Хранители Братства
Шрифт:
– О, брат Бенедикт!
– Брат Тадеуш, – отозвался я, споткнувшись о ступеньку, – позволь представить тебе мистера Шумахера.
– Тадеуш, – повторил мистер Шумахер, схватив брата Тадеуша за руку и вглядевшись в его лицо. – Морской торговец, – сказал он, – в безопасной гавани. Моряк, оставивший море.
– Ну, – промолвил брат Тадеуш, озадаченно моргая, – в общем-то все верно.
Мне, наконец, удалось протиснуться внутрь и прикрыть за собой дверь.
– Я встретил его в своем Странствии, – пояснил я.
–
– О, – сказал брат Тадеуш. – Очень приятно это слышать.
Мне почему-то показалось, что это прозвучало с иронией.
– Не знаешь, где брат Оливер? – спросил я.
– В часовне, – ответил брат Тадеуш. – Все там, бдят и молятся о последнем шансе на спасение. – В его глазах вспыхнула надежда. – Ты принес добрые вести, брат Бенедикт?
– Прости, – сказал я, понимая, что увижу такой же подавленный взгляд еще четырнадцать раз до конца дня. – У меня ничего не вышло, – добавил я.
– Не кори себя. Ты сделал все, что мог, – заверил меня брат Тадеуш. – Без сомнений, ты сделал все возможное.
– Нельзя этого допустить, – возвестил мистер Шумахер.
Он разглядывал деревянную отделку стен скриптория со странным выражением, сочетавшим вызов и гордость владельца.
– Идемте, мистер Шумахер, – сказал я. – Нам нужно найти брата Оливера.
– Именно так, – сказал он.
Мы оставили багаж в канцелярии у брата Тадеуша и направились в часовню. Мистер Шумахер восхищался всем, что встречалось ему по пути – от дверных косяков до изображений Мадонн с Младенцами.
– Чудесно, – говорил он. – Именно так.
Часовня была погружена в тишину, когда мы вошли в нее, но так продолжалось недолго. Лица повернулись к нам, рясы и сандалии зашуршали – братья поднимались со своих мест. Послышались первые вопросы, задаваемые шепотом:
– Какие новости?
– У тебя получилось, брат?
– Мы спасены?
– Увы, – ответил я. – Нет.
Я покачал головой и лица помрачнели. Братья столпились в задней части часовни вокруг нас с мистером Шумахером, готовясь услышать худшее. Когда приблизился брат Оливер, я представил ему мистера Шумахера.
– Он хотел бы присоединиться к нам, – сказал я, чувствуя себя, словно мальчик, приведший домой щенка («Он увязался за мной. Можно его оставить?»), и добавил: – Он туристический агент, занимается Странствиями.
– Уже нет, – сказал мистер Шумахер. – Со Странствиями покончено. Я вернулся домой, братья, если вы примете меня. Могу я стать одним из вас? Могу ли?
Все, похоже, были немного ошарашены пылом мистера Шумахера и, возможно, тем, что мы с ним нетвердо стояли на ногах. Сам я уже не чувствовал опьянения, но походка и речь не до конца пришли в норму.
Однако брат Оливер, по-моему, превосходно справился с ситуацией. Он сказал мистеру
– Конечно, вы можете остаться насколько хотите. Через день-другой мы поговорим о вашем будущем.
– Именно так, – сказал мистер Шумахер. Вероятно, это было его любимое выражение.
Неожиданно послышался громкий голос брата Флавиана:
– А что насчет нашего будущего? Мы проиграли?
– Мы сделали все, что могли, – ответил ему брат Оливер, и я заметил, что все избегают смотреть на меня. – Если такова воля Божья – чтобы мы покинули это место, тогда должно…
– Но такова не воля Божья! – настаивал Флавиан. – Это все ДИМП!
– Флавиан, – сказал брат Клеменс, – наступает время, когда бессмысленно бороться с судьбой.
– Никогда!
– Я согласен с Флавианом, – произнес брат Лео. – Нам следовало действовать более решительно с самого начала. Мы могли бы проявить больше воинственности.
Некоторые из братьев откликнулись, одни «за», другие «против» и, казалось, того и гляди разгорится жаркий спор, но брат Оливер громко призвал к порядку:
– В часовне? – Оглядев собравшихся, он подытожил: – Больше мы ничего не можем сделать. Все кончено, и нет смысла спорить друг с другом. Тем более в часовне.
– Именно так, – вставил мистер Шумахер.
На некоторое время повисло молчание. Все выглядели опечаленными или озлобленными, а мистер Шумахер покачивал головой, словно сердясь на себя за то, что не мог как-нибудь нас спасти. Затем я глубоко вздохнул и выпалил:
– Еще раз.
Все повернулись ко мне. Брат Оливер спросил:
– Что «еще раз», брат Бенедикт?
– Еще одна последняя попытка, – ответил я. – Этот день еще не закончился, у нас осталось время до полуночи. Я собираюсь поговорить с Дэном Флэттери.
– Флэттери? – Брат Оливер всплеснул руками. – Что это даст? Мы уже пытались вразумить этого человека.
– Несколько дней назад, – сказал я, – он предлагал мне сделку или что-то вроде. Не знаю, получится ли, но я должен попытаться. Я отправлюсь к нему прямо сейчас.
– Я пойду с тобой, – заявил брат Флавиан.
– Нет, мне…
– И я, – сказал брат Мэллори.
– И я, – сказал брат Лео.
– И я, – сказал брат Сайлас.
– Думаю, пора мне взглянуть на этого демона Флэттери своими глазами, – произнес брат Клеменс.
– Мы все пойдем, – объявил брат Перегрин. – Все до единого.
Брат Оливер оглядел нас в смятении.
– В Странствие? Все сообщество?
– Да! – воскликнули братья Декстер, Иларий и Квилан.
– Но… но как? – Брат Оливер совершенно растерялся от сложности задачи. – Все мы? На поезде?