Хранители Братства

Уэстлейк Дональд

– Гм, сегодня канун Нового года, брат, – сказал я.

– Ах да.

Брат Перегрин, пройдя в переднюю часть автобуса, сказал:

– Звуки аккордеона – одна из тех вещей, что когда-то вынудили меня уйти от мира.

– Ты не знаешь, что это за мелодия? – спросил я его.

– Боюсь, это «Дэнни-бой», [95] – ответил он, прежде чем отойти. – В ритме польки.

Шофер вклинился меж рядов припаркованных автомобилей, продвинулся, насколько смог, и остановил автобус, громко чихнув пневматическими тормозами. Выглянув из-за черной занавески, он оповестил:

95

Популярная

баллада, написанная в 1910 и исполняемая многими знаменитыми музыкантами: Элвисом Пресли, Джонни Кэшем и др.

– Прибыли, мистер Шумахер.

Мистер Шумахер – в скором будущем брат Гидеон – все еще сидел через проход от меня. Развернувшись ко мне, он спросил:

– Итак, что дальше?

– Вряд ли мы сможем вернуться в другой раз, – сказал я, – так что, думаю, остается только отправиться на вечеринку.

***

Так мы и поступили, и некоторое время все шло гладко. Флэттери, должно быть, пригласили всех своих родственников, друзей, соседей, деловых партнеров и тех, кто не попал в поименованные категории, и все они явились. Так что шестнадцать монахов в рясах с капюшонами (и в придачу одного полумонаха в цивильной одежде) поглотила умопомрачительная толпа людей, словно буйвола, увязшего в зыбучих песках, не вызвав никакой волны возбуждения или даже внимания. А я никак не мог найти хозяина дома.

Одной из причин моего затруднения было то, что Дэн Флэттери представлялся мне скорее типом, чем личностью – с первой встречи, когда я увидел его и двух его двойников, сходящих с лодки. Проталкиваясь сквозь толпу, я устремлялся то к одной фигуре с массивным загривком, то к другой, но ни одна из них не принадлежала человеку, которого я искал.

В какой-то момент ко мне пробился брат Мэллори и спросил:

– Ты его видел? Я имею в виду сына, Фрэнка.

– Я даже отца пока не нашел, – ответил я. Затем, заметив стиснутые челюсти и прищуренные глаза брата Мэллори, я добавил: – Брат Мэллори, ты обещал – никаких потасовок.

– Я просто хочу на него посмотреть, – буркнул он и улизнул прочь от меня.

Испытывая беспокойство из-за него, но сосредоточившись на более насущных проблемах, я продолжил свои поиски.

Во время своих метаний по дому, я то и дело улавливал обрывки разговоров, и постепенно пришло осознание, что это общество – айсберг, с верхушкой которого я столкнулся в Пуэрто-Рико. Все те люди, кому старательно перемывали косточки в той тусовке, присутствовали здесь: родители, кузены, одноклассники, бесчестные дяди и бездушные тети, а также старшие сестры-вертихвостки. И, конечно, вся эта компания не упускала случая весело посплетничать о своих отсутствующих близких, что пребывали сейчас на юге.

Все это, конечно, замечательно, но где же Дэн Флэттери? Не в гостиной, где стоял стол с закусками, окруженный коренастыми гостями. Не в одной из комнат в глубине дома, плоть до застекленной веранды, где мы обедали в тот день, когда я впервые встретил Эйлин Флэттери Боун. Не на кухне, полной выпивки и выпивших, не в столовой, полной танцоров, скачущих под музыку аккордеониста –морщинистого старика, игру которого сопровождал аппарат, отбивающий ритм, не в

очереди к туалетам, не в спальнях на втором этаже, где на кроватях были навалены груды пальто, а группки из двух-трех человек пребывали в нешуточном tete-a-tete, [96] и, наконец, не в библиотеке.

96

«Голова к голове» (букв. фр.). Здесь: наедине, в объятиях друг друга.

Стоп! В библиотеке. Я уже собирался покинуть эту комнату и выйти наружу – во дворе, похоже, было немало гостей, чем-то занятых в промозглой тьме – когда заметил хозяина дома. Он стоял, прислонившись к стеллажу с книгами по саморазвитию, и с побагровевшим лицом что-то яростно доказывал двум своим двойникам.

Как же побледнело его лицо, стоило ему увидеть меня, хотя ярость никуда не исчезла. Потрясение, казалось, лишь подчеркнуло патриархальную бульдожью решимость Дэна Флэттери. Не извиняясь перед своими собеседниками, он оставил их, проложил путь сквозь гущу гостей, придвинул свое лицо вплотную к моему и проревел:

– Я думал, ты будешь держаться подальше от нее!

– Я хочу с вами поговорить! – выкрикнул я в ответ.

Какими бы мотивами не руководствовался Дэн Флэттери, повышая голос, в тех условиях всем приходилось кричать, чтобы быть услышанным.

– Ты уже… – начал Флэттери, затем вдруг заморгал, глядя мимо меня, и вскричал: – Это еще кто?

Я обернулся и пояснил:

– Брат Квилан. И брат Лео.

Первый увлеченно беседовал с парой сияющих пышных девиц, а второй с неодобрением рассматривал корешки собрания сочинений Диккенса.

– Ты притащил их с собой? – Он, казалось, не мог поверить собственным глазам.

– Мы хотим обсудить с вами договор аренды, – прокричал я, а затем до моего сознания дошел смысл первой его реплики, и я гаркнул вдвое громче: – ЧТО?

– Я ничего не говорил!

– Что вы сказали?

– Я ничего не говорил!

– До этого! Первое, что вы сказали!

– Я сказал… – Дэн Флэттери замолк и нахмурился, уставившись на меня; очевидно, в его голове только что произошел похожий щелчок. – Вы приехали, чтобы обсудить договор аренды?

– Что вы имели в виду, сказав: «держаться подальше от нее»? Я и так далеко от нее.

– Ты… – Он взглянул на часы (ничего общего с изящными красными циферками на часах Дворфмана, это были чудовищных размеров древние карманные часы с римскими цифрами на циферблате), и заявил: – Пойдем со мной. – Затем он убрал свой хронометр, схватил меня под локоть отнюдь не джентльменским образом, и начал пробивать путь сквозь стену человеческих тел, таща меня за собой, как каноэ на буксире.

Мы пересекли центральный холл и вломились в гостиную, где Флэттери вдруг остановился, вытянул руку (ту, что не сжимала меня мертвой хваткой) и возопил:

– Еще ваши?

Я проследил за направлением, куда указывал его палец, и увидел брата Флавиана, увлеченно дискутирующего с полудюжиной юношей студенческого возраста. Все они, похоже, получали неописуемое удовольствие от этого спора. Чуть дальше братья Клеменс и Декстер с коктейлями в руках вели светскую беседу с несколькими представителями семейства Флэттери.