Катья
Шрифт:
Джонни хватило секундного взгляда на меня, чтобы все понять.
– Не думаю, что это будет хорошо, если ты пойдешь с нами, – сказал он Валентину.
Тот усмехнулся и небрежно бросил:
– Ты можешь так не думать, но я ее не пущу одну.
– Она не одна, я буду с ней, – спокойно возразил Джонни.
– Не имеет значения...
– И что же ты сделаешь? – насмешливо спросил Джонни. – Привяжешь ее к кровати? Или попросишь помощи у своего охран...
Но он не упел договорить. Валентин вдруг наотмашь ударил его по лицу,
– Вот что я сделаю, – зло сказал Валентин, потирая бедро и победоносно глядя на меня.
– Валька, что ты наделал! – заорала я, не помня себя. – Ты хочешь его покалечить?!
Я готова была его убить. У нас не было времени на петушиные разборки. Джонни нашел Дэвида, я должна мчаться к нему, а не тешить чье-то козлиное самолюбие.
– Ничего, отдышится и станет более сговорчивым, – Валентин презрительно отвернулся от стонущего Джонни.
– Ну пожалуйста, прошу тебя, без сцен! – взмолилась я. – Может быть, ты подождешь меня...
– Не канючь! Сейчас придет в себя... – Валентин достал телефон и набрал номер. – Это я. Пришли к гостинице пять человек. Сейчас. Кто? И что он сказал? Ладно... Потом разберусь...
ГЛАВА 46
Джонни, морщась от боли, попытался встать. Валентин подошел к нему и вдруг дружески протянул руку.
– Ничего личного, – улыбаясь, сказал он. – Просто эта женщина дорога мне как память...
Джонни тоже улыбнулся, позволил себя поднять, встав на ноги, повел плечами, как бы расправляя грудь, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.
– Хороший удар... – сказал он. – Коричневый пояс?
– Дела давно минувших дней, – с преувеличенной скромностью ответил Валентин. Ему откровенно была приятна похвала бывшего полицейского.
Вдруг Джонни, чуть согнувшись, налетел на Валентина и головой ударил в живот. Тот, не ожидая этого, не успел отвернуться и повалился на пол. Джонни подскочил к нему и, насев сверху, несколько раз ударил по лицу.
Я заорала.
– Идиоты! Что вы делаете! Джонни, прекрати сейчас же!
Я схватила его сзади за плечи. Он попытался отмахнуться от меня, и тут Валентин, вцепившись ему в горло, сбросил с себя и снова ударил кулаком в челюсть. Джонни отлетел от него и, перевернувшись, вскочил на ноги. Теперь они уже оба стояли друг против друга, тяжело дыша.
– Валька, прекрати! Джонни остановись! Переста-а-а-аньте! – кричала я что есть силы.
Но они не слышали меня и, как два обезумевших пса, не сводили друг с друга налитых кровью глаз. Лучше всего сейчас было бы окатить их ледяной водой, это единственное, что сработало бы наверняка, все же остальное – мои крики, уговоры, взывания к совести – было для них словно раздражающий писк комара.
Я вспомнила про пистолет, отлетевший в угол комнаты, когда
– Или вы сейчас же прекратите, или я начну стрелять и сюда все сбегутся! – пригрозила я.
Вместо ругательств в свой адрес я услышала вначале недоверчивый возглас:
– Катька, брось игрушку!
А затем раздался хохот. Смеялись оба, причем с таким удовольствием, как будто увидели голую задницу в окне. Я смотрела на них, и злость закипала во мне еще сильнее. Два быка! Уроды! Животные, которые ничего не понимают! Не выдержав больше их смеха, я с силой швырнула пистолет в стенку между ними. Раздался выстрел. За ним второй и третий. Валентин удивленно посмотрел на стенку, затем на меня, а Джонни схватился за грудь и повалился на пол.
– Что же вы теперь не смеетесь? – кричала я. – Вот теперь можно всем и посмеяться...
В номере стало тихо. Валентин подошел к Джонни и ногой поддел его плечо. Тот покорно перевернулся на спину и замер, раскинув руки.
– Что случилось? – спросила я. – Что с ним?
– Он... надеюсь, ранен... потерял сознание, а может, и убит, – все еще улыбаясь, сказал Валентин.
– Что? Как ранен? Как убит? Ты его убил?
– Нет. Пистолет...
– Какой пистолет? Который я бросила?
– Да, пистолет, который ты бросила. Слишком чувствительный... Пистолет выстрелил три раза подряд. Одна из пуль попала в этого... Как его, кстати, зовут? Зачем он, дурак, снял предохранитель? Тоже мне, мудила, нашел бандитов! Мог бы просто потрясти, попугать. Вот теперь и расплачивается за собственную тупость...
Я сидела на кровати, не решаясь приблизиться к Джонни. Вспомнилось его смеющееся лицо, летящий пистолет, сухие хлопки выстрелов, его согнутая пополам фигура...
Судьба снова улыбалась мне.
Валентин подошел, сел рядом, обхватив за плечо, прижал к себе.
– Не переживай! Ну подумаешь, одним черным меньше...
В дверь постучали.
– Что? – властно крикнул Валентин.
Просунулась голова индуса, дежурного гостиницы.
– Я слышал шум, что-то случилось? – шаря по комнате выпученными глазами, спросил он.
– Все в порядке. Закрой дверь!
Тот послушно исчез. Зазвонил сотовый телефон Валентина.
– Да? Хорошо. Пусть пару ребят поднимутся в номер. Захватите ящик.
Вдруг раздался стон. Джонни зашевелился и взялся двумя руками за живот. Я подбежала к нему.
– Джонни! Как ты? Куда тебе попало, где рана? Тебе больно? Сейчас мы вызовем скорую, нет, лучше мы сами отвезем тебя в больницу! Валька, пусть твои...
– Не надо в больницу! – морщась от боли, сказал Джонни. – Через полчаса станет легче. Помоги снять...
Он расстегнул рубашку, под которой я увидела, черный толстый жилет.