Хасидские предания

Бубер Мартин

признан, он был столь беден, что у его жены не было даже обуви

и она ходила в башмаках, которые сама же и делала. В то время

маггид часто постился от субботы до субботы и по целой неделе

не выходил из Дома Учения (Бет-мидраша). Каждое утро жена

продавала молоко от единственной коровы, которая у них была,

и на вырученные деньги кормила себя и детей. Но однажды

в пятницу утром корова, не дав молока, легла и больше не

двигалась. После того как все усилия оживить ее оказались

напрасны,

опечаленная женщина позвала одного крестьянина,

чтобы тот снял с коровы шкуру. Но еще до того, как крестьянин

приступил к работе, домой пришел равви Михал. Увидев лежа-

щую во дворе корову, он слегка ударил по ней палкой и сказал:

"Эй, вставай! Ты должна нас кормить". И корова сразу же

поднялась.

ПОСЛАНЕЦ БААЛ ШЕМА

До того, как его признали, жил равви Иехиэль Михал в городе

Ямполе, недалеко от Мезбижа, города Баал Шем Това. В то

время был среди хасидим Баал Шема один торговец скотом,

который приходил к учителю перед каждой поездкой, чтобы

провести с ним субботу. Однажды, когда они уже расставались

после такой встречи, Баал Шем сказал ему: "Когда будешь

в Ямполе, передай от меня привет равви Михалу".

Но когда торговец скотом приехал в Ямполь, он напрасно

спрашивал о равви с таким именем. Наконец он пошел в Дом

Учения (Бет-мидраш) и стал расспрашивать там. "Нет, - от-

ветили ему, - мы никогда не слышали о таком равви". Наконец

кто-то сказал: "Есть здесь у нас один Михал, но никто никогда не

называл его "равви". Разве что дети зовут его "чокнутым",

а кроме детей, никто с ним и дела не имеет. Ибо как можно

общаться с человеком, который, когда молится, бьется головой

о стену так, что кровь идет!"

"Я хотел бы с ним поговорить", - сказал торговец скотом.

"Это нелегко, - ответили ему.
– Когда он сидит дома над

книгами, то не позволяет никому себя беспокоить. Но если ты

подойдешь к нему и шепнешь на ухо: "Хочу есть", он тотчас

вскочит на ноги, побежит и принесет гостю еды, и тогда с ним

можно будет поговорить".

Торговец попросил показать ему, где живет этот "чокнутый".

Оказалось, что он жил в ветхом домишке, а у дверей копошилась

куча детей, одетых в лохмотья. Равви Михал сидел за столом,

перед ним лежала раскрытая Каббала. Когда вошел гость, он

даже не поднял глаз. Торговец приблизился к нему и шепнул на

ухо: "Хочу есть". Равви тотчас встал, посмотрел

вокруг, стал

рыться в шкафах и на полках, но везде было пусто. Тогда он взял

книгу, выбежал с ней из дома, заложил ее и на вырученные деньги

купил хлеба и селедку. Поев, гость сказал: "Баал Шем Тов велел

передать тебе привет". В ответ равви Михал молча поклонился.

Затем торговец скотом спросил: "Равви Михал, я вижу, что

ты святой человек, а раз так, то стоит тебе лишь помолиться

о богатстве, и оно у тебя будет. Зачем же ты живешь в такой

нужде?"

Равви ответил: "Некий царь выдавал замуж любимую дочь

и пригласил на свадьбу всех жителей города, где был его дворец.

На разосланных горожанам приглашениях был перечень всех

блюд, которые собирались подавать за свадебным столом. Но

неожиданно царская дочь заболела. Ни один доктор не смог ей

помочь, и вскоре она умерла. Люди, уже собравшиеся на свадьбу,

молча разошлись. Всех их охватила печаль по умершей царевне,

такой прекрасной и доброй. Но один гость остался. Он указал на

приглашение и потребовал подать все блюда по списку. Ему их

дали. Сидел он, ел и бесстыдно чавкал. Неужто теперь, когда

Божественное Присутствие (Шохина), то есть Община Израиля,

в изгнании, я поведу себя подобно ему?"

ОТКАЗ

Люди одного города просили Баал Шем Това уговорить

своего ученика Иехиэля Михала принять должность равви, кото-

рую они ему предлагали. Баал Шем Тов пытался уговорить его,

но Михал настаивал на отказе. "Если ты меня не будешь слу-

шать, - сказал наставник, - то утратишь и этот мир, и мир

грядущий".

"Даже если я утрачу оба мира, - отвечал ученик, - я не

приму того, что мне не подобает".

"Тогда, сын мой, прими мое благословение, - произнес Баал

Шем.
– Ты выдержал испытание".

ОТКРЫВШАЯСЯ ТАЙНА

Равви Хаййим, знаменитый глава Талмудической академии

в Броди, слышал о том сильном воздействии, какое оказывают

на слушателей увещания молодого равви Михала. Поскольку

в Броди постоянно возрастало число злокозненных людей, равви

Хаййим попросил Михала произнести в ближайшую субботу

проповедь в Доме Молитвы, повелев при этом, чтобы собрались

все члены общины. Взойдя в субботу на место проповедника,

равви Михал склонил низко голову и положил ее на кафедру.