Избранница

Крамер Элли

Джессика вдруг вспомнила свое детство. Она не могла выходить из своей комнаты раньше десяти часов в рождественское утро, потому что ее мама любила вставать поздно. У мамы не было времени для кухонной возни, поэтому члены их семьи отведывали праздничные блюда в ресторанах. У Джесс дома никогда не наряжали живую елку, поскольку считалось, что осыпавшиеся иголки создают беспорядок. Ее мама прятала украшения, которые Джессика мастерила в школе, объясняя, что они не были достаточно милыми, чтобы красоваться на ветвях среди других, настоящих игрушек.

Печенье покупалось только в магазинах. Прошло много лет, прежде чем Джессика поняла, что другие женщины пекут дома. Она попыталась вспомнить, соблюдали ли они какие-нибудь традиции, но в памяти всплыли только ссоры родителей и ощущение одиночества, которое она испытала после ухода отца.

Почему ей не позволяли бывать у дедушки в Ишбери? Может, мама боялась, что Джессика обнаружит, чего именно не хватало в ее жизни? Или это был один из способов наказать отца? Интересно, захочет ли когда-нибудь Чарльз пригласить своего сына на праздник и что почувствует при этом Луис?

Она улыбнулась своему мальчику, который был здесь как дома. Получив по законной порции печенья, все дети большой толпой отправились играть в одну из комнат на первом этаже. Берни заверил, что старшие дети вполне ответственно будут следить за поведением младших.

Сестра Берни Прайда оказалась одной из последних, кому он представил Джессику. Молодая женщина расставляла тарелки в столовой, держа на руках розовощекого младенца.

– Джессика, это моя сестра Софи и малыш Джонни. – Берни чмокнул ребенка в макушку. – Ей просто не терпелось с тобой познакомиться.

– Да, мне было интересно. – Улыбнувшись Джессике и сверкнув глазами на брата, она протянула руку для приветствия. – Очень рада, что ты смогла прийти. Берни прожужжал о тебе все уши.

В ее интонации Джессика уловила признаки доброго соперничества между братом и сестрой. Они оказались поразительно похожи. У Софи была такая же стройная фигура, длинные ноги, миловидное овальное лицо. Волосы, коротко подстриженные, были такого же русого цвета, а голубые глаза такими же живыми.

Открыто оценивающе разглядев Джессику, Софи, похоже, осталась удовлетворена своими выводами относительно новой гостьи.

– Как тебе Ишбери? – Она поудобней подхватила малыша, играющего в «ку-ку» с Берни. Неожиданно Софи шлепнула по руке брата, который попытался стащить засахаренную клюкву со стола.

– Мне понравилось то, что я увидела. Приятный чистый городок.

– О, да! И не такой шумный и суетливый как тот, в котором ты жила. Но и в неспешной жизни есть свои преимущества.

– Не сомневаюсь.

– Навряд ли тебе придется здесь скучать. – Она произнесла это для Джессики, но многозначительно посмотрела на брата, который отправлял похищенную ягодку в рот. – Скажу больше, твое пребывание здесь может оказаться довольно увлекательным.

– Не исключено. В любом случае хочу поблагодарить тебя за разрешение срубить на своем участке елку. Луис был просто счастлив.

– Не стоит благодарности. Рада,

что мой брат помог вам. – Она придала недвусмысленный акцент последнему слову.

– А еще Берни предложил мне посоветоваться с тобой насчет няни для Луиса. Вдруг ты кого-нибудь порекомендуешь.

– Конечно. Могу познакомить тебя с моей няней. Она отлично ладит с детьми.

– Большое спасибо!

– Без проблем. – Софи перевела взгляд с Джессики на Берни и обратно. Неожиданно она победно улыбнулась и слегка подтолкнула его под локоть. – Да, я не ошиблась. Ближайшие месяцы будут очень интересными.

Они уже выходили из столовой, когда Софи окликнула их. Остановившись в проеме дверей, Берни обернулся, вопросительно посмотрев на свою сестру.

Софи улыбалась и показывала пальцем на место, чуть выше дверного косяка. Джессика задрала голову и увидела венок омелы, свисающий на красной ленте. Она глупо хихикнула, уверенная, что Софи шутит. Даже Берни Прайд нахмурился и сделал глубокий вдох. Потоптавшись, он пожал плечами, на что Софи похлопала себя по боку свободным локтем и издала звук, похожий на кудахтанье. Намек был ясен даже для Джессики. Она так увлеклась молчаливой игрой взглядов брата и сестры, что не обратила внимания на движения Берни.

В следующий момент, прежде чем она успела защититься, он с твердой решимостью обхватил ее за плечи, наклонил голову и поцеловал.

Не было сравнений, чтобы описать напористую чувственную власть, с которой он овладел ситуацией.

Когда все закончилось, он подхватил Джессику под локоть и вывел из столовой, бросив победный взгляд на пораженную сестру. Усадив свою гостью на диван, Берни пристроился рядом.

– Извини. Я совсем не так представлял наш первый поцелуй. Иногда Софи ведет себя как ребенок.

Джессика все еще находилась в шоке от своих ощущений, но слова Прайда вывели ее из оцепенения. Представлял? Наш первый поцелуй?

– Извини? – Она надеялась, что ее голос звучал достаточно скептически. Вокруг было слишком много народу, чтобы говорить громко, поэтому ей пришлось перейти на возмущенный шепот. – Что это значит? Когда что-то называют первым, надо понимать, что последуют и другие? Ни за что! Может, это и был первый, но он же станет и последним. Выброси из головы все свои фантазии на мой счет.

Она не стремилась щадить чужие чувства. Берни это понял и снисходительно и ободряюще улыбнулся. Было очевидно, что такие ничтожные аргументы на него никак не повлияли.

– Ладно. – Его ответ взвинтил Джессику еще больше. Она уже собиралась сделать следующий выпад, когда вдруг осознала, что Прайд просто согласился с ней.

– Что это значит – ладно?

Он улыбнулся еще шире.

– Я не собираюсь никому навязываться. Поэтому соглашаюсь с тобой.

– Так просто? – Она не доверяла этому мужчине. Он был слишком не похож на других. – Хочешь сказать, что отказываешься от всего, что, как ты представлял, могло произойти между нами?