Коснуться души
Шрифт:
Однако… от неё не ускользнуло, что они сказали: вернулись только двое. Он, должно быть, выхватил мечника из драки и убил его. Она постаралась не злиться из-за этого, так как было слишком поздно, но ей придется сообщить ему о своей новой политике «не убивать людей».
— Нет? — ответила она, поднимая руку, чтобы пожать плечами. — И, если вы так волновались обо мне, почему пришли сегодня, а не вчера?
— Нам пришлось ждать смены караула, — проворчал Йошида, отводя взгляд в сторону. — Мы не можем просто бросить
Маюми вздохнула.
— Справедливо.
Она не могла удержаться, чтобы не окинуть взглядом всех троих — особенно их сумки. Пустые сумки.
— Ты собираешься впустить нас? — спросил Клаус, шагая вперед. — Или просто позволишь нам отморозить члены? Ты знаешь, как холодно в этих доспехах?
Маюми осталась стоять на месте, снова скрестив руки.
— Нет. Я не особо хочу впускать трех грабителей в свой дом.
— Прошу прощения? — воскликнул Клаус. — Что за ответ такой…
— У вас было две причины прийти сюда, — небрежно заявила она, разводя руку ровно настолько, чтобы указать на них. — Я уверена, вы искренне беспокоились о моем благополучии.
Маюми знала этих мужчин. Знала их годами. Они были по-настоящему хорошими людьми, и, если бы не Сумеречный Странник, прячущийся сейчас в её доме, она бы пригласила их внутрь и предложила чаю, чтобы согреться, прежде чем отправить домой.
Они не представляли опасности.
— Однако, — продолжила она, постукивая указательным пальцем в воздухе в сторону каждой из их сумок. — Если бы меня здесь не было, если бы меня сочли мертвой, вы трое имели полное намерение обчистить мой дом от всего ценного.
Губы Клауса сжались, брови нахмурились, в то время как Йошида и Генри отвели глаза от стыда.
— Мы бы никогда не навредили тебе, Юми, — проворчал Генри, прежде чем смело поднять на неё взгляд. — Но…
Маюми слегка усмехнулась.
— Не волнуйтесь. Я знаю, и я понимаю. — Она заставила себя улыбнуться. — Тяжелые времена, верно? Все выживают как могут, и когда здесь лежат бесхозные деньги, трудно их не захотеть. Честно говоря, если бы я умерла, я бы хотела, чтобы именно вы трое ограбили мой дом.
Генри поморщился.
— Ты могла бы притвориться, что не знаешь, — сказал Йошида с легкой усмешкой. — Ты понимаешь, как это унизительно?
— Мы не хотим, чтобы ты думала, будто нам на тебя плевать, — продолжил Генри; его умоляющие глаза показывали глубину его доброты. Он даже шагнул вперед. — Нашей первой надеждой было то, что ты здесь.
Она не сомневалась, что Йошида чувствовал то же самое, но он ненавидел, когда его ловили за чем-то, что он считал неправильным. Вероятно, это было трудное решение, и Клаус с Генри, скорее всего, подтолкнули его к этому.
У Йошиды был пунктик на чести. Генри находился в сложной ситуации,
— Я уверена, что так и было, — признала она. — Но кто-нибудь из вас подумал, что я могла быть жива и просто не… дома? Я часто хожу в лес за дровами, на охоту или собирать коренья. Что, если бы меня не было, и я вернулась бы домой, обнаружив, что его разграбили?
— Мы бы всё вернули, — возразил Клаус.
— Не было бы это уже слишком поздно? — спросила она, посмотрев в его голубые глаза. — Я бы вернулась поздно и не смогла бы идти в город с наступлением ночи. Вы, ребята, продали бы всё ценное и, скорее всего, заливали бы горе в таверне Марианны, думая, что я мертва.
— Прости нас, Юми, — искренне сказал Генри.
— И я прощаю вас, и правда ценю, что вы трое пришли сюда проверить, как я. — Её глаза сощурились от юмора, когда она одарила их самой широкой и зловещей ухмылкой, на которую была способна. — Но в наказание вы трое можете развернуться и пойти домой, поджав хвосты.
Короткий смешок сорвался с губ Генри.
— Я наполовину ожидал, что ты попытаешься надрать нам задницы, но ты просто будешь припоминать нам это до конца наших жизней, да?
— До конца наших жизней? — Йошида покачал головой. — Она, скорее всего, будет припоминать нам это и в загробной жизни.
Это была отчаянная попытка облегчить тяжесть разговора. Обычно она бы усугубила ситуацию, но решила этого не делать. Как только она открыла рот, чтобы выдать дразнящий ответ, атмосферное давление резко упало, и порыв ледяного ветра разметал волосы по её лицу.
Все они подняли головы к небу и увидели темные, сердитые облака.
— Идите домой, мальчики, — сказала она, глядя на небо. — Иначе следующим человеком, кто пойдет проверять, всё ли в порядке, буду я, гадая, не сдохли ли вы трое в надвигающейся метели.
— Блять. Конечно, метель начинается именно сейчас, из всех дней, — съязвил Йошида, поднимая шлем, чтобы нахлобучить его на голову.
— Боги наказывают нас за сегодняшние поступки, — добавил Клаус, надевая свой. — Они всегда на её стороне.
Они развернулись, чтобы уйти, махая на прощание, спеша опередить надвигающуюся бурю. Генри задержался, его напряженный взгляд впился в её глаза.
— Будь осторожна, ладно? — умолял он. — В мире всего несколько человек, о которых я забочусь достаточно сильно, чтобы не хотеть их смерти, и ты одна из них.
— Ой, пфф, — сказала она, махнув рукой в пренебрежительном жесте. — Такие джентльменские слова заставят девушку покраснеть, Генри. Как так вышло, что у тебя всё еще нет жены?
Он фыркнул от смеха.