Интрижка

Морган Мелани

Второй раз за сегодняшний день этот человек оказывал ей услугу, и второй раз ей это было неприятно.

– Томас Стивенсон Челси?
– медленно произнесла она, словно взвешивая каждое слово.
– Вас действительно так зовут?

– Семейная традиция. Напоминание о том, что наше время придет.

– Никогда, если в моих силах будет помешать этому, - тихо произнесла Барбара и резко повернулась, чтобы взять карточку, которая выдавалась каждому участнику прыжков.

Она держала ее непослушными пальцами, при этом продолжая шутить

и улыбаться в камеру. Так было легче не думать о том, что ее ожидает.

Когда фотограф из какого-то журнала предложил сфотографировать их вместе с Томасом, Барбара, плохо соображая, что делает, шагнула вперед.

– Ровенталь и Стивенсон работают вместе на благо обездоленных детей, - усмехнулась она, подавая руку Томасу. Девушка будет прыгать, мужчина наблюдать. Все старо как мир.

Мистер Челси, словно догадавшись, о чем она думает, понимающе улыбнулся. Барбаре даже показалось, что он ощущает себя виноватым. Но, должно быть, существует какая-то веская причина тому, что он отказался прыгать. Например, хорошее знание законов земного притяжения и здоровое чувство самосохранения…

– Изобразите настоящую близость и теплоту, - суетился вокруг них фотограф. И Томас послушно обнял Барбару за плечи, прежде чем она успела что-либо возразить. Ее поразило то чувство защищенности, которое она испытала в объятиях этого мужчины.
– Прекрасно!… Улыбку пошире!

Занятая своими мыслями, Барбара в упор уставилась на Томаса. Легкий ветерок растрепал его безупречно причесанные волосы, рассыпав их по высокому лбу. Физически он был близок к совершенству. А его привлекательной внешности позавидовал бы любой киноактер. По тому, как улыбался этот человек, было ясно, что у него есть все.

Как только фотограф закончил, Томас снял руку с плеча Барбары. Однако улыбка осталась. Неприязненная. Как предупреждение об ошибке, которую Барбара совершила, обратив внимание прессы на его присутствие. Снимавший их журналист уже наверняка что-то пронюхал и не преминет поделиться сведениями с читателями. А если фотография Томаса появится на обложке, то Лиз никогда мне этого не простит, подумала Барбара.

– Вас ждут, - произнес мистер Челси.

Улыбка исчезала с лица Барбары, когда она, схватившись руками за канаты, негнущимися ногами ступила в небольшую люльку, которая медленно поползла вверх. Понимает ли он, как она боится? Впрочем, это неважно.

– Как вам нравится открывающаяся перед вами картина?
– раздался в наушниках голос телеведущего.

– Я расскажу об этом, когда поднимусь на самый верх, - быстро нашлась с ответом Барбара. Если начнут показывать сейчас, то все увидят, что ее глаза плотно зажмурены от страха.

Откуда- то снизу до нее донесся смех и приветственные выкрики. Когда люлька покачнулась, достигнув конечной точки, Барбара инстинктивно открыла глаза и шагнула на платформу. Это было ошибкой. Люлька, ее единственная возможность избежать всего этого и вновь оказаться на земле, уже двинулась

в обратный путь. Далеко внизу раскинулась панорама города. Барбара почувствовала, как кровь отлила от ее щек.

– Я хочу немедленно оказаться дома, - пробормотала она, вне себя от ужаса, хватаясь за первый попавшийся под руку предмет.

Ей казалось, что она говорит шепотом, но микрофон, прикрепленный к ее спортивной майке, доносил до толпы буквально каждый звук. Внизу засмеялись. Мисс Ровенталь начала смеяться вместе со всеми, стараясь сдержать истерику. Служащие на прыжковой вышке закрепили канат вокруг ее ног и тщательно проверили страховку.

– Мне кажется, это - единственная работа, которую вы сделаете за весь сегодняшний день, - подзадоривал ее снизу Томас Челси.

– Что ж, спасибо. Я рада видеть, что «Ровенталь и Стивенсон» работают вместе.
– Даже в такой экстремальной ситуации она не забыла произнести название компании.

– Нет проблем. Как раз для этого и нужен наблюдатель. Чтобы видеть ошибки. Может, вас подтолкнуть?

О, сколько сарказма было вложено в эту фразу! Но Барбаре сейчас было не до этого. Она судорожно сжимала побелевшими пальцами железные перила.

– Какой герой!
– хмыкнула мисс Ровенталь и очертя голову бросилась вниз.

Несколько мгновений спустя веревка натянулась, зафиксировав ее в подвешенном состоянии между небом и землей.

Когда все закончилось, именно Томас Челси протянул ей руку, чтобы помочь встать. Не вполне придя в себя после пережитого, Барбара тупо уставилась на него.

– Это совершенно нормально, что вы боялись, - произнес Томас, в уголках его глаз пряталась улыбка. Наверное, этот человек когда-то все-таки умел улыбаться по-настоящему.

– Боялась? Я?!
– Барбара повернулась к камере и скорчила гримасу.

– Это не опаснее, чем упасть с кровати, - продолжал он.

– Вы в этом уверены?
– разозлилась Барбара.
– Проверяли ваши знания на практике? Со скольких кроватей вы уже успели упасть?

Вышло не очень гладко, но в толпе многие рассмеялись, а Томас Челси наконец перестал улыбаться. Стопроцентный успех!

– Готова, Барбара?
– Голос Сони вернул ее к действительности. Она отпустила руку Томаса.

– Надо хорошо выглядеть на фотографиях, - кокетливо произнесла мисс Ровенталь, доставая зеркальце и помаду и устраивая небольшое шоу из того, как она подкрашивает губы.

Внутри по-прежнему было странное ощущение пустоты. А зубы все еще выбивали нервную дробь, так что пришлось их сжать, чтобы изобразить некое подобие улыбки.

– Теперь я готова.
– Она отдала Томасу зеркальце и губную помаду.
– Какие-нибудь указания напоследок?

– Да. Смотрите прямо в камеру.

Он крепко прижал ее к груди. Барбара почувствовала тепло его тела… и наконец-то ощутила себя в безопасности. Но это продолжалось лишь мгновение. Потом мистер Челси отпустил ее.