Мастер Трав VII
Шрифт:
Она прищурилась.
— Ты думаешь, ему это поможет?
— Думаю, да, — ответил я. — Пусть отвар не вылечит его Дар, но сейчас, в его состоянии, любая мелочь работает как поддержка.
— Звучит…разумно, — сказал Рыхлый.
Однако мы оба понимали, что для Морны этот отвар сейчас важен и…она может просто не захотеть делиться им.
Морна молчала. Я видел, как ходят желваки на ее скулах, и прекрасно понимал, что у нее в голове. Она хотела иметь запасную бутылочку. Шесть штук — это месяц, но учитывая
Она довольно долго смотрела на Клыка, потом на свою руку, покрытую шерстью, потом снова на меня, решая, стоит оно того или нет.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Жди. Принесу.
Не объясняясь больше, она резко развернулась и вышла из землянки.
Я же опустился на корточки рядом с лежанкой и прикоснулся к Клыку. Нужно провести Анализ. За ночь мозги успели восстановиться и можно было снова проверять его состояние. Меня немного шатнуло, закружилась голова, но в целом я перенес Анализ легче, чем вчера.
[Анализ: носитель — человек (мутация 2 ст.)
Инородное образование в духовном корне: чёрная жива (структурированная)
Тип: управляющий контур (более подробная информация недоступна)
Функция: постепенное подчинение носителя (активно)
Состояние контура: фаза расширения. Перехват каналов живы — 34%, перехват духовного корня 62%.
Сопротивление носителя: высокое. Контур сильно замедлен, но не остановлен.]
Можно было констатировать, что наши сеансы снизили количество черной живы, или, вернее перехват духовного корня на шестнадцать процентов. Вот почему Целитель так засуетился. Видимо, после достижения какого-то процентажа он перестанет вообще влиять на Клыка и возможно выздоровление пойдет быстрее.
Это радовало. Значит всё не впустую.
Из этих мыслей меня вырвал голос Рыхлого.
— Ты на неё странно смотришь, — негромко сказал гнилодарец глядя на меня.
— На Морну? — уточнил я.
— Да.
— Странно? Да нет, по обычному. Не понимаю, о чем ты.
Я уже и сам прислушивался к себе и понимал, что при всей очевидной симпатии к Морне, первоначальный эффект от нее и ее внешности как-то снизился.
— Понимаешь, — фыркнул он, — Но это твое дело. Я просто отметил. Ну, так это выглядит для меня.
Я промолчал. А что тут скажешь? В чем-то он прав, но в основном, пожалуй, нет. Единственное, что меня сейчас волновало — это решить все проблемы, которые накопились, развивать Дар и узнать больше про мир. Про Символы и остальное. Ну ладно, я понимал, что немного себя обманываю, и Морна мне приятна, как и смотреть на нее, но ничего в этом нет такого.
Больше о Морне мы с Рыхлым не говорили.
А скоро
— Только потому что ты попросил, — произнесла она ровно. — Хоть я и желаю Клыку выздоровления, но мое состояние мне важнее. Намного важнее.
— Спасибо, — тихо сказал я и принял бутылочку. — Я правда верю, что это поможет.
— Поверим вместе, — она криво усмехнулась.
— А что узнал Клык, тебя не волнует? — спросил вдруг Рыхлый.
Морна повернула к нему голову.
— Волнует, но для вас это важнее. Я тут всё равно чужая — я это знаю и чувствую. Особенно сейчас, когда все запахи бьют. Ты сам должен понимать, что запахи говорят больше, чем слова.
— Знаю… А насчет «чужая» — никакая ты не чужая, — нахмурился Рыхлый.
— Ты сам знаешь, что если Дар у кого-то не такой, как у вас… — она имела в виду гнилой Дар, — То и своим вы его не считаете. А у меня не такой Дар. Я просто…расколотая.
— Не в этом дело, — отмахнулся Рыхлый, — Просто…не всем ты нравишься. Это не одно и то же.
Морна шутливо оскалилась, показав верхние клыки.
— Утешил.
Я откупорил бутылку и понюхал.
— Ладно, — сказал я. — Надо дать ему это. И продолжить лечение. Времени у нас мало.
Морна кивнула. Я подошел к лежанке, и мы привычно уже разжали Клыку челюсти. На этот раз дело пошло легче — он почти и не сопротивлялся, видимо, тело уже привыкло. Я по капле вливал отвар, и чуть светящаяся жидкость исчезала в его горле. Мгновенного эффекта, конечно, не было, да и быть не могло. Это внутренние процессы, которые невооруженному глазу не видны.
Я вылил всё до последней капли и убрал пустую бутылочку в корзину. Лишних бутылочек не бывает.
— Теперь, — сказал я, поворачиваясь к Рыхлому, — План такой, сейчас передам тебе постепенно всю живу, что у меня есть — всё, что во мне накопилось за время сна. А потом мне надо сходить домой, к Грэму, и сварить еще пару бутылочек эликсира. Этих двух, что я принес, хватит максимум на день, а тебе, чтобы держать его, нужно больше. Правильно я понимаю, что как только Клык поправится, придет в сознание и заговорит, Хельм уже никаких претензий предъявить не сможет?
Рыхлый почесал голову.
— Ну…если он придет и увидит Клыка в сознании, то точно нет.
— Хорошо, значит главное теперь — чтоб он пришел в себя, — кивнул я.
— А время? — спросила Морна. — Хельм же дал полтора суток. Ты успеешь за это время всё сварить?
— Я успею, — ответил я. — Сейчас раннее утро, и если мы тут быстро закончим и я сразу пойду домой, то успею и сварить и вернуться.
Морна посмотрела на меня и…впервые за все утро улыбнулась.
— Шустрый ты, Элиас.