Мастер Трав VIII
Шрифт:
— Элиас, пошли на задний двор, — Рыхлый тронул меня за плечо. — Остальных посмотришь. Им тоже досталось.
Я кивнул и двинулся за гнилодарцем. Вокруг меня тут же закружился неплотный, но заметный рой мелких мошек. Я не отмахивался — знал, что это Лира, даже сидя в доме продолжает так меня охранять. От этого на душе стало немного теплее.
Мы обошли дом и на заднем дворе, где была пасека и десятки пней, сидели остальные гнилодарцы. Там были и те крупные камни, на которых когда-то сидел Малик. Все гнилодарцы были уставшими и…расстроенными.
Рыхлый
— Знаешь, вот эти четверо, включая Шуршу в лесу — это те, кто имел хорошие отношения со мной или Морной. Те, кто поверил Клыку и не поверил Хельму и Целителю с самого начала.
— А те трое? — кивнул я на двор.
Рыхлый вздохнул.
— Они чуть другие. Они, мне кажется, вообще никому не доверяют.
Я кивнул.
— Понятно.
Проблема была в другом: максимум Анализов, которые я смогу из себя сегодня выдавить до того, как мой мозг просто отключится от перегрузки, — это пять. Даже шестой, наверное, не сумею из себя выжать. Я уже потратил часть лимита на Морну и проверку черной живы. А незнакомых людей семь. И мне жизненно необходимо выяснить, кто из них чист, а кто может нести в себе скрытую черную метку-контур Целителя. Мне нужно знать, кому можно доверять хотя бы в этом отношении, а кто является потенциальной бомбой замедленного действия.
Да, Рыхлый считает, что эти четверо заслуживают доверия, но так ли это? Может как раз те трое независимых и будут более надежными союзниками, как знать? Ладно, сейчас всё увижу. Проблема еще в том, что я не могу просто подойти к Ржавому, Шипастой и Каменноголовому и пожать им руки — Анализ я могу провести только если буду лечить их.
— Знакомь, — тихо сказал я Рыхлому.
Мы подошли к первому гнилодарцу, который сидел в тени дома Морны, прислонившись к полусгнившему бревну. Вояка из него был, наверное, так себе. Он был щуплый и явно не занимающийся своим телом, которое было покрыто десятками черных ожогов. Некоторые были более глубокими, другие — поверхностными, но все они причиняли ему боль, это было видно по стиснутым зубам и прерывистому дыханию. В чем же его Дар?
— Это Шептун, — представил его Рыхлый. — У него Дар звуков. Он может имитировать любые голоса, сливаться с шумом леса, или оглушать…если нужно. Иногда он издает настолько тихие звуки, что я их даже не слышу, но чувствуют мои черви, а иногда может создавать такие звуковые волны, что посуда трескается.
Я задумался. Любопытный Дар, и несомненно опасный. Главное — знать, как и где его использовать. Но опять же…другим Дарам в боевой мощи он, очевидно, уступал.
Я протянул ему руку в перчатке. Шептун посмотрел на нее с подозрением, но, после одобрительного кивка Рыхлого, нехотя ответил на пожатие и в тот же миг я применил Анализ.
[Объект: Человек Тип дара: Звуковой
Духовный корень: Цел.
Состояние: Стабильное.
Заражение: Присутствуют частицы структурированной темной живы в тканях. Низкая
Ясно, метки нет, но описание этого искусственного черного тумана чуть схоже с описанием метки.
— Я бы пожал без перчатки, — оправдался я, отнимая руку, — Но эта черная дрянь может перекинуться, и тогда придется тратить силы на лечение самого себя.
Шептун кивнул.
— Я — Элиас, травник. — представился я.
— Слыш.шал. — тяжело ответил Шептун. Похоже, говорить ему сейчас тяжело. Может, во время бегства он вдохнул черного тумана внутрь?
— Элиас пришел помочь, — сказал Рыхлый.
— Я… пока и так справляюсь… — в этот раз говорил Шептун еще тише, настолько тише, что мне пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова. Он звучал как шелест сухих листьев.
— Как знаешь, — пожал я плечами.
В целом, система отметила низкую степень заражения, значит не считала его состояние критическим.
После мы подошли к подростку, который сидел с краю пасеки. И вот его состояние заставило меня напрячься. Этого, похоже, нужно лечить, и чуть ли не в первую очередь. Мальчишка был тощий и угловатый, рубаха лежала рядом с ним, а на его теле проступали небольшие бугорки — зачатки мягких, еще не сформировавшихся шипов. Точно таких же, как у Шипастой на переднем дворе. Но проблема была в другом…вся его грудь и спина были в черной корке, а на лбу его выступила испарина. Похоже, пареньку было реально дурно.
— Иглыш, — коротко бросил Рыхлый, — Это Элиас, травник.
Тот поднял голову.
— Я слышал.
Смотреть парню было тяжело. Я только хотел протянуть ему руку пожать, — естественно, чтобы применить Анализ, — как меня остановили.
— Не трогай его! — прошипела выскочившая из-за дома Шипастая, — Помощи чужаков нам не надо, сами справимся.
И что этой ненормальной тут надо?
— Арна, — выдавил парень, — Не лезь.
Арна? Вот, значит, как зовут Шипастую на самом деле.
— Думаю, Арна, — повернулся я к ней, следя за ее шипами, — Мы тут сами разберемся.
— Это я решу сама. — отрезала девушка, — Мы тут посидим и уйдем.
Рыхлый вдруг помрачнел.
— Арна, не дури! Хочешь чтобы он сдох просто потому, что тебе не нравится Элиас? А?
Шипастая застыла и посмотрела на брата, потом на меня.
— У него очень тяжелые раны, — заметил я, присаживаясь с Иглышом, — Черный туман въелся глубоко, само оно не пройдет.
— Ты там знаешь, — фыркнула она.
— Другим помог, — ответил я, — И ему помогу. Если никто не будет мешать.
И посмотрел ей прямо в глаза. Она пару секунд не отводила взгляд, а потом сделала шаг назад.
Иглыш выдохнул.
И тут, глядя на них, меня вдруг осенило: Дары их схожи, да и черты лиц тоже. Неужели…
— Это твоя сестра? — спросил я Иглыша, прикасаясь к одной из его ран. Рукопожатие нам сорвали, но Анализ надо было провести.
— Она самая. — тихо фыркнул тот.
Анализ.
Голову будто ударили молотком, но я был к этому готов, и никак внешне не показал этого.