Лик огня
Шрифт:
– Конечно. А потом мы с Рипли обсуждали это во всех подробностях.
– Врешь!
– Сэм протянул руку и схватил ее за волосы.
– Мы очень веселились. Но в завершение этого долгого воспоминания польщу твоему самолюбию и признаюсь, что после этого меня неделю мучили эротические сны.
Сэм взял ее за шею и притянул к себе, так что их тела столкнулись. А потом положил ладонь на ее грудь.
– Меня тоже.
– Он скользнул пальцем по ее груди сначала вниз, а потом вверх.
– Майя…
–
– Держу пари, что я еще могу заставить тебя хихикать.
Не успела Майя сообразить, как он схватил ее за талию и повернул лицом вниз. Захваченная врасплох, она заколотила руками и ногами и перевернулась, когда пальцы Сэма безошибочно нашли ее ребра.
– Прекрати!
– Волосы упали на ее лицо, глаза залила морская вода.
– Хихикай!
– велел Логан, продолжая ее щекотать.
– Корчись и извивайся!
– Идиот!
– С трудом сдерживающая хохот, Майя пыталась освободиться, но над водой все равно раздался ее звонкий беспомощный смех.
Ей удалось схватить Сэма за волосы и как следует дернуть. Но он продолжал вертеть ее в воде. Вдруг Майя почувствовала головокружение, потеряла ориентировку в пространстве и ощутила жгучее возбуждение.
– Осьминог несчастный!
– Его руки были повсюду.
– Ты корчилась как следует. И это все еще действует. Только на этот раз обойдемся без снов.
– Он обхватил бедра Майи и вошел в нее.
Они поехали в дом на скалах и жадно, как дети, съели по тарелке холодной пасты. Когда голод был утолен, они легли в постель и снова набросились друг на друга.
Майя уснула в его объятиях и увидела сон. Она плыла в темном море так же безмятежно, как луна плыла по ночному небу, наслаждаясь прохладной водой и ароматным воздухом. Вдали был виден ее остров. Он спал, охраняемый от темноты лучом маяка.
Шум волн убаюкивал ее, даря покой и умиротворение.
А потом вдруг звезды взорвались и превратились в молнии, бившие в ее остров. Море забурлило и понесло ее прочь от дома.
Она боролась и отчаянно гребла в сторону грязного тумана, начавшего воздвигать стену на берегу. Волны заливали ее, засасывали в темноту, били по спине и толкали в глубину.
Раздался грохот. Последовавшие за ним крики надрывали ей душу. Собрав все оставшиеся силы, она потянулась к огню, горевшему внутри. Но его было недостаточно, чтобы рассеять тьму.
Она следила за тем, как остров уходил в море. Когда Майя заплакала, он увлек ее с собой…
Майя проснулась рядом с Сэмом, сжавшаяся в комок и вцепившаяся в простыню. Дрожа всем телом, она подошла к окну и успокоилась. Внизу раскинулся сад; луч маяка горел ясно, как всегда.
Неужели кончится именно этим? Вдруг она сделает все, что в ее силах, но этого окажется недостаточно?
В темноте послышался волчий вой, протяжный и ликующий. Зная, что ее хотят напугать,
– Я - огонь, - раздельно сказала она.
– И этот огонь однажды очистит тебя.
– Майя…
Она повернулась и увидела Сэма, сидевшего на кровати.
– Я здесь.
– Что там?
– Ничего.
– Она вернулась, но оставила балконную дверь открытой.
– Просто не спится.
– Возвращайся в постель.
– Он протянул руку.
– Я помогу тебе уснуть.
– Ладно.
– Она легла и призывно повернулась к нему.
Но Сэм только привлек ее к себе и погладил по голове.
– Закрой глаза. И забудь, что отвечаешь за остров. Хотя бы на одну ночь.
– Я не…
– Забудь, - повторил он и гладил Майю по голове до тех пор, пока она не уснула глубоким и спокойным сном без всяких сновидений.
13
– Это для нас, - сказала Майя, когда на востоке солнце выпустило в небо свою первую огненную стрелу.
– Праздник летнего солнцестояния, праздник щедрой земли, теплого воздуха и всевластного солнца. Мы - Трое.
– Да, да, - протяжно зевнув, ответила Рипли.
– И чем скорее мы с этим покончим, тем скорее я смогу вернуться домой и поспать еще часок.
– Твое отношение к делу вдохновляет. Как всегда.
– Позволь напомнить, что я голосовала против устройства круга на рассвете. Сегодня воскресенье. Вы сможете вернуться в постель, а мне целый день дежурить.
– Рипли… - Нелл сумела придать своему голосу оттенок мягкости.
– Сегодня солнцестояние. Начинать празднование самого длинного дня в году нужно с рассвета.
– Я здесь, верно?
– Рипли злобно посмотрела на Нелл.
– Ты что-то слишком жизнерадостная для беременной. Почему у тебя нет утреннего токсикоза?
– Я в жизни не чувствовала себя лучше.
– И не выглядела счастливее, - сказала Майя.
– Сегодня мы будем праздновать плодородие. Земли и твое. Первый костер зажигают на рассвете. Начинай.
Она подняла венок из лаванды и водрузила его на голову Нелл.
– Ты первой из нас зачала новую жизнь и передала нашу сущность новому поколению. Будь благословенна, сестренка.
Она поцеловала Нелл в обе щеки и сделала шаг назад.
– О'кей, ты меня растрогала.
– Рипли тоже поцеловала Нелл и подала руку Майе.
Нелл подняла руки и приняла в себя силу.
– От рассвета до заката пусть костер пылает ярко. С неба пусть огонь слетит, землю снова возродит. Не коснется его жар ни травинки, ни листа. Воля твердая сильна, пусть исполнится она.
Из земли ударил огонь, яркий, как золото.
Майя взяла другой венок, лежавший на куске белой ткани, и надела его на голову Рипли.