Гувернёр

Lexie Greenstwater

– А ничего, что этот старый пидорас напоил меня, разбил голову канделябром, привязал к кровати, заткнул рот и не факт, что не отымел? – возмутился Альбус, лежа на коленях у мистера Малфоя и прижимая к голове мокрое кухонное полотенце.

– Услышав шум наверху, Драко Малфой направился в библиотеку, увидел, как его сын истязает бедного старика и… начал бить лорда Селвина лицом о каминную полку, – пропустив высказывания «младшего Малфоя», продолжил Гарри. – Нет, все мы знаем, что мистер Малфой любит бить людей

головой о каминные полки, но это его несколько не оправдывает…

– Поттер, он приставал к моему сыну! – прорычал Драко.

– Я тебя умоляю, не разводи трагедию, думаешь, это первый мужик, который лапает твоего сыночка?

Драко дернулся, явно собираясь дотянуться до главного мракоборца через решетку, и едва не столкнул Альбуса на пол.

– А Астория Гринграсс, до этого момента казавшаяся мне самым нормальным членом вашей семьи, вместо того, чтоб утихомирить мужа, подожгла лорду Селвину дом, – закончил Гарри и перевел насмешливый взгляд на красавицу-ведьму. – Ну а вы-то куда полезли, мисс Гринграсс?

– Смотри, чтоб ты никуда не полез, когда об этом узнает дедушка Скорпиуса, – фыркнула Астория, скрестив руки на груди.

– Извините, пожалуйста, – не выдержал Альбус. – А в вашем отделе слышали о первой медицинской помощи, или тот факт, что я сейчас помру, никого не тревожит?

– Ты хоть молчи, мы знаем, что ты неубиваемый, – одернул его Гарри.

– Да какого хрена! – воскликнул Ал, настолько возмутившись насмешливо-пофигистичным поведением, что вел себя в точности как Скорпиус: вскочил на ноги, несмотря на тупую боль в области затылка и только хотел выговорить весь свой запас матерной лексики, как Драко дернул его за руку и усадил обратно на лавку.

Гарри Поттер снова что-то черкнул на листе пергамента.

– Еще раз спрошу, почему нас задержали за самозащиту? – произнесла Астория, сверля брезгливым взглядом решетки.

– Вам ответить еще раз?

– Недостаточно оснований.

– Кстати про основания, – улыбнулся Гарри и подошел к огромному шкафу.

Покопавшись в едва ли не выпадающих из него бумагах, он выудил оттуда толстую папку, перевязанную прочными шнурками, и, вывалив ее на стул, встал рядом.

– Все приводы Скорпиуса Малфоя в эту самую камеру отдела мракоборцев…

– Что-то маловато, – усмехнулся Драко.

– Это только за май и июнь, – сухо сказал Гарри и продолжил. – … к которым добавляется сегодняшние открытия – нападение на лорда Селвина и распространение магловских наркотиков.

Альбус, услышав последнее заявление, выронил полотенце.

– ЧТО? – опешил он.

– Вот так вот, мистер Малфой, – пожал плечами Гарри. – Ваш отпрыск, пользуясь доверием своего лучшего друга, поставил того торговать наркотиками, которые выдал за ингредиенты для зелий.

– Какой даун это выдумал? – прошептал Альбус, хотя и знал,

какой.

Чувствуя уничтожающие взгляды «родителей», Ал, понимая, какая веселая жизнь начнется у настоящего Скорпиуса, через несколько часов, когда чары Фламеля рассеются, запаниковал.

– Ну, вы пока поорите на него, а я за печатями схожу, – с удовольствием сказал Гарри и, зашагал к выходу.

– Стоять! – рявкнул Альбус, вслед настоящему отцу.

– Что, еще в чем признаться решил? – протянул Драко. – Вот подожди, уродец, нас выпустят, и я…

– И что ты? Головой об каминную полку его приложишь? – произнесла Астория.

– Недо-матерям слова не давали.

– Я не ваш сын! – крикнул Альбус.

«О, какие страсти!» – пронеслось в голове у Гарри Поттера, который даже замер на полпути к выходу.

Драко и Астория переглянулись.

– Ты что, правда поверил, когда я сказал, что ты приемный? – фыркнул Драко.

– Зачем ты ему вообще такое говорил? – возмутилась Астория.

– Окститесь, ваш сын продает наркотики, а вы беспокоитесь за его тонкую душевную организацию, – насмешливо напомнил Гарри.

Альбус снова предпринял попытку вскочить на ноги, но мистер Малфой опять его осадил.

– А вот сейчас совсем без шуток, – не сдавался Ал. – Я Альбус Северус Поттер нахожусь в бренной тушке вашего сынка посредством непонятного эксперимента, устроенного портретом сбрендившего алхимика.

– И не старайся, я слишком хорошо знаю твой талант заговаривать зубы, – протянул Драко. – Если тебя посадят за наркоту, я даже не почешусь, чтоб вытащить тебя.

– Малфой, да ты начал здраво мыслить!

– Не беси меня, Поттер!

– Говорю лишь истину о твоем сыне.

– Я НЕ ЕГО СЫН! – взвыл Альбус. – Ну посмотрите на меня! Ну неужели Скорпиус может быть настолько адекватным?

– Ты напился в дрова, проснулся в постели похотливого старика, а сейчас лепечешь какой-то несусветный бред. Где здесь адекватность? Вполне в стиле Скорпиуса.

– Поттер, я сейчас встану, и ты ляжешь, – пророкотал Малфой-старший. – А ты что делаешь?

Но Ал, вытащив из кармана брюк мобильный телефон Скорпиуса, искренне понадеялся, что в отделе мракоборцев магловская техника работает.

– Не получится, – покачал головой Гарри Поттер. – А ну дай сюда телефон!

Но Ал уже набрал собственный номер и, включив громкую связь, жестом призвал всех заткнуться.

– Ал, что это, мать твою было?! – Голос из телефона хоть и не принадлежал Скорпиусу, но по истеричным ноткам легко можно было провести параллель. – Какого хрена ты не сказал мне про полицию?! Ал, меня чуть не посадили! А мне нельзя в тюрьму, я слишком красивый!

Глаза Драко округлились, как галеоны. Конечно, он узнал сына, несмотря на то, что голос принадлежал не ему.