IN VINO VERITAS

Никулин Андрей Георгиевич

«Вот ведь, аж слюной забрызгал, ладно хоть его самого вскользь пустил, а может по этому и нудит, что не уделил должного внимания»,– подумал я и говорю:

– Ты сам то не в претензии. Или может, надо было поглубже охватить – а?

– Ебанутый ты по чайнику! Ты это от вина сбрендил! Хуй тебя напечатают!

– А вот это тебя не ебёт! Не каркай, придурок!

Теперь я уже ору. Сигареты почти одновременно обжигают обоим нам руки, сразу же хватаем по следующей. Кофе остыл.

– Кофе остыл. Взять тебе ещё?

– Иди ты в жопу. Мне 150 водки, а не кофе – писатель хуев!

Поднимаюсь, подхожу к стойке. Цены! – я ебать не хотел! Зря я его сюда потащил, надо было на улице посидеть, вроде и дождь уже кончился. Но ведь орёт сука, аж люди оборачиваются. «А ведь мне приятно, что орёт,– вдруг меня осенило, – значит, заебись получилось. Ха– ха! Ори, дурак, ори!». Подсчитываю гроши (две недели экономил, копил на встречу с «читателем» – еби его в рот!) Беру себе кофе, хотя конечно бы не отказался от водки, ну, а ему 100. Хватит с него, мне ещё пачку сигарет домой надо купить.

– Нет, ты послушай, ты скольким людям жизнь попортишь?! Сука ты!

– Чем? Правдой? Я её не боюсь.

– Да пошёл ты со своей правдой, знаешь куда!

– Ты махни водочки – то. Правдой жизнь не испортишь.

А сам думаю: «Ну и хуйню же я несу».

– Короче, чего ты разорался? Это же ещё не книга? Там же тоже забздят, в издательстве то. Успокойся. И не кому не пизди главное. А то это ведь действительно ещё не книга, и я тебя ещё туда врисую.

– Мудак ты, вот и всё.

Я

смеюсь. Он кривится, а потом и сам начинает ржать.

– А здорово ты там про…

– Тихо без фамилий. Вот напечатают, тогда хоть на площади…

Он осматривается втихаря.

– Да не слушает ни кто.

– Пока.

Мы допили: я – кофе, он – водку и вышли на улицу. Снова пошёл дождь. Уже валялись листья. Скоро осень. Он стал отдавать мне рукопись (почему– то в кафе этого не сделал).

– Я вообще как прочёл, хотел сжечь на хуй. Потом подумал, да у него ведь ещё экземпляры есть, наверное…

– Естественно. Я хоть алкаш, но не мудак.

– Да какой ты – «алкаш»!

– Эх, дорогой, ты даже не представляешь КАКОЙ!

И алкоголик поехал домой, прижимая к груди пакет с книгой. Будущей, конечно же.

АЛЬТЕРНАТИВЫ.

Тот мой собеседник в забегаловке, это мой друг детства Виталик, который похоже стал закоренелым наркоманом. Я же от него просто отказался, перестал с ним общаться, потому – что не хочу чужих проблем. Кое – как, отделавшись от своих, чужие проблемы меня просто не волнуют, не хочу тратить на них своё время. Поройтесь в своей жизни наверняка и у вас так же. К тому же наркомания, это вам не алкоголизм – тут свои заморочки. Самое интересное, что к наркоте Витала, пристрастился в зрелом возрасте, до того был такой же алкашек, как и я. Но нашлись люди, вдолбившие в его голову, что алкоголь – это «бычий кайф», что нормальным пацанам милее порошок, чем стакан водки и так далее, и тому подобное. И вот мой друг – наркоша тащащий из квартиры матери, свою то он уже проебал, вещи в ломбард. Он должен много денег, в том числе и мне, я по началу давал, пока не понял, что меня попросту разводят на очередную дозу. Ни чем хорошим для Виталика такая жизнь не кончится, так как у него совершено, нет силы воли, да и головы своей никогда не было.

Как всё – таки странно устроен мир. Вот вчера набрал номер своей старой (она же первая) любви. Марина была дома, и мило поболтали о том, о сём. Не виделись мы с ней очень давно, ещё в прошлом веке, как не странно это звучит. Я бегал за ней ещё в школе, Мариша была самой красивой девочкой нашего класса – а, уж полюбить, так королеву, чёрт побери. И в десятом классе её величество соблаговолило обратить на меня внимание. Переспали мы гораздо позже, кода оба закончили институты и обзавелись семьями. Потом встречались несколько раз, страсть была просто египетской. Когда я глубоко и стабильно запил, Марина никогда не отказывала мне во встречах. Боже, в каком только виде я к ней не заваливался. И вот я с ней опять разговариваю, как будто только вчера мы виделись. Но по разговору я понял, что у моей дорогой девочки, далеко не всё в порядке. А ещё я понял, что Мариша попивает винцо. Поверти алкоголики очень тонко чувствуют пьющих, как бы те не скрывали. Но я ошибся.

Мои одноклассники очень любят собираться. Вообще моё поколение предпочитает живое общение виртуальному на сайте «одноклассники.ru”. Они делают это периодически и по – моему слишком часто. Правда на эти посиделки собираются далеко не все, есть у нас человек десять активистов. И не сказать, что у нас был очень дружный класс, а вот подишь ты! Так, наверное, и будут всю жизнь собираться, а потом и хоронить друг друга придётся. Тоска от этого берёт, нельзя же всё время жить прошлым. Я эти «встречи старых друзей» посещал пару раз, да и только тогда, когда воспоминания были ещё свежие. На десятилетие окончания школы, например, сейчас же не вижу в этом смысла. Давным-давно у всех другая взрослая жизнь и другие проблемы, а постоянно вспоминать, кто и что сказал на уроках по – моему просто смешно. Но в этот раз повод вроде бы был: свою Родину решил посетить бывший кумир всех девочек класса, комсорг и мой друг детства по совместительству. У Сани были дела в городе, хотя сам он давно живёт на Украине (или в Украине, всё время путаю) и уже гражданин этой якобы братской республики. Встречаться значит выпивать, а это в мои планы не входило и поэтому, сотворив железобетонную отговорку, на встречу я не поехал. Потом мне позвонила одна из одноклассниц ( Маша со «ста баксами», помните. Да, да – я прощён!), сообщила, кто был и большую половину её рассказа заняло обсуждение Маринки. Да, а оказался прав, хотя и не совсем. Нет, она не была пьяной в дрибадан, но её поведение было очень неадекватным, так Маша и сказала. Я сразу же предположил, что может быть Маришка была под «коксом», или ещё под какой – нибудь «дурью», и, судя по затянувшейся паузе в разговоре, Маша, а с ней и другие мои одноклассники такую версию не прорабатывали, когда после сабантуя принялись обсуждать Маринкино поведение. Уж такого они в отношении первой красавицы и отличницы предположить точно не смогли. Стереотипы. А всё потому, что у всех других всё относительно по плану.

Скука! И поэтому я не могу себе отказать хотя бы в маленьких развлечениях февраль 2009г. Т оска достигала своего апогея. Выпить хотелось как… как… даже эпитеты подобрать не могу. В общем, пришёл край, год и три месяца для меня срок достаточно большой. И вот расчистив все завалы на работе, расставив всё по полочкам (я же всё таки Весы) я решил, что у меня есть пару недель на «отдых». Здраво рассуждая, что неделя уйдёт на сам запой плюс неделя на «отходняк». О, в какой сладостной истоме тянулись последние дни. И вот «час Х» настал – можно наливать. Проснувшись утром я уже точно знал, что свернуть меня с выбранного пути меня сможет только что – то сверхординарное, шторм или цунами, например. А так как данные природные катаклизмы в наших широтах не возможны в принципе, то, что я напьюсь сегодня дело было практически решённым. Правда, подсознательно я понимал, что вот такие тщательно запланированные пьянки обычно не удаются, мало того они плохо заканчиваются – но назад дороги нет! Я даже побрился с утра, чего обычно не делаю. Бреюсь по воскресеньям, а всю неделю щеголяю с так называемой «трёхдневной» щетиной. В сочетании с очень короткой стрижкой выглядит очень брутально. Жена правда считает по– другому. А тут был четверг, а я побрился – оцените важность для меня предстоящего мероприятия. Итак, вопрос «пить или не пить», как вы сами понимаете для меня не стоял. Оставалось выбрать с кем начать, ибо продолжить то я мог и один, потом мне партнёры нужны не были, а вот начало это важно. И вот тут началось самое интересное – все варианты стали отпадать один за другим. Что стало наводить меня на мысль, «а стоит ли именно сегодня начинать бардельеро». Да, только вот день по всем раскладам был очень подходящий, да и после первой выпитой рюмке назад дороге не было. Выбор претендентов шёл путём перелистывания записной книжке в мобильном телефоне. Сидел я в одном уютном заведении, где всегда было малолюдно и не орала музыка, заказав

триста грамм коньяка (который терпеть, не могу, ну, не с водяры же начинать), лимончик, посыпанный сахаром( почему то в России это считается самой удачной закуской к коньяку), а на горячее взял котлеты «по-киевски» (надо было обязательно что – то бросить в желудок, а то потом закусывать совсем не буду – уж я то себя знаю!). И вот я мучаю свой мобильник, набирая один за другим номера потенциальных претендентов. И у всех до одного и именно в этот день нашлись просто неотложные дела. Какой – то рок! У одной не с кем было оставить дочь, у другого на завтра была запланирована важная встреча, а пьянка со мной предполагала очень плохое самочувствие на следующие утро ( тут товарищ был прав), третий только что пришёл со службы и должен был отоспаться и т.д. и т.п. Все были согласны встретиться завтра, но мне то надо было сегодня! А один приятель со смехом посоветовал: «А ты Андрюха, в следующий раз надумаешь выпить дай объявление в газету или позвони на телевидение пусть пустят бегущей строкой. Вот мы и подготовимся! Ха –ха!» Очень смешно. Тем временем доза конька увеличивалась ( я заказал ещё двести) и не о каком возвращении домой уже и речи быть не могло. Я набирал уже номера тех людей, кому бы трезвый не позвонил бы ни когда. Так как в кафе кроме меня публики не было вообще, то бармен и официантка с интересом спортивного болельщика наблюдали за этим марафоном и по –моему даже делали ставки. И как мне показалось даже облегчённо вздохнули, когда я всё таки добился своего. Я всегда добиваюсь своего, особенно когда дело касается выпивки. Жертвую пала сестра моего школьного друга, Наташа. Ни когда до, а теперь я думаю, что и после того вечера, мы с ней не выпивали. Нет, мы бывали в одной компании, сидели за одним столом, но, вот что бы так – никогда. И что же ты оказалась дома в этот вечер, на свою беду, а, Наташка?! Тут надо внести небольшое пояснение. Дело в том, что брат Наташки, мой друг детства Виталик был перековавшимся наркоманом. Когда он совсем уже опустился маман отправила его в лечебницу. То была не просто больница (по крайней мере, медикаментозно там не лечили), а какая то секта или скит, или …вобщем хрен поймёшь. Но как не странно, Виталик вернулся от туда другим человеком. Нет, он был по– прежнему Виталик, мой друг детства и бывший собутыльник, но вот крыша у него поехала уже в другую сторону. Он стал набожным, цитировал библию, но его вера явно была не православного толка. Я ему сразу сказал, что он попал к ребяткам, которые на америкосовские деньги хотят навредить нашей церкви. Ну, вы знаете этих проповедников, чуть ли не танцующих на сцене, всякие там Картеры и еже с ними. Ну, да бог с ним главное Виталик соскочил. Потому что бы стать нормальным человеком наркоману надо полностью заменить «иглу» в сознании, так пусть это будет Бог, лишь бы на пользу. Не знаю насколько Виталик сам исполнился верой, но вот окружающих он задолбал капитально. Всех больше доставалось младшей сестре, ибо жить приходилось под одной крышей (свою квартиру Виталик благополучно проколол). А у Наташки есть склонность к алкоголизму, кстати, Виталик раньше и сам бухнуть был не дурак. Но, став правильным, аки агнец божий, стал нещадно доёбывать свою сестрёнку. К тому же у девушки проблемы в личной жизни: сын растёт без отца, да и с работой, из – за вина постоянные проблемы. Она была, конечно, сильно удивлена моему звонку, но с радостью согласилась встретиться, так как по – моему была как раз с похмелья. К тому же встреча со мной её ни к чему не обязывала. Трудно воспринимать мужчиной человека, когда в памяти стоят картинки из детства. Где он вместе с братом играет в настольный хоккей, или ползает на коленях проводя «лягушачьи олимпийские игры» ( это, кстати, наше с Виталиком изобретение, ноу-хау так сказать, и если бы мы жили в цивилизованной стране, то давно бы запатентовали изобретение и стали миллионерами – маленькие такие лягушечки сделанные из четвертушки тетрадного листа). Мы встретились, и после некоторых мытарств в поисках пристойного заведения (даже кафешки в нашем районе, как специально позакрывались на спецобслуживание – теперь то я понимаю, это всё мне знаки были сверху, да кто ж на них внимание обращает) мы расположились в уютном местечке, почему то тоже совершенно безлюдным. Надо сказать, что к тому времени я уже был изрядно «на кочерге», пока я ждал Наташу то успел хлопнуть ещё грамм двести коньяку и уже практически незакусывая. Девушку тоже быстро повело, видать сказались «старые дрожжи». Пустой зал наводил скуку и для оживления программы вечера я позвонил своему знакомому азербайджанцу. Вагиф был ( а почему собственно «был» есть и пусть сто лет здравствует) очень оригинальным «черножопым». Он даже на это слово никогда не обижается, да и сам себя порой так называет, отсутствием чувства юмора, в отличие от большинства своих соплеменников, не страдает. А земляки его так вообще называют «Петровичем», намекая на его полную ассимиляцию. Отношения у меня с ним чисто деловые, один продаёт – другой покупает. Знаем мы друг друга почти 10 лет и по работе ни разу, ни кто, ни кого не подставлял. К тому же он адекватный «азер», довольно таки начитанный парень и не чешет яйца во время разговора. Вагиф очень лёгкий на подъём человек и всегда готов слинять от жены и детей, к тому же и выпить не дурак. Коран ведь тоже можно обойти если хочется. Короче минут через двадцать он уже сидел с нами за столиком. И как, оказалось, стал моим ангелом – хранителем в этот вечер. Всё остальное я знаю с его слов, ибо планка у меня упала, как и у Наташки кстати. Блядь, сколько раз давал себе зарок резко не начинать! Ну, а дальше закружило – понесло. Ни почти двукратная разница в возрасте, ни общие детские воспоминания не помешали нам с Натахой вести себя…, ну, скажем так, мягко выражаясь – не совсем правильно. Трахаться мы, конечно, не стали, но сосались прямо за столом. Алкоголь снимает все запреты и тормоза, за что, кстати, я его и люблю. «Очень не хорошо вы стали себя вести», – поцокивая языком и, покачивая головой, говорил потом восточный человек Вагиф. Далее последовали эротические танцы, ну, а потом меня окончательно переклинило, и я стал орать «Аллах Акбар!» на всё кафе, что в свою очередь заставило явно напрячься группе русских пацанов, которые подтянулись в кафе к этому времени. Видно это заведение заполняется ближе к полуночи. Инстинкт самосохранения у Вагифа, бывшего командира взвода морской пехоты (участвовал в Карабахском конфликте) сработал чётко. Он доступными словами успокоил набычившихся русских мальчиков, схватил нас с Наташкой, которую всё происходящее очень веселило, и вытащил на улицу. Тут же поймал такси и отправил нас, но при этом совершил ошибку, назвав таксисту мой адрес. По дороге я совсем «потерялся», и, подъехав к своему дому, я просто вышел и забыл Наташку в машине, где она заснула на свою беду. Что оставалось делать таксисту? Логично, что он повёз тело туда, от куда забирал, то есть в кафе. А там Вагиф безуспешно пытался поймать тачку, что бы уехать домой. И каково же было его удивление, когда он увидел подъезжающую машину со спящей Наташей. И тут он поступил как мудрый восточный человек. Он просто спрятался. Человек он не конфликтный, и не любит ввязываться в чужие дела. Нет, я его понимаю – ни он эту женщину позвал, ни он ив ответе за неё. Всё логично, зачем лишний гемморой на свою жопу? В результате таксист сдал девушку ментам, а те отправили бедную Наташу в женский вытрезвитель. Как потом ёрничал её благообразный брат – «лиха беда начала». Пришла она домой под утро и злая на меня была ужасно, опять же со слов Виталика. «Ты, Андрюха, не парся, сама виновата – всё к тому и шло, – это потом он меня успокаивал, – зато сейчас ни грамма в рот, ходит на работу, опять села за руль, а то машина уже ржаветь начала во дворе». И всё таки угрызения совести я испытывал, но, в конце концов, взвесив все «за» и «против» я решил – «А разве я виноват, Наташа? Ты знала, на что идёшь». Ну, как, сука я или нет? Я тут недавно узнал в Интернете, что в 2029 году наша Земля столкнётся с метеоритом. Назвали его – Апофиз. А за этим последует гибель всего человечества. Меня это очень обрадовало. Приятно погибнуть всем вместе за компанию. Вот было бы здорово! Пойду всё – таки вмажу грамм эдак «стопетьдесят»!

ПРОЛОГ, КОТОРЫЙ ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ ЭПИЛОГОМ

Я долго мучился над тем, как собственно закончить сие повествование. А потом понял, что точку ставить пока рано. Всё зависит от того, станет ли мой труд достоянием общественности. Во как загнул! Я уже не раз намекал, что очень хочу, чтобы нашёлся издатель, который не побоится опубликовать мой роман.

Я уверен, что публики моё произведение понравится, потому что в нём только правда. Суровая, сухая без прикрас и словоблудия, но, правда.