IN VINO VERITAS

Никулин Андрей Георгиевич

– Ну, я так и знала, – засмеялась Г.Ф.,– это обычно я с похмелья приезжала, а теперь вот и твоя отличилась!

– Так что если хочешь позавтракать, то давай зайдём куда – нибудь в кафе. Дома – «шаром покати», – продолжал ехидничать я.

– Да, я вообще, то есть не хочу. Ну, пойдем, купим чего – нибудь, да пива девчонкам возьмём, а то помирают, наверное! (Добрейшей души человек – это наша «баба Галя»!).

Через подземный переход мы вышли на привокзальную площадь. Тут, несмотря на ранний час, уже вовсю кипела жизнь, минимаркеты зазывали открытыми дверями. Зашли и мы – взяли пива. «Три с собой возьмём, а по бутылочке выпьем», – распорядилась Г.Ф., мне пришлось только покорно согласиться, хозяин – барин. Стоя на остановке и за время, отведённое на заглатывание бутылки пива, я вкратце выслушал отчёт за прошедший год жизни Г.Ф. в крупном приуральском городе. Ездила «на шашлыки» периодически, упала с катера (по пьяни, конечно – подумал я), полезла на чердак и получила по носу какой то железякой (опять по пьяни, но не сознаётся, а приехала

в чёрных очках), за год опробовано ещё пара молодых любовников, но в данный момент одна и не «трахалась» с мая месяца и т.д. и т.п. Я сочувственно повздыхал и поохал, пожаловался на свою жизнь, на что и получил: «Что – то ты усох!» Я решил принять это как комплимент, похудел мол. Ну, да ладно, подъехал автобус и вперёд.

Рядом с домом Г.Ф. закупила некоторого провианта, и мы бодрой походкой вошли в подъезд. Предстояла встреча «девочек»! А встречали нас две растрепанные дамы: одна в ночной рубашке (моя супруга), а другая в халате на голое тело (ещё одна подружайка жены). «Не хило вчера поддали», – мимоходом подумал я, хотя такие «картины» давно уже перестали меня затрагивать. Тут, как обычно, последовали возгласы, имитирующие радость встречи и «дежурные» подьёбки с обеих сторон. Короче, пиво на стол, колбасу покромсали и уселись за стол, кто, в чём был. Общага – пятнадцать лет спустя, неиначе. Девки о чём – то трепались, отхлёбывая пивко прямо из бутылок (институтская привычка), жена же пила разбавленный водой яблочный уксус(!). «Её величество» тошнило, и она периодически визжала, чтобы поменьше курили. Я же сидел и, прикладываясь к выделенной мне бутылки (под уничтожающие взгляды супружницы), размышлял – «А стоит ли мне напиться или нет?». Дело в том, что до этого дня я уже три(!) недели не пил, а в понедельник (дело было в воскресенье) должен был идти устраиваться на работу. Да – да, на меня периодически находило, и я договаривался о своём трудоустройстве в качестве грузчика, кого же ещё. «Ладно, – думаю, – видно будет». Хотя, какое уж там «видно», с каждым глотком пива перспектива трудоустройства становилась всё призрачней. И я решил влиться в затухающий разговор:

– А не пойти ли нам на пляж?

Г.ф. и Валова активно поддержали, жена же сказала, что её присутствие на рынке (она имела «точку» на промтоварном рынке) просто необходимо. Договорились, что мы втроём идём на пляж, а

потом подгребём к супруге на рынок. Сказано – сделано, и вот мы уже по дороге на наше замечательное озеро. В пакете, который я несу, покоится бутылочка водки, три одноразовых стаканчика, яблоко (Валова сказала, что с некоторых пор закусывает исключительно яблоками), остатки колбасы с хлебом и бутылка газированной воды. Бардак начинается!

Погода была отличная, жарковато конечно, но мы предусмотрительно заняли один «грибок». Там на импровизируемом столике разложили закуску, водрузили бутылку и на песочек расстелили, захваченные дамами, полотенца. Можно действовать. Первый тост «за встречу». Выпили. Хорошо, мать твою, особенно после долгого воздержания. А теперь купаться. Озеро наше не блещет чистотой, но если заплыть подальше, то даже очень ничего. Я прошёлся «шестиударным австралийским кролем», да мастерство то не пропьёшь, и возвратился на берег, к подругам, к бутылке. Надо сказать, что мы – непревзойдённые асы питейного дела – уговорили «пол-литра» довольно таки быстро. Девки ещё раз искупались, я же сидел на полотенце и задумчиво курил, ища (для себя самого естественно) оправдания, почему я не пойду завтра на предполагаемую работу. А в том, что я не пойду, у меня уже никаких сомнений не возникало. Ладно, хоть о своих планах на трудоустройство ни жене, ни матери не брякнул, а то ора было бы немерянно, а так просто нажрусь, как всегда – Г.Ф. приехала, святое дело. Так я примерно рассуждал. Стали накатывать довольно таки тяжеловесные тучи, у нас в это лето какая – то закономерность: до 12 часов – чистое, ясное небо, а потом чёрт те, откуда, начинают наплывать облака, потом дождь. Я знаю, до этого почти месяц каждый день с утра на пляж ходил. «Прямо, как на работу ходит», – шипела маман по телефону. Вот тогда то я и решил, что пора попытаться куда – нибудь приткнуться. Да видно – не судьба.

Путь обратно домой опять проходил через «минимаркет», где был куплен ещё один «пузырёк». Масть пошла! Его мы уже уговорили дома и опять спринтерскими темпами, причём львиную долю выпил я, «девочкам» почему – то не «шло». Зато мне «шло», и очень хорошо шло. И опять всё это сопровождалось пустопорожней болтовней (уже заметно ленивее) и перемалыванием «косточек» всем общим знакомым обоего пола. Вообщем, всё как всегда: сигареты одна за другой, и обычный минимум закуски – остатки колбасы, да я достал последние, сиротливо болтавшиеся в трёхлитровой банке, два малосольных огурца. Стала накатывать скука, и мы дружно решили ехать на рынок к супруге. Водка спокойно на месте сидеть не даст. По случаю выхода «в город», а поездка в верхнюю и центральную часть нашего города все живущие «за рекой» иначе и не называли, я надел белые брюки и белую же рубашку с коротким рукавом, нарядился – бля! В сочетании с загорелым телом и лицом, это неплохо смотрелось.

– Вот ты, уже, сколько не работаешь, пьёшь, а «шмотки» какие–то новые появляются. Кто тебя одевает? – спросила у меня уже довольно таки поддатая Г.Ф.

– Уметь надо,– хмыкнул я и подумал: «Эх, знала бы ты, что этому брахлу уже лет пять, если не больше. Аккуратность – вот и всё».

Я вообще люблю

чистоту и порядок, когда трезвый естественно. Самое смешное, господа, что в нашей, так называемой семье, даже уборку в квартире произвожу я – алкаш вонючий, падаль последняя, урод сраный (это всё эпитеты моей благоверной). Почему, непонятно. Нет, когда я в ауте, то мне конечно похую. Противно конечно в грязи валяться, неприятно, но что делать? А вот как только начинается «эпоха возрождения» – всё, я уже не могу смотреть на грязные полы, на полное, а от того вонючее ведро с мусором, на пыль, которая везде и на всём. И я берусь за дело – флотская любовь к чистоте, ничего уж тут не поделаешь. И бельё я всегда стираю себе сам, мне жена за всю нашу совместную жизнь ни разу носков не выстирала, а я и не настаивал. Считаю, что каждый должен сам себе стирать, особенно исподнее, это всё– таки лично вам носить. И вот я встаю, чувствую, что уже глазоньки не глядят на этот бардак, пора начинать: «Свистать всех наверх! Получить мыльное довольствие! Начать большую приборку по кораблю!». Да, и чтобы я был один в квартире. Работать на людях не люблю, не то, что бы стесняюсь, мне до фени, просто советчиков не переношу. После уборке всё, что носил за время запоя в таз! Шмоток накапливается много – люблю каждый день новый прикид. Артист (а я ещё тот «артист»!) должен переодеваться, вот так то!

Доехав на «маршрутке» до главной площади нашего древнего и славного города, мы двинулись на самый центровой вещевой рынок. Там уже пять лет «ковала гайку» моя супруга. Это был её «второй дом», а вернее первый, в нашу квартиру она только ночевать приезжала. На этом рынке когда – то торговал и ваш покорный слуга – помогал своей супруге, в промежутках между разборками с «бандитами» и запоями по этому поводу. Получалось это, торговля – я имею в виду, у меня не плохо, даже жена соглашается, хотя и неохотно. Но вот уже два года, как я там не появляюсь, вышел, знаете ли, из доверия. От торговли я был отлучён, а больше мне там делать было и нечего. Да и хрен с ним – «крысятник» ещё тот, если разобраться.

По дороге решили выпить ещё, вернее предложил я конечно, Г.Ф. не возражала, а вот Валова пробормотала (Лену уже крепко развезло, сказалась жара и полуголодное существование – она уже давно не имела денег), что пойдёт к моей жене на рынок и они будут нас там ждать. Вольному воля. Мы же с Г.Ф. решили посетить одно «ностальгическое» заведение – «Крестьянку». Под таким неофициальным названием была известна столовая с буфетом, располагающаяся в городском «Доме крестьянина» и находящаяся по диагонали от общежития студентов – «водников» №1, а именно там проживали в студенческую пору Г.Ф. и моя супруга, где частым гостем был и я. В те годы буфет «крестьянки» славился тем, что там постоянно было бутылочное пиво, как вы помните один из страшнейших дефицитов «застойно – запойной эпохи». А так как, напротив, к тому же находилась «пельменная» (сейчас там кафе), то весь набор студенческих удовольствий был на лицо. Пельмени и пиво – лучший обед студента. Правда, народцу и там и тут хватало, но нам, детям развитого социализма, непристало бояться очередей. Но, теперь то всё не так, в тот день в «крестьянке» было приятно прохладно и пусто. А к пиву, в свете демократических реформ, прибавилась водочка в розлив. «Стопятьдесят» себе и «сто» Г.Ф., бутылка пива на запивку – бутерброды с селёдкой, предлагаемые на закуску, по случаю жары не вдохновляли. Удобно расположившись около высокого столика (места только стоячие – отголоски прошлого), находящегося у открытой входной двери, мы продолжили возлияния. Водка была тёплой, но это уже мало трогало. Туман уже сгущался, «планка» начинала плавное скольжение вниз. Так бы и стоял здесь, но алкогольные бесы погнали дальше. Выйдя из этого «уголка прошлого» мы направились в не менее знаменитый скверик под названием «Чёрный пруд», говорят, при царе там действительно был пруд, и плавали чёрные лебеди, что ж всё может быть при царе то. В руке я держал две бутылки пива – желание Г.Ф. Я спросил у прохожего, сколько времени, оказалось ещё рановато (вообще я заметил, что по – пьяни время как будто стоит на месте, а вам кажется, что уже чёрт знает, сколько прошло) и мы решили поседеть за столиком летней кафешки, расположенной в скверике. Не успели мы удобно расположиться, и я ключами от квартиры открыл бутылки, как возле нас возник «охранник».

– Господа, – научились блин, говорить то! – у нас не принято (надо же!) распивать принесённые с собой напитки. Пожалуйста, покиньте наше кафе.

– Сейчас мы купим и у вас, – это брякнул я, а что подумал – лучше умолчу.

– У нас так не принято, – как попугай повторил этот «бык».

«Ну, сука, ты упрямый, а я ещё упрямее» – вино уже давало о себе знать, во мне закипела «классовая ненависть пролетария».

– Да не стой ты ради Христа! Сиди! – это я уже Г.Ф., которая рванула, было подняться, не любит она попадать в неловкие ситуации, это я ещё с института заметил.

Короче это пиздюк отьебался от нас только с помощью соседей по столику. Двое молодых парней потягивали местное пивко из высоких стаканов. Походили они на студентов, правда, чувствовалось, что в деньгах они не стеснены – нынешние студенты не чета нам прежним. Их явно забавляла ситуация с «охранником». Они ему сказали, что мы с Г.Ф. их друзья, и поэтому сейчас будем пить только «местное».

– А сколько стоит здесь пиво, кстати, – поинтересовался я, хотя мне то ведь не платить.

Но когда парни назвали цену, даже я пожалел деньги Г.Ф.