Кукольный домик
Шрифт:
Вскоре я стоял напротив тощего седого старика с испуганным взглядом.
— Кто таков будешь? — зыркнул он на меня. — Я тебе читательского билета не делал.
— Гарри, — просто ответил я, а после решил добавить, хоть и испытывал ужасный дискомфорт, будто я сейчас голый стою, — граф Аннуриена.
— У-у, господин магик Гарри.
— Просто Гарри, пожалуйста. А тебя как звать?
— Корнифер Йонхунгер, господин, — поклонился старик. — Вам читательский билет не нужен, но что возьмёте, то верните, — погрозил он мне пальцем. — У нас тут книги редкие
Тут его лицо на мгновение изменилось. Он будто проглотил что-то, как съедают в спешке письмо, которое никто не должен прочитать.
— Скажи мне, Корнифер Йонхунгер. Ты ведь исправно ведёшь учёт книг: откуда они пришли, куда ушли. И всех посетителей знаешь, — он кивал на каждую фразу.
Итак, какие есть варианты: он мог вспомнить что-то из прошлой жизни, потому сделал такое лицо — не интересно; он мог накосячить недавно, спалив, например, ценный экземпляр — так же меня ни к чему не приведёт; он мог быть свидетелем кражи, покрывать кого-то, увидеть что-то странное — это уже может хотя бы отдалённо напоминать зацепку.
— Тогда расскажи мне, что за странность с тобой приключилась, — рубанул я сплеча.
Глаза его округлились, он принялся прятать руки, а после успокоился и вздохнул.
— Пойдёмте за мной, всезнающий граф.
Угадал!
Корнифер провёл меня длинными стеллажами, приближаясь к отделу, где были труды на букву «А» и «Б» (прим. автора: на самом деле это были труды на четырнадцатую и пятнадцатую буквы всеобщего алфавита). Среди всех книг он вытащил неприметную, на которой тиснением было написано «Безымянный». Я с нетерпением взял книгу, принялся листать и сразу же выпал из реальности.
Каждую страницу я просматривал с особой тщательностью, искал и запоминал всё, что можно найти и запомнить, но чем дальше я листал, тем больше разочаровывался. Да, там было много странного, будто справочник Знающих Все Имена. Были тут картинки четырёх источников, выполненные тушью, были здесь и какие-то цветы, растения, всё это было вперемешку. Рядом с огромной пикообразной горой под названием Пик Птицы Грома, которая являлась одним из источников магии этого мира, располагался портрет Ради Натис с одноимённой подписью под этим портретом. Было здесь и изображение всех пяти колец: обычные золотые кольца с пятью разными камнями в огранке.
Одним портретом я залюбовался особенно сильно: большие человеческие глаза, тонкие полосочки бровей, курносый носик, острый подбородок и острые скулы, волосы, локонами лежащие невпопад и ниспадающие до плеч. Из раскрашенного были лишь акварельных цветов пряди и губы в лёгкой усмешке. Но это же не моя полуэльфийка?
Корнифер стоял и сопел мне над плечом (он был на полголовы выше меня). Я же принялся во второй раз просматривать книгу, понимая, что логически эту загадку мне решить не удастся. Что такое Кукольный Домик и как его найти? При чём тут эта книга?
— Можете взять книгу себе, — с надеждой вдруг произнёс Корнифер, даже не добавив, что даёт мне её на время.
— Спасибо, — улыбнулся я, складывая
Я почти запомнил каждую страницу и книга мне была ни к чему, но всё же взял, если вдруг она содержит тайные послания. Почувствовав, что меня отпустило от загадки с магией Нуриен Юндил, я остановил себя, чтобы из одного помешательства не впасть в другое.
— 35-ый день Чёрной ханты, Гарри, башня, 15-ый этаж —
Двусторонней заточки клинок с тонким жалом и бороздой кровостока, выполненный из мутного железа с нанесёнными на кровостоке рунами. Удобная ручка для одной руки, широкая гарда, противовес смещённый к руке, чтоб можно было фехтовать. Таким не порубишь, да и размашистые удары меч в меч не отведёшь.
Я вспоминал стиль фехтования демона, основанный на быстром движении ног, постоянных переходах из одной стойки в другую и явно ключом было использование боевой медитации. Той, которую пользую я, чтобы рассмотреть молниеносные атаки Леголаса. Той, которой, я уверен, пользуется Леголас.
Меч, пригодный для зачарования и предназначенный, чтобы направлять чары. В нём самом уже был механизм — что-то из категории магии света — молний. Многие маги, изучая естественные молнии, не могут понять, почему они постигают ветер, а молнию призвать не удаётся. Вместе с молнией они обычно призывают бурю, а саму молнию не контролируют. Ну всё тут просто. Молния, как ни парадоксально — магия света.
Демон, пользовавшийся магией света.
На мече, к моему удивлению, я так и не обнаружил проклятия, но я продолжал искать. Я посылал заклинания познания, имитировал поднятие и прикосновение, всё записывал на свои выращенные в подземелье замка кристаллы.
Ничего.
Разве не логично, чтоб твоими артефактами не мог никто воспользоваться?
Тут я с ужасом осознал, что уже трогал этот меч, когда складывал в сумку-мир. Вот это я обезбашенный, конечно. Но тогда я тоже проверил его на наличие проклятий. Плохо проверил.
— Никто не может делать всё идеально, — поправил я себя.
— Я могу, — отозвалась Сильфида из тёмного угла, подкидывая и ловя призрачную шапку ушанку.
— А ты высокого о себе мнения.
Та лишь пожала плечами.
— Марьяна ночью бродит по замку и пугает тех, кто тут живёт. Она открыла дверь?
— Я сам её выпустил.
Осторожно ухватив меч за рукоятку, я взмахнул им пару раз, проводя из стороны в сторону. После закрыл глаза, концентрируясь и налагая на меч чары воздуха. Магический металл впитал зачарование, переварил и выплюнул, дёрнувшись в руке так, что выбил мне плечо из сустава.
— Уф, — скривилась Сильфида.
Я ухватил ртом воздух от неожиданности и с разгону вмазал плечом в стену, вправляя его. Отдышался, подождал, пока боль перейдёт из острой в тупую и ноющую. Клинок меча после зачарования гудел и не слушался, даже взмахнуть им было сложно. Где-то чары легли не так, как я ожидал, а ведь с мечом, который для зачарования не предназначен, этот трюк прошёл.