот, - ...я - выдающаяся-аааа... да. Личность.
Все болело, как будто его плашмя, как тунца, колотили о камень. Но сесть получилось. Глинобитная стена за спиной оказалась приятно теплой.
– Я думаю, нам пора. Пора уходить - пока айсены не передумали одарить нас помилованием и подорожными до самой границы с Лаоном, - тонко усмехнулся Амаргин.
И протянул влажное полотенце:
– Оботрись. А то ты как дэв, к тому же разрисованный.
Пока Тарег превращал чистое полотенце в грязную тряпку, возя мокрой тканью по морде, лаонец говорил:
– Нас - вместе с тобой - тринадцать. Число как число.
– А Дейрдре ты за кого считаешь?
Выглянув из складок ткани, Тарег узрел очень худую Финну с пухлым свертком на руках.
– Ага. Мои поздравления.
– Дейрдре я считаю за третью даму в нашем отряде, - невозмутимо отозвался Амаргин.
– Я говорил о способных держать оружие. По дороге в Хань, пока мы будем ехать через Лаон, оно нам понадобится. И не раз.
– В Хань?
– мечтательно улыбнулся Тарег.
– В Хань, - твердо кивнул Амаргин, закачав косичками.
– Там
– Дядя в Хань - это здорово, - щурясь на солнце, блаженно протянул нерегиль.
– А кстати, чем все...
– ...закончилось?
– фыркнул лаонец.
– Победой, Стрелок. Все закончилось победой. Карматы, кстати, не сумели прорваться во второй альхиб.
Тарег облегченно вздохнул.
– А на следующий день в Медину вошел приличный, сотни в три, вооруженный отряд.
– Подкрепление?
– изумился нерегиль.
– Охрана сиятельной особы принца Ибрахима аль-Махди, - показал в улыбке белые-белые зубы Амаргин.
– Один знаменитый столичный астролог посоветовал дядюшке халифа не дожидаться месяца паломников, чтобы поклониться святым местам. И нагадал, что попытка совершить малое паломничество, умра, этой осенью будет исключительно удачной. И к тому же станет венцом его славы. Говорят, въехав в Медину, сиятельный принц орал, как резаный, обещая астрологу много радостей в ближайшем будущем. Драться с карматами ему, похоже, не очень понравилось. Он-то думал, что напишет очередную мувашшаху, и потомки склонятся перед его талантом поэта. А пришлось браться не за калам, а за меч, экая незадача...
Хихикнув, Тарег заметил:
– Ну, а чего он хотел? Разве не удачная вышла попытка? Для всех без исключения?
– Вот и я говорю, - щурясь, как сытая лиса, заулыбался лаонец.
– Так что карматов отогнали. Надолго ли - не знаю, и потому думаю, что нам пора делать ноги. Собирайся, Стрелок.
– Насчет того, что отогнали, я не уверен, - задумчиво пробормотал Тарег, продолжая медленно тереть щеку.
– Я думаю, они отошли. Не получилось взять пленных - откатились.
– Вот именно. Но ждать их тут смысла не имеет, согласен? Собирайся, пора.
Тарег отнял от лица полотенце и посмотрел на залитый солнцем двор.
– Стрелок?.. Собирайся, говорю, не рассиживайся. Впрочем, что тебе собирать, у тебя нет ничего, мы тебе сами все соберем. Айсены дают нам лошадей, ишь ты, расщедрились на радостях.
– А где аз-Захири?
– вдруг спросил Тарег.
– Вот уж кого должны были наградить... И муллу тоже...
По двору бродили курицы, безмятежно поклевывая что-то в разбросанной соломе.
– Зачем тебе аз-Захири?
– Я его донимал всю ночь. Дурацкими вопросами. И его, и ибн Салаха. Извиниться хочу.
Амаргин молчал.
Тарег заглянул ему в лицо. Лаонец отвел глаза.
Глупо покомкав полотенце, Тарег спросил:
– Как это случилось?..
– Он... умер. Просто... умер.