Красотка

Шайблер Сюзанна

Вивьен промолчала, закатив глаза. «Какого дьявола он так крутит?» соображала она.

— Надеюсь, у вас только один дядюшка, — тоном, не терпящим возражений, добавил мистер Томпсон.

Вивьен кивнула. Управляющий облегченно вздохнул:

— Отлично, мы, кажется, сможем поладить. И еще: если можно, я попросил бы вас одеваться немного скромнее. Вот и все!

— Нет, не все! — взорвалась вдруг Вивьен. — Да я с ног сбилась, только что была на Родео Драйв, хотела купить себе платье. А эти мегеры не захотели со мной разговаривать!

Посмотрите, сколько у меня денег, но что толку, если я не смогла даже платье себе купить! — Она выхватила из сумки мятую пачку банкнот, полученную от Эдварда, и показала ее управляющему. Дрожащий голос Вивьен выдавал, что она все еще не пришла а себя от пережитого унижения. Глаза ее были полны отчаяния. — Я не прошу у вас помощи, но что же мне делать? К вечеру мне нужно платье, а я не могу купить.

Закончив тираду, она сунула деньги в руки изумленному мистеру Томпсону. Вивьен вовсе не собиралась плакать, но слезы сдержать было невозможно. Вспомнив Эдварда, она представила, что он скажет, застав ее вечером в ее прежних тряпках.

Приняв его предложение, Вивьен в мечтах уже видела, как преобразится она, какой станет красивой и элегантной, и как изумится Эдвард, увидев в ней женщину, каких ему в жизни не доводилось встречать. И вот на тебе! Да он ее просто выгонит. И плакали ее три тысячи долларов. Зачем Эдварду Луису связываться с девушкой, которая даже приличное платье купить себе не способна!

Ясное дело, он ее выгонит, и она никогда больше с ним не встретится. Вивьен всхлипывала, вытирая нос и глаза тыльной стороной руки. Мистер Томпсон, вытащив из кармана белоснежный платок, вручил его девушке вместе с ее деньгами и, обогнув стол, подошел к телефону.

— Ну вот, так я и думала! — проговорила Вивьен. — Решили в полицию настучать? Звоните, звоните.

Она уставилась на зажатую в руке пачку долларов: «Этот ненормальный, наверно, подумал, что я обчистила Эдварда».

— Пускай поскорей приезжают. Отличная мысль! — добавила она.

Мистер Томпсон с невозмутимым видом продолжал набирать номер.

— Отдел женского платья, пожалуйста! — сказал он в трубку.

Вивьен удивленно вскинула голову.

— Я хотел бы поговорить с Бриджит. В замешательстве она едва не вытерла нос долларами и, лишь в последний момент сообразив, что делает что-то не то, оглушительно высморкалась в платок мистера Томпсона. Тот реагировал на этот звук лишь укоризненным взглядом.

— Алло, Бриджит? Это говорит Бернард Томпсон из «Риджент Беверли Уилшир». Добрый день! — Он помолчал, с улыбкой слушая, что говорит ему женщина на другом конце провода. — Могу я вас попросить о любезности? К вам зайдет молодая дама, ее зовут Вивьен. Позаботьтесь о ней, пожалуйста. Это племянница одного очень важного нашего гостя.

Он посмотрел на девушку и еще шире улыбнулся. Вивьен облегченно вздохнула и ответила ему таким благодарным взглядом, что сердце управляющего,

обычно глухое к каким бы то ни было сантиментам, захлестнула теплая волна нежности. Мистер Томпсон просто не узнавал себя.

Спустя четверть часа Вивьен снова была на Родео Драйв. Мистер Томпсон направил ее в магазин «Гуччи». Немного робея, девушка вошла в просторный торговый зал на первом этаже здания и оглянулась по сторонам.

По ступенькам, провожая к выходу покупательницу, спускалась немолодая приветливая продавщица.

— Не извольте беспокоиться, миссис Рейни, я непременно вам позвоню, как только мы вам отправим покупки.

— Буду очень признательна, — сказала дама, прощаясь.

А продавщица повернулась к Вивьен, которая, стоя у небольшого зеркала в золоченой раме, терла пальцем и без того ослепительно белые, безупречные зубы. Женщина улыбнулась ей:

— Здравствуйте. Вы, наверное, мисс Вивьен? Меня зовут Бриджит, дружелюбно подала она девушке руку.

Вивьен ответила крепким рукопожатием. У нее будто камень с души свалился. Бриджит оказалась приветливой, ничуть не похожей на тех высокомерных гусынь, с которыми ей довелось познакомиться, — словом, такой, как описал ее мистер Томпсон. Вивьен с облегчением улыбнулась.

— Да, это я, — пробормотала она. — Барни сказал, что вы очень милая.

Бриджит рассмеялась и повела ее к одной из стеклянных витрин.

— Мистер Томпсон мой старый знакомый. Любезнейший человек, — сказала она. — Итак, что бы вы хотели, сударыня? Платье на каждый день, одежду для отдыха или, может, удобный костюм?

— Сегодня мы идем ужинать… в довольно приличное место, — все еще волнуясь, несмотря на приветливость Бриджит, ответила девушка. Скрестив на груди руки, она хотела сесть на витрину, но Бриджит ее удержала:

— О, простите, сюда нельзя! Вивьен испуганно соскользнула со стеклянной витрины.

— Итак, вы идете ужинать в дорогой ресторан, — с той же дружелюбной улыбкой продолжала женщина. — В таком случае вам нужно платье для коктейля. Идемте, пожалуйста! Мы подберем вам прекрасное платье, которое непременно понравится вашему дядюшке.

Пока они поднимались по застеленной ковром лестнице, Бриджит осмотрела фигуру Вивьен.

— У вас тридцать восьмой?

— Да, а откуда вы знаете? — удивилась та.

— Это моя профессия, — рассмеялась Бриджит, пожимая плечами.

Вивьен нерешительно остановилась посреди лестницы.

— А вы знаете… — неуверенно начала она. — Он мне вовсе не дядюшка!

— Как будто это имеет значение, милая, — лукаво прищурившись, ответила продавщица.

Через час Вивьен, держа в руках рекламный пакет от «Гуччи», с пылающим от волнения лицом вернулась в отель.

Войдя в вестибюль, она поискала глазами мистера Томпсона. На сей раз он разговаривал с супружеской четой из Японии — естественно, по-японски.