Коварныи? супруг
Шрифт:
— Я знаю тебя, — говорит он, его голос наполнен чем-то, что я не могу определить. Возможно, властностью? — На самом деле, я думаю, у тебя достаточно места, чтобы разместить фуд-корт.
Я поднимаю бровь и поворачиваюсь к нему лицом, но замираю на месте, когда понимаю, насколько он близко. Мое дыхание сбивается, и его взгляд падает на мой рот.
— Это странно, — шепчу я. Он почти незаметно напрягается, и я тут же чувствую, что вынуждена закончить свою мысль, не желая, чтобы он понял меня неправильно. — Я так привыкла защищать свои
Ксавьер ухмыляется и тянется ко мне, заставляя бабочек в моем животе запорхать. Он наматывает прядь моих волос на палец, а его взгляд блуждает по моему лицу.
— Я никогда не крал ни один из твоих проектов, — отрицает он, ухмыляясь так, что я не могу сдержаться.
— Что? — спрашиваю я, и мой голос звучит гораздо более хрипло, чем я предполагала. — Ты никогда не крал у меня проекты? Ты шутишь, да?
Он отпускает мои волосы и слегка поглаживает мою щеку кончиками пальцев.
— Нет. Ни одного.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, ярость медленно овладевает мной.
— Ты чертов лжец, — огрызаюсь я. — «Artemis» была моей, — говорю я ему, напоминая о театре, который он украл у меня, вместе с его планами. — И не начинай мне рассказывать о том, что два твоих лучших ресторана, «Siren» и «Renegade», тоже должны были быть моими. Я смотрю на него, ломая голову, пытаясь вспомнить все крупные проекты, которые он украл у меня за эти годы.
— Я их не крал, — говорит он, пожимая плечами, когда его взгляд блуждает по моему лицу, и в его раздражающе сексуальных глазах появляется нотка веселья. — Это просто должно было случиться. Даже ты не можешь бороться с судьбой, не так ли?
— Ты абсолютно безумный кусок дерьма... — У меня возникает искушение закричать в подушку, но вместо этого я поворачиваю голову и кусаю руку, которой он обхватывает меня.
Ксавьер напрягает мышцы и разражается смехом, запустив руку в мои волосы. Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на него, и жалею, что у меня не хватило духу укусить его достаточно сильно, чтобы было больно.
— Ты думаешь, это смешно? — Я почти рычу.
Он крепче сжимает мои волосы, его дыхание немного неровное, когда он улыбается мне.
— Разве ты не милашка, мой сладкий маленький котенок? — Он приближает мое лицо к своему, и ощущение его пальцев на моей коже головы делает меня забавной. Его взгляд переходит с моих глаз на губы, и мое сердце начинает бешено колотиться. — Не знаю, что я люблю больше: твои милые клыки или твои когти, которые ты не показываешь никому, кроме меня.
Его нос касается моего, и я непроизвольно хнычу, все мое тело захлестывает желание.
— Если ты хочешь что-нибудь укусить, — бормочет он, прижимаясь лбом к моему. — Могу я предложить свои губы?
— Ты думаешь, я не сделаю этого? — спрашиваю я, придвигаясь чуть ближе,
— Я бросаю тебе вызов, — шепчет муж мне в губы, и я поддаюсь, зажав его нижнюю губу между зубами. Он крепко сжимает мои волосы и стонет, целуя меня, быстро беря контроль над собой. Его движения одновременно медленные и решительные, он углубляет наш поцелуй и притягивает меня к себе, позволяя почувствовать, насколько он тверд. Мысль о том, что он хочет меня так отчаянно, только разжигает мое желание, и я не могу удержаться от стона, когда он проводит своим языком по моему.
— Ты сводишь меня с ума, — шепчет он мне в губы. Он начинает двигать бедрами, и то, как он чувствуется между моих ног, сводит с ума. Я задыхаюсь от желания, одна рука зарывается в его волосы, а другая начинает блуждать по его груди и прессу, и мои запреты исчезают. У меня перехватывает дыхание, когда его руки проникают под футболку, а большой палец нащупывает трусики. Мои бедра непроизвольно двигаются навстречу его рукам, моя потребность в нем обретает собственную жизнь.
Ксавьер стонет и целует меня сильнее.
— Ты мокрая, — стонет он мне в губы, отодвигая ткань и проводя большим пальцем по моему клитору.
Я громко стону, не в силах сдержаться.
— Ксавьер, — умоляю я, крепче вцепившись в его волосы, и снова притягиваю его рот к своему. Он массирует мой клитор, медленно доводя меня до оргазма, и я стону в его губы, не в силах сдержаться. — Пожалуйста, — шепчу я, мои ноги дрожат.
Ксавьер отстраняется и смотрит на меня, заставляя повернуться к нему лицом, пока он держит меня на грани.
— Пожалуйста, что? — спрашивает он, забавляясь со мной. — Ты хочешь кончить для меня, не так ли? — говорит он, ухмыляясь, когда его прикосновения становятся грубее и быстрее. — Я дам тебе то, что ты хочешь, если ты вежливо попросишь.
— Ты невыносим, — говорю я ему, сильнее прижимаясь бедрами к его рукам, отчаянно оседлав его руку. Я так близка, и он это знает.
— А ты прекрасна, — шепчет он, когда мои мышцы начинают сокращаться, а стоны становятся бессвязными. — Да, — стонет он, его глаза полны желания. — Кончи для своего мужа, Котенок.
Я прижимаюсь лбом к его плечу, мое дыхание становится неровным, когда волна за волной наслаждение проносится сквозь меня, вызывая головокружение. Ксавьер поворачивает голову, чтобы поцеловать меня в щеку, его руки обхватывают меня, крепко обнимая, не давая реальности оторваться от меня еще на несколько мгновений.
Он нежно гладит меня по спине, пока мое дыхание выравнивается, и внезапно я боюсь поднять голову, хотя несколько минут назад я была такой смелой.
— Тебе ведь нужно закончить кое-какую работу, не так ли? — шепчет он, словно давая мне выход, словно он знает, насколько уязвимой я вдруг почувствовала себя. Ксавьер прижимается к моей щеке еще одним поцелуем, и я немного отстраняюсь, не сводя с него взгляда.