Красотка

Шайблер Сюзанна

— Между прочим, — решила она его поддразнить, — я могла бы остаться и за две тысячи.

— А я мог бы тебе заплатить и четыре, — парировал он, открывая дверь. Ну, до вечера!

— Малыш, — вкрадчиво проговорила Вивьен, — тебе будет так хорошо со мной, что не захочется меня отпускать.

Остановись на пороге, Эдвард задумчиво посмотрел на девушку.

— Три тысячи — за шесть дней, — сказал он тоном, не терпящим возражений. И можешь не сомневаться, Вивьен, после этого я тебя отпущу.

Она

молча опустила голову, а Эдвард, еще раз кивнув ей, окончательно покинул апартаменты.

Некоторое время Вивьен прислушивалась к его удаляющимся шагам.

— Ну, это мы еще поглядим, — сказала она с плутовской улыбкой и, оглянувшись в роскошной прихожей, побежала в гостиную, где разразилась безудержным смехом. Она ликовала, размахивая руками и кружась по комнате. В неистовом танце наружу прорвалась радость по поводу происшедшего. Ведь еще вчера она не знала, как заплатить за квартиру, теперь же…

С громким воплем она ринулась в спальню и бросилась на постель.

— Три тысячи долларов! — хохотала Вивьен, разве что на голову не вставая от переполняющей ее радости. Она каталась по кровати и колошматила кулаками подушку.

Немного спустя, тяжело дыша от усталости, Вивьен села, взяла с ночного столика телефон и, поставив его рядом с собой, набрала номер квартиры, которую они делили с Кит.

На другом конце провода долго не поднимали трубку.

— Алло, — услышала она, наконец, заспанный голос Кит.

— Послушай, я все время тебе звоню, — обрушилась на нее Вивьен. — Где ты шляешься?

— Мама? — спросила Кит, спросонья подумав, что ее отчитывает мать.

После того, как Вивьен назвала себя, Кит с облегчением рассмеялась:

— А, это ты! Да мы загудели немного. А что у тебя? Откуда звонишь?

— Ты не поверишь!.. Этот мужик на «Лотосе»… Я в его номере, в Беверли Хиллз. Тут такие апартаменты — ванная больше, чем весь «Голубой банан».

— Да ладно тебе заливать, — мрачно оборвала ее Кит.

Она явно завидовала Вивьен, но та была слишком счастлива, чтобы подруга могла заставить ее замолчать.

— Он хочет, чтобы я осталась с ним на неделю. И знаешь, сколько мне за это отломится? Угадай! Да ты в жизни не угадаешь! Три тысячи баксов!

— Брось трепаться, — тупо сказала Кит.

— Три тысячи, клянусь тебе. И еще дал на тряпки…

— Вот это улов! — воскликнула Кит, наконец-то проснувшись. — Ну надо же! Это я, это я тебе его подарила. Что, он правда отвалит три тысячи? Какой-нибудь извращенец? Или, может, калека?

— Ничего подобного, — засмеялась Вивьен.

— Тогда, наверно, урод? — спросила Кит, которая вчера даже не взглянула на Эдварда, а пялилась только на «Лотос».

— Да нет же, выглядит он шикарно, —

заверила ее Вивьен.

— Но что-то ведь с ним не так? — не могла успокоиться Кит, считавшая, что ее на мякине не проведешь. — Скажи, — недоверчиво поинтересовалась она, — а он уже отсчитал тебе эти бабки?

— Я получу их в конце недели, — сказала Вивьен, на что Кит, торжествуя, воскликнула:

— Тогда все понятно! Я же сказала, здесь что-то не так.

Вивьен, которая разговаривала с ней лежа, снова села в постели.

— Он мне уже заплатил триста за ночь… Слушай, Кит, я хотела бы с тобой поделиться. Деньги будут лежать у портье, заберешь у него. Отель называется «Риджент Беверли Уилшир» — запиши, ведь забудешь, я тебя знаю.

Она слышала, как Кит, повторяя вполголоса, записывает название гостиницы.

— И еще, Кит. Скажи, где можно купить приличные вещи? Цена меня не волнует, он все оплачивает.

— В Беверли Хиллз? — задумалась Кит и после недолгого размышления назвала самую дорогую улицу:

— Естественно, на Родео Драйв, малышка!

Через полчаса Вивьен вышла из номера-люкс и спустилась на лифте в холл. Костюм на ней был тот же самый, что и вчера, но ее собственные красивые волосы больше не прикрывал белокурый парик. Рукава красного жакета она завязала на поясе, прикрыв таким образом свою мини-юбку.

Бернард Томпсон, управляющий отелем, в это время как раз разговаривал в холле с гостем-итальянцем и его женой, дамой лет сорока в инвалидной коляске.

У мистера Томпсона были теплые карие глаза и уже слегка поредевшие волосы, зато лицо украшали ухоженные усы и стриженная бородка. Нечего и говорить, что манеры его, в соответствии с его статусом, были совершенно безупречны.

К Вивьен он стоял спиной, вполголоса разговаривая с итальянцами на их языке, и потому не заметил всеобщего замешательства, которое и на этот раз вызвало в вестибюле появление девушки.

Коридорный мальчишка, несший вазу с цветами, остановился как вкопанный и разинул рот. С трудом скрываемое изумление было написано и на лице администраторши, которая сменила вчерашнюю рано утром и поэтому видела девушку впервые.

Вивьен, цокая каблуками сапог, подошла к ее стойке.

— Привет! — непринужденно сказала она. Администраторша — ее звали Марджори Уилсон — выдавила из себя вежливую улыбку.

— Чем могу быть полезна? — спросила она. Вивьен положила на стойку, отделанную красным деревом, почтовый конверт.

— Я хочу кое-что передать Кит де Лука. Она сегодня зайдет.

Мисс Уилсон, кивнув, взяла у нее конверт.

— Только не открывайте! — крикнула ей девушка на ходу, чем привела мисс Уилсон в состояние шока.