Избранница
Шрифт:
– Понимаю.
– Но я планирую выложиться на все сто. Буду работать усердно.
– Главное, не переусердствуй.
– Что?
– Здесь не столица. В масштабах нашего городка события выглядят иначе. Скорее, цыпленок клюет цыпленка, а не волк загрызает волка. Все происходит не так быстро, как ты привыкла.
– Я заметила. Иногда мне кажется, что я попала в черно-белый старый фильм, в другую галактику, где даже нет доставки еды на дом.
– Зато все собираются в местном ресторане. Болтают с друзьями, играют в бильярд и вместе весело проводят время. Кому придет в голову заказывать
В этом была своя логика.
– А почему нет дежурного магазина?
– Можно купить продукты днем, заранее.
– А единственный кинотеатр?
– Зато новый фильм каждую неделю.
Ее лицо озарилось. Вот теперь он не отопрется.
– У вас нет парка для гуляний!
– И после этого мы еще смеем называться городом. – Он сокрушительно покачал головой. – Какой позор!
– Ты издеваешься надо мной, Берни Прайд, – обиделась она.
– Я бы никогда не посмел сделать этого, Джессика Лейн. – Его слова прозвучали мягко, как шепот любовника. В какой-то момент ей безумно захотелось почувствовать прикосновение его губ. Желание словно загипнотизировало ее.
Ради всех святых! О чем она думает?
– Уже поздно. Пора уложить мальчика в постель. – Она поднялась и наклонилась, чтобы принять спящего ребенка из его рук. Локон ее волос свесился и скользнул по щеке Берни. У него захватило дыхание.
Их глаза встретились. На долю секунды ее сердце замерло, и она поняла, что Берни хочет поцеловать ее. Но больше всего ее поразила мысль, что и она желала этого же самого.
Но мужчина тряхнул головой, разрывая магнетическую связь между их взглядами, и приподнял Луиса. Джессика на подгибающихся коленях пошла в спальню. Ее ноги стали ватными не из-за того, что Берни мог поцеловать ее. И не из-за того, что она охотно ответила бы ему. Нет. Ее ноги едва не подкосились от разочарования, что он этого не сделал!
– Джессика, – прозвучал мягкий голос.
– Да? – Она предпочла не оборачиваться, чтобы не выдать свои переживания.
– Кажется, мне пора.
– Да, – шепотом ответила она. – Я тоже так думаю.
***
На следующее утро Берни заехал в контору к Софи, чтобы вернуть ей ключи от участка. Наверняка перед закрытием консультации на рождественские каникулы она будет очень занята. А значит, он передаст ключ, поблагодарит за разрешение срубить для Лейнов елочку и скроется с глаз сестры прежде, чем та перевоплотится в Великого Инквизитора. Как же, размечтался!
– Сэр, вы очень разочаровали меня вчера. – Софи подняла голову от папки с бумагами и картинно провела ребром ладони по горлу. Это означало, что ему придется несладко.
– Что я сделал?
– Ничего! В том-то и вся проблема. Я прождала до двенадцати ночи. Я – мать двоих детей. Мне пришлось пожертвовать драгоценными часами отдыха. Почему ты не позвонил?
– Извини. Не знал, что вчера был день проверки, и ты выполняла роль моего надсмотрщика. – За долгую практику препирательств с сестрой опыт научил его вовремя ставить Софи в тупик решительным отпором. Он бросил сестре ключи, которые та ловко поймала, уселся на стул, вальяжно откинувшись на спинку,
– Брось, Берни! Если бы я провела сутки с симпатичным столичным парнем, уверена, ты захотел бы услышать об этом все, вплоть до мелочей.
Он нахмурился и потер подбородок.
– Думаю, твой бедный обманутый муж жаждал бы признаний куда сильнее меня.
– Не притворяйся, ты понял, что я имела в виду. – Она резко захлопнула папку. – Что здесь происходит?
Дурачась, Прайд удивленно оглядел тихий маленький кабинет.
– В данный момент ничего особенного. Но будь готова. В любую секунду сюда могут ворваться клиенты, нуждающиеся в срочной юридической опеке.
Она состроила откровенную гримасу, обозначавшую, что он невыносим. Потом налила две чашки кофе.
– Разве мисс Лейн не попыталась опробовать на тебе свои городские чары? Или воспользоваться твоей наивностью? Признавайся, братец! Чем ты занимался прошлой ночью?
Берни уперся рукой в лоб на манер античного мыслителя.
– Что удержится на острие иглы? В чем смысл жизни? Почему бутерброд всегда падает маслом вниз? О, ирония риторических вопросов…
– Никто не любит умников, мой наивный романтик.
– А я думал, что никто не любит Любопытных Варвар.
– Значит, ты не будешь рассказывать?
– Ни о себе, ни о Джессике Лейн. А теперь, если ты хочешь обсудить бихевиоризм и его направления, я к твоим услугам.
– О себе и Джессике? Ха! – Лазурные глаза Софи триумфально блеснули. – Значит, что-то все-таки произошло? Я знала. Ты не сможешь меня одурачить. Никогда не мог!
Он откинулся на спинку стула, соединив руки на затылке в замок.
– Я подумываю над тем, чтобы пригласить их на Рождество. – Он решил это вчера по пути домой. Почти поцелуй и воспоминания о чувственных коралловых губах Джессики заставили его хотеть большего. Более длительного совместного времяпровождения. И всего остального.
– Джессику с сыном?
– И с Луисом Тиллингом. Как думаешь, мама не будет против дополнительных гостей к ужину?
– Шутишь? Она считает, что, чем больше людей, тем веселее. Надеешься, они согласятся?
– Не узнаю, пока не спрошу.
Но сначала ему нужно выбрать наилучший способ подхода к Джессике. Она была упрямым циником, чьи романтические наклонности находились в нежном пробуждении. Это могло потребовать серьезных усилий, и Берни чувствовал, что ему по плечу такая работа. Проблема заключалась в том, что у него в запасе имелось всего несколько месяцев, чтобы придумать какой-нибудь фокус. Поэтому он не мог позволить себе никаких глупых ошибок.
– Чего же ты ждешь? – Софи демонстративно пододвинула к нему телефон.
– Я сказал, что подумываю. – Наполовину готовый план не позволял поспешности. Отказа не должно было быть.
Сестра захлопала локтями, как крыльями.
– Ку-дах-тах-тах…
Еще со времен начальной школы Софи доставала его своими подначками. И он всегда попадался на удочку. Берни бросил на нее испепеляющий взгляд и потянулся к аппарату, но вдруг понял, что не знает номера Тиллинга. Она прочла его мысли, и на колени Прайда плюхнулся небольшой телефонный справочник.