Король волков
Шрифт:
Делаю глубокий вдох и чувствую на языке вкус пыли и тлена. Разглаживаю ладонями складки на платье, затем провожу пальцами по спутанным рыжим волосам. И выпрямляю спину.
Я знаю, что должна сделать.
Дверь открывается, и охранник возвращается. Он тянется ко мне, но я отступаю.
— Я не сбегу, — говорю, встречая его суровый взгляд. — Я готова встретится с вашим королем.
Он кивает.
— Хорошо.
И выводит меня из комнаты.
Мы покидаем поместье через холодный вестибюль и выходим наружу,
Проходим сквозь толпу. Мечи и кинжалы сверкают в лунном свете. Мои сапоги вязнут в грязи. Воздух пахнет лошадьми и мужским потом, с примесью аромата вереска, растущего на окрестных склонах.
Впереди, поодаль от остальных, стоит Джеймс рядом с большой белой лошадью. Грива которой цвета лунного света. А он смотрит не на своих людей, а в небо.
Недалеко от него я замечаю Блейка.
Он одет во все черное и стоит недвижимо среди хаоса. Ветер треплет его темные волосы. Выражение его лица непроницаемо.
Меня охватывает вспышка гнева. Я подхожу к нему и наклоняю голову.
На его губах нет привычной ухмылки. От него исходит тьма.
— Ты получишь по заслугам, Блейк. — Мое дыхание вырывается белым облачком, извиваясь в морозном воздухе между нами. — Всё, что у тебя есть, всё, что ты собой представляешь, построено на лжи, притворстве и обмане. Однажды ты сделаешь неверный шаг, и все это рухнет вокруг тебя. Однажды ты сам станешь своей погибелью. Жаль только, мне не доведется увидеть твое падение.
Он проходит мимо, не говоря ни слова, и растворяется в толпе, направляясь к поместью.
В моей груди бушует торнадо ярости. И это всё? Ему что, нечего мне сказать? Он вообще поедет с нами?
— Двигайся, — стражник толкает меня, и я, спотыкаясь, иду вперед к Королю Волков.
Джеймс оборачивается.
Все мысли о Блейке растворяются. Я выпрямляюсь и смотрю на куда более насущную угрозу передо мной. Он одет для битвы с мечом и кинжалом на поясе. Внушительная фигура, застывшая на фоне угрюмых гор, а ветер треплет его волосы, спадающие на плечи.
Он выгибает бровь.
— Ну?
И я собираюсь с духом.
— Я не передумала. Я не выйду за тебя замуж. Но у меня есть другое предложение…
— Нет. Если ты отказываешься от моего великодушного предложения, у тебя остается лишь один вариант. — Не дав мне отступить, он ловко подхватывает меня и взваливает на лошадь.
В груди закипает паника.
— Послушай…
— Тихо. — Его голос звучит жестко и повелительно, когда он садится позади меня. Он обнимает меня за талию, и у меня мурашки бегут по коже.
— Убери руку! — Я бью его локтем в бок.
— Нет, — он резко притягивает меня ближе.
И оглядывается через плечо.
— Приготовьтесь, ребята! — кричит он, и среди волков позади нас наступает тишина.
— Веками они крали наши земли, — рычит Джеймс. — Убивали наших братьев. Забирали наших женщин. Сколько из нас потеряли кого-то из-за того выблядка с Пограничья, Себастьяна? Сегодня ночью он в наших руках. Его женщина сегодня в моих руках.
Некоторые из волков улюлюкают, и мои мышцы цепенеют.
— И сегодня ночью мы возьмем то, что принадлежит нам по праву. Братья, взгляните на небо. Посмотрите, как Луна светит нам. Посмотрите, как Гелах освещает нам путь и дарует свое благословение. Это знак того, что Пограничье падет. Это знак, что люди истекут кровью, а Королевство Волков восторжествует. Так что присоединяйтесь ко мне, братья! Сегодня ночью мы заберем то, что принадлежит нам! Сегодня мы отправимся на войну! — По его лицу расплывается ухмылка. — Давайте прикончим парочку южан, а?
Крики одобрения раздаются в ночи, от которых у меня по спине пробегают мурашки.
Джеймс дергает поводья лошади.
И вот мы уже мчимся сквозь тьму, и грохот копыт наполняет воздух.
***
Не сопротивляйся. Завоюй его доверие. Изложи свой план.
Я повторяю эти слова как мантру, вцепляясь в седло так сильно, что костяшки пальцев белеют.
Луна ярко светит. Проплывая мимо нас, она окутывает пейзаж призрачным сиянием, освещая вершины, озера и дикую колышущуюся траву. Ручьи, стекающие с гор, похожи на расплавленное серебро. Они напоминают мне цепи и оковы.
Когда-то я видела в этих землях свободу. Теперь же они дразнят меня, показывая то, что могло бы быть.
У меня заканчивается время.
— Я могу тебе помочь, — говорю я.
— Тише, — его голос звучит резко.
Его рука мертвой хваткой сжимает мою талию. В его объятиях нет ни капли той мягкости и заботы, что были у Каллума. Они жёсткие и безжалостные. Это хватка тюремщика. Чудовища. Короля.
— Я знаю, чего ты хочешь, и я предлагаю…
— Я предложил тебе мир, а ты швырнул его мне в лицо. Больше никаких дискуссий по этому поводу не будет.
— Неужели ты настолько упрям?
— А ты? — огрызается он.
Лёгкая досада в его тоне дарит мне надежду. Должно быть, за его жестким поведением что-то кроется.
— Я знаю твоего врага лучше тебя, — умоляю я. — Неужели ты даже не выслушаешь? К рассвету другого шанса уже не будет.
Он не просит меня изложить предложение, но и не велит замолчать.
— Никому не нужно умирать, — говорю я.
— Себастьян должен умереть.
— Я не люблю Себастьяна. Я не хотела выходить за него замуж. Я покинула Пограничье с Каллумом, чтобы убежать от него. И он мне нравится ещё меньше теперь, когда я знаю, что он сделал с твоей матерью.