Хо
Шрифт:
— Не-ет, это безумие. Даже альпинисты пользуются страховкой…
— Некогда страховку искать! Лезь давай, ты сможешь, я уверена! Главное, вниз не смотри, — подначивала её Лиша.
Мощный удар сотряс входную дверь. Затем последовал ещё один. Толчки были такими ощутимыми, что от этих сотрясений в запылённом серванте задребезжала хрустальная посуда.
— Это всё мне только кажется. Это иллюзия. Ничего со мной не случится. Я не упаду. А если и упаду, то проснусь в своей кровати, ведь так?
Ящерка промолчала.
— Но я точно не хочу видеть тех, кто сюда
— А-а-амо! А-а-амо!
— Нет уж, уроды, живой я вам не достанусь! — переборов очередной приступ панического страха перед высотой, Ольга начала осматривать стену.
Расстояние до лестницы действительно было ничтожно маленьким. Осталось только решиться протянуть к ней руку и ухватиться. Пока она раздумывала, в прихожей послышался грохот выбитой двери.
— Решайся же ты наконец! — выкрикнула Лиша.
Рывок! И вот её пальцы вцепились в металлический каркас лестницы. Высота разверзла перед ней свою кровожадную пасть. Оля зажмурилась, и крепче ухватилась за перемычку. Вжавшись в стену, ощущая каждый её кирпичик, она стала выползать из окна. Нога провалилась в пустоту, задёргалась на весу, точно в судороге, и, нащупав опору, твёрдо встала на ступеньку.
А в комнату уже кто-то вовсю лез, опрокидывая мебель и завывая. Омерзительные существа, толкая друг друга и спотыкаясь, устремились к окну. Рука Ольги соскользнула с откоса, и девушка исчезла за окном. Лишь металлическое звяканье указывало на то, что она успешно перебралась на лестницу.
— У-у-а-а-а-ы-ы, — провыл неприкаянный, достигший окна первым. — Амо!
Его руки начали слепо ощупывать подоконник и откосы. Сзади подоспело ещё несколько монстров. Увлекшись погоней, они с разгона налетели на своего собрата, который, высунувшись из окна до пояса, уже пытался одной рукой дотянуться до лестницы, и вытолкнули его наружу. Последний вопль «А-а-а-а-мо!» оборвался внизу, сменившись гулким шлепком упавшего тела. Остальные неприкаянные, царапая и обнюхивая подоконник с рамами, всё же выбираться за пределы окна не рисковали.
— Спускайся вниз. Через три этажа будет нужное окно, — продолжала вести Ольгу Лиша.
— Поняла, поняла.
На следующем этаже стекло вдруг со звоном разбилось, и из окна высунулся неприкаянный, который попытался ухватить её рукой, завывая своё неизменное «А-а-амо-о!»
Ему почти удалось ухватить её за ногу, но рука соскользнула. Бросив на него короткий взгляд, и увидев его личину вблизи, Ольга ужаснулась. Череп неприкаянного был абсолютно лысым, покрытым зеленоватыми пятнами и прыщами. Отталкивающего вида лицо с провалившимся носом, кривым щербатым ртом, и большими глубокими глазницами, не вызывало ничего кроме отвращения. Не было понятно, скрывались ли глаза внутри этих жутких глазниц, или же неприкаянные обходились без зрения, полагаясь на какие-то иные чувства. Но ориентировались
Увлекшись безуспешными попытками дотянуться до Ольги, монстр едва не выпал из окна, но сумел удержаться, вцепившись пальцами в кирпичи. Елозя руками по стене, он начал неторопливо втягиваться обратно в квартиру, пока не скрылся в ней целиком.
Ольга, к тому времени, успела добраться до указанного Лишей этажа. Окно там было закрыто.
— Что делать дальше?
— С противоположной стороны от тебя, в стене торчит антенна. Выдерни её.
Антенна-самоделка держалась на стене непрочно, и Ольге удалось оторвать её от шеста с третьего рывка.
— Готово!
— Прекрасно. Теперь разбивай стекло.
Осторожно перецепляя руки, и стараясь при этом не уронить антенну, Вершинина ухватила её поудобнее, и, подтянувшись к окну, с размаху ударила по нему своим новым оружием. Послышался звон. Большой кусок стекла, вывалившись из рамы, полетел вниз.
— Бей ещё! Ты должна повыбивать из рамы все осколки, чтобы потом не порезаться.
Стиснув зубы, Оля продолжила наносить удары по окну, выбивая из него остатки стёкол. Сначала она разнесла вдребезги остекление внешней рамы, а затем переключилась на внутреннюю. Осколки сыпались вниз, дождём покрывая группу толкущихся под лестницей неприкаянных, которые таращились на Ольгу снизу, и, завывая, тянули руки вверх, словно пытаясь дотянуться до лестницы.
Наконец, со стеклом было покончено. Посбивав оставшиеся зубцы, всё ещё торчавшие из рамы, она стряхнула мелкие осколки с оконного карниза, и обратилась к Лише.
— Кажется, всё.
— Сойдёт. Теперь выкинь антенну, и лезь в окно. Прежде чем хвататься за раму, прощупай её хорошенько — не торчат ли там стеклянки. И старайся опираться на подошвы, а не на колени. Между рамами осталось полно битого стекла.
— Постараюсь, — швырнув антенну в самую гущу неприкаянных, Ольга начала пробираться к окну.
Без порезов обойтись ей, всё же, не удалось. Ухватившись за раму, она тут же почувствовала резкую боль в пальцах, но отступать было уже поздно. Не обращая внимания на болевые ощущения, она забросила руку глубже, ухватившись понадёжнее, после чего поставила ногу на карниз, и отцепилась от лестницы.
Шок буквально втолкнул её в окно. Совершенно игнорируя полосующие её тело осколки, она в каким-то зверином стремлении спастись во что бы то ни стало, проползла через рамы, сбила на пол горшки с засохшими цветами, и, оставив на подоконнике кровавые следы, ввалилась в комнату.
— Вот видишь. Можешь же, когда захочешь.
— Прекрати издеваться. Мне не верится, что у меня получилось. Я два раза чуть не сорвалась!
— Больше лазать по стенам не потребуется… Скорее всего. Отдохни минутку. И отправимся дальше.
— А как же эти? Пока я тут рассиживаюсь, они настигнут меня!
— Сюда они не сунутся. Здесь грибник.
— Кто?
— Скоро узнаешь. Отдышись минутку. Нам ещё предстоит с тобой побегать, так что экономь силы.