Коварныи? супруг

Маура Катарина

Я прихожу в восторг от такого намека.

— Ты и для меня приготовила?

Она кивает и поворачивается ко мне лицом, ее взгляд блуждает по моему лицу.

— Я подумала, что, может быть, не знаю, было бы неплохо поужинать вместе?

Я улыбаюсь, нежно поглаживая ее щеку тыльной стороной ладони.

— С удовольствием, — говорю я ей. — Давай я пойду накрою на стол.

Она кивает и возвращается к своему блюду, а я начинаю накрывать на стол и зажигать свечи, а затем выбираю вино, которое хорошо сочетается с ее пастой.

Сиерра выглядит немного взволнованной, когда осторожно несет сервировочную тарелку к столу, и я улыбаюсь ей, выдвигая для нее стул.

— Вот, попробуй, — говорю я ей, наливая бокал вина, и она кивает, подавая мне пасту. Я слышал, как Зейн хвасталась тем, как сильно она любит именно эту версию макарон с сыром, так что то, что она приготовила их для меня, немного сюрреалистично — не то чтобы я мог признаться в этом, ведь это не то, о чем я должен был знать.

— Как получилось, что ты решила приготовить сегодня? — осторожно спрашиваю я. — Ты ведь знаешь, что можешь просто попросить любое блюдо у экономки через наше приложение?

Она кивает и отводит взгляд.

— Это не вкусно? Прости... Я забыла, что не все любят сыр так же сильно, как я. Я должна была...

Я тянусь к ее руке и нежно сжимаю.

— Все отлично, — успокаиваю я ее, досадуя на себя за неправильную формулировку. — На самом деле это моя новая любимая еда. Давай есть это каждый день.

Моя великолепная жена смеется, и я ухмыляюсь ей в ответ.

— Я просто хотел, чтобы ты знала, что вокруг полно сотрудников, если тебе что-то нужно, даже если ты не всегда видишь их рядом.

Она кивает, и мы оба молча едим некоторое время.

— Знаешь, это занятие с тобой напоминает мне кое о чем. Помнишь, когда я только начала работать в компании Windsor Real Estate? Моя бабушка обучала меня, и я работала над своим первым большим проектом с...

— …С Realiance, — вспоминаю я, и мое настроение мгновенно портится.

Глаза Сиерры расширяются, и она медленно кивает.

— Верно, — пробормотала она. — Знаешь, почему я так отчетливо помню тот проект? Я пристрастилась к бутербродам с сыром, которые привозил для меня Арес, но однажды ты зачем-то заглянул в офис Realiance и откусил огромный кусок от моего сыра, который я хранила в холодильнике. Я до сих пор не простила тебя за это.

Я не могу удержаться от смеха, вспоминая, каким ничтожным я себя чувствовал, когда смотрел ей в глаза и делал это. Я бы ни за что на свете не признался в этом, но я сделал это, потому что подслушал, как она сказала наследнику Realiance, что тоже сделает ему бутерброд с сыром. Он явно флиртовал с ней на протяжении всего проекта, который я помогал финансировать, а она даже не подозревала об этом.

— Ты тогда только что закончила колледж и так много работала. Не думаю, что кто-то в компании работал больше часов, чем ты.

Я слишком хорошо помню те дни. Впервые я увидел ее после возвращения из колледжа на конференции незадолго до

инцидента с сыром, и несколько дней пытался убедить себя в том, что не мог найти младшую сестру своего лучшего друга такой красивой. Я не видел ее несколько лет и, кажется, ни разу не отводил взгляда с момента ее возвращения, пока она хоть отдаленно находилась в поле моего зрения.

— Если подумать, это не единственный раз, когда ты крал мою еду. Сыр был довольно непростительным, но был один раз, когда ты действительно перешел черту.

Я сдерживаю улыбку и отвожу взгляд, мои щеки вдруг становятся ужасно горячими.

— Печенье, — бормочу я, все еще стыдясь своего поступка. Я застал ее одну в коридоре перед совещанием. Она выглядела нервной, а потом полезла в сумку и достала печенье. То, как она застонала, откусив кусочек, сыграло важную роль в моих фантазиях на долгие годы вперед, и то, что я сделал после, определенно не было одним из моих лучших моментов.

— Я только что мирно ела печенье, которое бабушка испекла специально для меня, пока ждала начала встречи, а ты просто подошел ко мне, схватил за запястье и откусил кусочек печенья. Думаю, именно в тот момент я поняла, что мы всегда будем врагами.

Я хихикаю, гадая, что бы она сделала, если бы узнала, что тогда творилось у меня в голове.

— И все же ты здесь, Сиерра Кингстон. Не знаю, как ты, но лично я нигде больше не хотел бы оказаться.

Ее глаза слегка расширяются, а то, как она краснеет, окончательно выводит меня из себя.

— И вот я здесь, добровольно делюсь с тобой своим любимым блюдом.

— Что мне нужно сделать, чтобы это повторилось? — Я колеблюсь, но потом добавляю: — Это, безусловно, лучшее блюдо, которое я когда-либо ел.

Она хихикает и убирает волосы за ухо.

— Ты просто должен попросить, Ксавьер. У меня нет времени готовить каждый день, но время от времени готовить то, что ты любишь, — это не слишком большая просьба к жене, если, конечно, ты готов оказать ответную услугу.

Я смотрю на нее в недоумении, мое сердце бешено колотится.

— Мне нравится, как это звучит, — признаюсь я.

— Я готовлю?

— Ты называешь себя моей женой.

Она отводит взгляд и поспешно поднимается на ноги, но улыбка, которую она пытается скрыть, говорит о многом.

— Оставь это, — говорю я ей, когда она тянется к нашим тарелкам, и поднимаюсь со своего места. Она поднимает на меня глаза, и я ухмыляюсь, хватая ее за запястье и притягивая к себе.

— Скажи мне, Котенок... это свидание за ужином — ты решила прекратить убегать?

Она прижимает руку к моей груди, и в ее выражении лица появляется нотка неуверенности.

— А что, если это так?

Я смотрю ей в глаза, запуская руку в ее волосы и наклоняя ее лицо.

— Тогда я поцелую тебя, Сиерра. Без провокаций, без искушения укусить меня только для того, чтобы я почувствовал твои губы на своих...