Король волков

Палфриман Лорен

— Ладно. Бывало и похуже.

Он отступает назад и облокачивается на камин.

— Каллум выводит своих людей из замка Мадах-Аллайх, — говорит он. — Он беспокоится, что Джеймс узнает, что мы что-то замышляем, и отправится за Фионой

и Райаном.

— Зачем ты это сделал?

Он берёт графин с каминной полки и наливает себе виски.

— Спас тебя?

— Да. Нет. Вообще всё. Как помощь Каллуму даёт тебе то, чего ты хочешь? Зачем похищать меня и строить козни против Каллума, чтобы потом спасти нас обоих? В этом нет смысла. — Я хмурю брови. — Ты всё это спланировал, не так ли?

Мысленно возвращаюсь к нашему разговору. Тогда я почувствовала триумф Блейка, когда Каллум сказал, что собирается занять трон.

— Ты с самого начала хотел, чтобы Каллум бросил вызов Джеймсу, верно? — говорю я. — Поэтому ты и подговорил Джеймса сделать мне предложение? Он всё равно собирался отослать меня обратно к Себастьяну. Этого было бы достаточно, чтобы заставить Каллума бороться.

Блейк пожимает плечами, вращая бокал.

— Если бы Джеймс отослал тебя к Себастьяну, Каллум разорвал бы мир на части, чтобы вернуть тебя. Но в глубине души он бы понял, почему Джеймс так поступил. А вот если бы он женился на тебе… Если бы Джеймс взял то, что Каллум считает своим… нет, этого Каллум никогда бы не простил.

Качаю

головой.

— Зачем? Зачем тебе нужен Каллум в качестве следующего Короля Волков? И зачем… связывать наши жизни таким образом? Как это приблизит тебя к цели?

Моя душа сжимается в ледяной ком, и я чувствую, как тёмная сущность обвивает её тенью, когда до меня наконец доходит. В темнице Блейк говорил, что хочет править волками.

— Потому что теперь Каллум не сможет тебя убить, — шепчу я в ужасе. — Ты будешь собирать сторонников среди отдаленных кланов, притворяясь, что поддерживаешь Каллума. А когда Каллум избавится от Джеймса… когда он займёт трон… ты бросишь ему вызов. И Каллум проиграет. Ему придется. Потому что ты связал наши жизни. Он не сможет причинить тебе вред, не причинив его мне. В этом всё дело, да? Ради этого всё и затевалось.

И, несмотря на возмущение, которое желчью поднимается во мне, меня так же охватывает торжество. Потому что теперь я знаю его игру и могу сыграть так, чтобы победить его.

Глаза Блейка вспыхивают в свете угасающих углей, и я знаю, что он чувствует исходящий от меня вызов. Знаю, что он приветствует его.

Он поднимает бокал, и по его губам расползается медленная улыбка.

— Да здравствует король, — произносит он.