Лепрозорий
Шрифт:
И только через два в лес вернулась глава Охотниц – та самая Алиса.
Она еще даже не ступила за границу лагеря, а Хильда была уже мертва. Уже час, как мертва.
Кирана глубоко вздохнула – медики не ошибались никогда. И что касается ядов, благодаря украденным книгам кошек, они могли определять смерть с точностью до четверти часа. Четверти! Они просто не могли солгать.
Но кто мог?
– Магистр! – звонкий голос был словно пощечина. – Магистр! Алиса вернулась на плац, нам начинать?
– Нет. Не троньте ее, она не
– Магистр? – позвала охотница, подходя ближе. Не расслышала.
– Я отменяю приказ! – крикнула Кирана, отворачиваясь. – Алису не трогать.
Девушка молча поклонилась и поспешила удалиться.
– Хильда, какая же я дурочка, - просипела Кирана, скомкивая в кулаке бумаги, конверт треснул по лезвию, и скальпель едва не вспорол охотнице пальцы. – Но умирать мне еще рано, - усмехнулась она и бросила бумаги в угол. Все равно они никому, кроме нее, на самом деле не предназначались.
#40. Боевая готовность
Химари осторожно пробиралась по скользкому туннелю, то и дело проскальзывая лапами. Кромешная темень страшно раздражала, и когда кошка увидела свет в конце мерзкой трубы, то сразу кинулась к нему.
Споткнулась, едва удержалась, распоров когтями трубу, приложилась всем телом на прутья. Только успела перевести дух, как прут под руками треснул, и ее понесло наружу.
Выпустив львиные когти и на руках, Химари вцепилась изо всех сил в хлипкие стенки туннеля и остановилась только у самого конца. Успокоилась и, звонко клацая когтями, высунулась. Туннель оказался водосточным, и его дыра выходила как раз под ноги статуе шестикрылого ангела, венчавшего угол императорского дворца.
Белоснежная площадь вкруг разбитого купола церемониального зала была переполнена крылатыми и ликующими охотницами. Не то, что яблоку упасть — даже зернышку — негде. У главных ворот императорского замка на янтарной террасе была только охотница Алиса. В черной генеральской форме с душащим рыжим платком. Она крепко стояла, опершись об извитый клинок, и смотрела поверх бесконечной толпы, думая о своем. На нее были обращены взгляды всей армии, четко построенной по званиям и обязанностям. Глаза разбегались от пестрых парадных форм, а охотницы в белоснежных нарядах светились от счастья и гордости.
Все ждали начала церемонии, а значит, времени оставалось совсем немного.
Переведя дух, кошка на когтях выбралась из трубы. Глянула вниз, никто и глаз бы не поднял, ни о какой диверсии и в мыслях у крылатых не было. Задрала голову — наверх вели бесчисленные окна. Башен, как помнила кошка, всего пять. Самая центральная — купол храма, там можно не искать. Оставалось четыре абсолютно одинаковые башни. Ни света в окошке ранним утром, ни дыма, ни распахнутых окон. И Химари выбрала из них ближайшую.
Подтянулась, расцарапав ступню статуе серафима, поднялась еще, перегнулась, забравшись
Ловко цепляясь за белоснежные рамы, кошка забиралась все выше. Подняла ногу, пытаясь найти опору на голой стене, руками она уже крепко держалась за подоконник распахнутого окна. Лапа скользнула по каменной кладке, но кошка удержалась. Тяжело выдохнула и подтянулась на непослушных руках, помогая себе локтями. Ремешок патронташа на ноге лопнул, и целая сотня игл соскользнула в толпу крылатых.
Химари судорожно подтянулась, оттолкнулась ногами, но подоконник треснул, и она едва не упала вслед за иглами. Казалось, патронташ летит вниз так медленно, так нарочно долго! И кошка, цепляясь когтями за раму, стала карабкаться. Лишь бы успеть! Лишь бы никто не заметил!
— Эй! Кто там?!
Но она уже залезла на подоконник и перемахнула внутрь. Упала на паркет, ушибла бок, поморщилась, приподнялась на локтях, и обнаружила прямо перед своим носом замшевые сапоги шоколадного цвета. Ее охватил ужас. Превозмогая страх, она подняла глаза на хозяина комнаты.
На нее смотрел генерал. Ястреб в насыщенно-каштановом костюме. Он узнал ее, удивленно распахнул глаза, изогнул бровь.
Кошка не успела и слова сказать, как он сгреб ее за грудки. За окном послышался шорох крыльев. Лион глянул на кошку, на окно. И силой запихнул ее в распахнутый шкаф.
— Генерал? — обеспокоенно спросил влетевший в окно крылатый. Отдал честь и, ступив на паркет, сложил крылья. — Разрешите доложить?
— Докладывай, — невозмутимо позволил Лион, прижав кошку к стенке шкафа за шею.
— Тут лазутчик, — неловко пробормотал юноша, поднимая за лопнувший ремешок полупустой кошкин патронташ. — И он залез в ваши покои. Разрешите осмотреть?
Лион нахмурился, приставив кулак к губам.
— Я никого не видел и не слышал, — задумчиво протянул он, нахмурив брови. — Может, окно перепутал? Загляни в соседнюю комнату, — кивая на дверь напротив кровати. — Проверь, — равнодушно продолжил, придерживая Химари за горло. Она и не думала сопротивляться, только молила Самсавеила о капельке удачи.
— Да, мой генерал! — с готовностью отозвался ангел и, подойдя к двери, заглянул в соседнюю комнату. — Но здесь нет окна! — возмутился он, но Лион пинком отправил его в уборную.
— Посиди здесь, это приказ! — недовольно рыкнул он, захлопывая и запирая дверь за ключ. — А теперь — вы! — пробурчал, усаживаясь на кровать и складывая руки на груди.
Химари боязливо вышла из шкафа, торопливо огляделась. Комната генерала выглядела запущенной, словно бывал он в ней раз в полгода. Постель нетронута, ковер под ногами новый, ни ворсинки не примялось, шкаф даже пахнет свежесрубленным деревом. Она знала, что он дневал и ночевал в рабочем кабинете, но только сейчас окончательно в этом убедилась.