Хо
Шрифт:
Ольга нащупала в темноте край ванны, и присела на него, прислушиваясь к чуждым звукам, раздающимся за дверью. Отчётливее всех слышалось грузное шлёпанье мокрых ног по полу, сопровождавшееся присвистывающим дыханьем.
— Плохи дела. Ходок тебя настиг. Тс-с-с! Только не вздумай сейчас меня спрашивать «кто такой ходок». Малейший звук — и он тебя услышит.
Невидимое существо за дверью начало греметь какими-то вещами, шлёпая лапами и ворча. Ольга сразу поняла, кого оно ищет. Вцепившись в край ванны, она боялась даже дышать.
— Не бойся, — нежно произнесла ящерка. — Кутерьма,
Вдалеке послышались клокочущие громовые раскаты. Заслышав их, тварь за дверью фыркнула, и затихла на какое-то время. Затем, монстр издал звук, напоминающий кашель, и прорычал: «Глакхо, зуракха, глетхак, фалклахто! Фалклах-клах-клах-кла-ахто-о!» Судя по быстро удаляющимся шлепкам его шагов, он немедля поспешил ретироваться. Когда шаги стихли, Ольга решилась издать вздох облегчения.
— Слава богу, ушёл… — прошептала она, низко опустив голову, и ощущая, как горячий пот, срываясь со лба, падает ей на колени.
— Рот на замок!!! — пискнула Лиша.
— А? — вздрогнула девушка.
За дверью послышались быстро приближающиеся шаги ходока. С разбега, чудище ударилось в дверь ванной комнаты. От неожиданности, Ольга едва не опрокинулась в ванну, на которой сидела. В течение пары безумно длинных минут, ходок пинал дверь, и царапал её когтями, рыча и хрипя от ярости. Потом притих, и начал принюхиваться.
— Заруби себе на носу, — сердито произнесла ящерица. — Дышать, говорить, шевелиться — будешь только когда я тебе разрешу. Сейчас тебе, можно сказать, повезло. Ходок обладает первоклассным слухом, но вот со зрением и обонянием у него беда. Поэтому, он чувствует, что ты прячешься где-то рядом, но не знает где именно. Если прекратил колошматить дверь, значит сомневается в твоём местонахождении. Постарайся оправдать его сомнения. Пока я не скажу тебе — ничем не выдавай себя. Скоро он уйдёт. Я это знаю. Эндлкрон на подходе. С этой Сциллой большинство местных тварей предпочитает не связываться. Наш ходок боится эндлкрона. Ты заметила, он тут один. Все остальные, должно быть, уже попрятались в подвале. А этот самый смелый. Видимо нестерпимый голод перебивает у него инстинкт самосохранения. Ну, да ничего. Он отступит. Ты, главное, не шевелись, и не шуми.
Ольга коротко кивнула, и, вжав голову в плечи, насторожилась, не спуская глаз с узкого просвета дверной щели. Покопавшись в куче разбросанных вещей, ходок пробубнил что-то нечленораздельное, и начал постепенно удаляться всё дальше от двери. И тут девушка почувствовала лёгкое тёплое дуновение, обдавшее её шею.
— Ты похожа на меня. Кто ты? — прошептал мягкий вкрадчивый голос.
Сначала Оля решила, что с ней говорит Лиша, но уж больно незнакомым был этот голос, да и раздавался он явно не в наушнике. Вздрогнув, Ольга повернула голову, но не увидела ничего кроме темноты.
— Как тебя зовут?
Сухие тонкие пальцы слегка коснулись её щёк, и начали спускаться ниже — к скулам. Запахло ладаном и душицей. Дико закричав, Вершинина отпрыгнула от ванны, и ошалело бросилась к двери. Дёрнув защёлку, она распахнула дверь, и побежала прочь, куда глаза глядят, обезумев от ужаса. Её сердце
Чёрный силуэт непонятного, коренастого, косматого созданья, бросился было за ней, но догнать не успел. На улице послышался рёв такой оглушительной мощи, что от резонанса всё вокруг затряслось и завибрировало. А в смежной комнате со звоном вылетело окно, и из него что-то с шуршанием вползло в помещение. Преследовавший Ольгу ходок истошно заорал, когда толстое щупальце, вырвавшись из дверного проёма, обвило его поперёк туловища так, что захрустели кости, и тут же поволокло назад — через комнату, через окно, на улицу.
Сбежав по ступенькам вниз, Ольга забилась в какой-то тёмный уголок под лестницей, и, съёжившись на корточках, принялась затравленно озираться по сторонам, грызя собственные пальцы. Поступательно, словно из какого-то небытия, до её сознания начал доходить голос ящерки.
— Что ты творишь?! Что ты делаешь?! Ты слышишь меня?! Ты меня слышишь?!
— Да, да, слышу, — затрясла головой Ольга. — Что это было, Лиша?! Кто был со мной там — в темноте?!
— Какой бес в тебя вселился? Почему ты вдруг сорвалась, как ошалелая, и понеслась очертя голову? Объясни мне! Если бы не эндлкрон, ходок бы тебя уже порешил. Но каракатица могла сожрать и тебя вместе с ним. У неё много щупалец. Я же тебе понятным языком сказала, без моей команды — ни шагу.
— Да ты не понимаешь! Там, в ванной, кто-то был. Кто-то ощупывал меня! Почему ты меня не предупредила, что там кто-то прячется?!
— Никого там не было. С чего ты взяла, что кто-то там прятался?
— Потому что там действительно кто-то находился! Я уверена в этом! Сначала я услышала голос, и подумала, что это ты со мной говоришь, но потом. Оно ко мне прикоснулось. Вот сюда, к щекам. Ты ведь знаешь, что это было на самом деле!
— Ты устала. От сильных психических перегрузок и не такое померещится. Удивляться нечему. Я понимаю, как тяжело сохранить выдержку, когда тебя за дверью ходок караулит…
— Хочешь убедить меня, что всё это мне причудилось?!
— А разве нет? Почему тогда я никого там не обнаружила?
— Не знаю!
— Послушай, практически все существа, обитающие в этом жестоком городе — исключительно враждебны. Агрессия здесь — это единственный путь к выживанию. Если бы там, в ванной, действительно кто-то прятался, мы бы с тобой сейчас уже не разговаривали. Тебе наверное показалось. А теперь, приди в себя, и постарайся более не устраивать самодеятельность.
— Сколько мне ещё бегать, Лиша? Сколько ещё прятаться? Где этот выход, до которого я никак не могу добраться? Существует ли он вообще?
— Перед тобой дверь чёрного хода. За ней — улица. На той стороне улицы расположено облезлое трёхэтажное здание. Тебе нужно войти в него. Это и есть портал — конец твоего пребывания в городе-призраке, и начало странствия по витиеватой сумеречной дороге, сквозь преисподнюю — в Преториум Даркена Хо.
— Так в чём же дело? — Ольга выбралась из-под лестницы, и крадучись подошла к двери. — Нужно идти.