Ход колдуньи
Шрифт:
Итого, у Змея с солнечным ничья. У Варда победа. У Криса? Ничья с моим братом. Потом моя случайная победа над рыжей и опять ничья с Бернардом. Теперь мы вчетвером против двух солнечных. Они в меньшинстве.
На такой случай тренер, заявив, «все равно благородство взыграет», разрешил продолжать игру в том же количестве, что и противники.
– Второй раунд? – предложил капитану солнечных Змей.
Тот уверенно кивнул.
– Сестричка? – хмыкнул Бернард.
– С удовольствием! Когда еще выпадет возможность побить братца?
– Щиты, от бури прикрыть. –
Нехило его потрепало! Даже подлечивание в тоннеле не помогло.
– Сиди ты, мечта доктора! – Кристоф опередил Варда и начал обходить площадку по периметру. Полупрозрачный щит, сотканный из тьмы, начал закрывать нас от порывов несущего песок ветра.
Вард присел на камень. Я встала напротив брата. Змей занял позицию рядом с солнечным.
Буря накрыла внезапно. Заревела, зашуршала песком. Крис еле успел закончить купол вокруг площадки. Внутри стало темно. Не было видно ничего, кроме несущегося песка. Кажется, я получила ответ на свой вопрос: зрителям и наблюдателям вообще ничего не видно. Нам, впрочем, тоже.
Командир солнечных запустил под купол светящийся шар, и стало намного лучше. Выискивать в темноте противника на ощупь – так себе перспектива.
– Поехали! – шутливо скомандовал Кристоф, выходя, точно рефери, на ринге в центр площадки.
– Ты чего?..
Я не договорила, Вард странно дернул головой. На его кулаках жгутами свились тени. Он вскочил и запустил ими в Бернарда.
Брат отпрянул, но в него тут же полетела солнечная магия. Бернард еле увернулся от удара своего же командира. Змей оказался между Вардом и солнечным, вцепился в их шеи. Вокруг них заколыхалось прозрачное марево, окружило обоих, закрыв в прозрачном коконе.
– Стейн! Берегись! – Оранжевые огоньки сорвались с моих пальцев.
К ним присоединился еще один рой, того же цвета. Мы с братом подняли с площадки весь песок, не давая Кристофу прицелиться.
Я же его проверяла? Он не паж! Или?..
Вспомнился наш с ним веселый дуэт в шахте лифта. Мы не сказали ни слова лжи, но и правду повар и мажордом так и не узнали. Так и Кристоф. Он соврал мне, говоря чистую правду!
Он меня обманул!
Но сейчас это было не важно: Стейн держал парней и их магию. А они рвались в бой. Точно как наш запас и солнечные в городе. Мы искали старательно скрытый второй или третий дар, а все оказалось проще: еще одно проклятие. Проклятие, заставляющее всех вокруг Кристофа испытывать непреодолимое желание немедленно вступить в бой. Не важно с кем. Как и Бернард, он научился этим пользоваться. Вначале арена и подпольные игры, теперь мы. Те, кто не должен попасть в ряды победителей.
Он явно решил скрыть под бурей нашу гибель и выдать ее за внезапные последствия переутомления. Благо Юрг со своими «затмениями» имелся. А тут общее затмение. Его проклятие надежно скрыто, даже гадать не надо, кто из придворных ему в этом помог. Вариант один: проклятийник, который оба раза нас проверял.
Однако Крис просчитался. Брак связал меня со Змеем, и я не рвусь в бой. А со мной связан брат. Проклятие одно на двоих. И он тоже никуда не
Но что могут сделать два бытовых мага против одного боевого темного?
Многое. Особенно если они прокляты!
Я подбежала к брату.
– Перестать бояться, чтобы все сказали правду?
– Да, – кивнул он. С его пальцев сорвались огоньки, нырнули между камнями.
Хорошо.
Направив магию следом за чарами брата, я почувствовала, как начинает расползаться плетение, долгие годы не дававшее пустыне поглотить площадку.
Я больше не буду ничего скрывать. Правда, и только она. Да, иногда это больно, но иногда без нее, как без лекарства, не обойтись!
Стиснув руку брата, я мысленно досчитала до трех.
На счет «три» сражающийся с песчаным туманом Кристоф провалился по пояс в камни. Мы подбежали к краю образовавшегося в площадке провала.
– Говори! – выдохнули одновременно.
– Только правду!
– Лги!
Как заставить искусного лжеца говорить правду? Лжеца, который верит в свою ложь? Вынудить лгать и говорить правду одновременно. Только так и родится истина.
А когда на тебя в полную силу давит проклятие, тебе не до войны. Руки сами опускаются, тени утекают с пальцев.
Кристоф замер, тьма исчезла с его ладоней. В его глазах горела ненависть, но он не мог молчать.
– Она всегда мне нравилась. Шустрая, бойкая. Ни на какие комплименты не велась. Другую лапочкой назвал, и она готова тебе ключи от спальни на тарелке принести, – непривычно пренебрежительным тоном начал он. – Эта другая. Принципиальная. С ее-то отцом!
Принцесса не замечала Кристофа. А он, между прочим, из очень родовитой семьи. Когда-то давно император проговорился его отцу, что их род входит в список аристократических семей, из которых Стефи будет выбирать мужа.
Кристоф решил завоевать ее. Паж был его весьма удачным изобретением. И таинственный, и романтичный, и личность неизвестна – сплошная мечта девичьих грез. А воплощать ее в жизнь помогали должники его отца и те из дворян, кто был замечен на подпольных магических боях.
Но грезы принцессы так и остались ему недоступны.
О скандале, когда император пообещал выдать дочь за победителя Игр, Крис узнал от офицера из личной охраны правителя. Тот тайно участвовал в подпольных боях. Собственно, тогда он и решил стать единственным победителем. Обучение в одном из самых престижных вузов с отличной командой только утвердило его в этом.
Кристоф начал устраивать случайности на отборочном этапе. Свою команду тоже не обошел, чтобы не было подозрений. Затем решил обеспечить себе первый состав без варианта снова оказаться во втором, избавив нас от запасных игроков. Но вмешались мы со Змеем.
Крис знал о природе способностей Стейна. А вот наша внезапная дружба показалась ему подозрительной.
– Они вас поженили! – Кристоф расхохотался, даже не пытаясь выбраться из ямы.
Змей осторожно отпустил шеи Варда и солнечного. Крис больше не направлял на них проклятие, и парни смогли справиться с тягой бить морды и лупить магией по всему, что движется.