Грешные клятвы

Райт Кения

Но после маминой смерти возвращаться сюда стало почти невозможно.

В этом поместье все было пропитано ею, ее духом, ее прикосновением, ее присутствием. Даже сейчас каждый цветок будто шептал ее имя, и этот шепот царапал изнутри, вызывая сладкую боль прямо в глубине души.

Мамочка… Я так по тебе скучаю. Я рад, что ты знала маму Мони.

Я избегал это место, но сегодня все по-другому. Мысль о том, что Мони и ее сестры будут жить здесь, наполняла меня новым смыслом.

Когда

они будут рядом, я буду часто бывать здесь.

Вздохнув, я повернулся к дому.

Мони уже была на полпути вверх по парадной лестнице. Ее каблуки отстукивали ритм по ступеням.

Я смотрел, как она скользит пальцами по отполированному перилу, и все, чего я хотел в этот момент, это чтобы под ее пальцами оказался мой член.

Ммм.

Ее бедра двигались в соблазнительном танце.

Я даже видел, как изгибалась ее спина с каждым шагом, талия плавно поворачивалась в одну сторону, а потом еще чувственнее в другую.

Она была как живая поэзия.

Вся моя.

Пульс участился.

Желание гнало по венам, а в груди нарастал звериный голод.

По бокам я сжал кулаки, из последних сил сдерживая себя, я хотел коснуться ее, попробовать ее на вкус прямо здесь, на этих ступеньках.

Блядь. Только глянь на эту шикарную задницу.

Внезапно в голову закралась мысль, а нормально ли трахнуть ее в доме, где прошло мое детство?

Если я нагну ее прямо на мамином любимом обеденном столе, будет ли мама там, на небесах, качать головой и прикрывать глаза с отвращением?

А мне уже было плевать, в голове бурлили грязные, пошлые, чертовски возбуждающие фантазии.

Этот самый дом, где я учился завязывать шнурки, проводил бесконечные вечера с игрушечными солдатиками, где выпал мой первый зуб…

Теперь он станет декорацией для чего-то первобытного. Животного. Грязного до дрожи.

Да. Этот костюм с нее скоро слетит.

Из машины вышел Чен и встал рядом со мной.

За ним – Дак и Ху.

Но я даже не глянул в их сторону.

Все мое внимание было на ней. Только на ней.

Да. Я трахну тебя здесь. До того, как мы вернемся во дворец.

Как будто услышав мои мысли, Мони остановилась на лестнице и обернулась.

Она точно видела, как пылает в моих глазах желание. Ее губы чуть приоткрылись, будто хотела что-то сказать, но слова застряли где-то в горле.

Вот так. Именно так.

Улыбнувшись, она продолжила подниматься, а я снова захлебнулся этой жаждой – жаждой ее.

Да. Я точно трахну тебя здесь.

Всю жизнь меня учили, что контроль –

это сила. Что, если ты умеешь управлять своими желаниями, ты управляешь и своей жизнью.

Но с Мони… Весь мой самоконтроль разваливался к черту.

Я сдавался.

Он рассыпался в прах.

С ней… у меня не было ни капли контроля. И я понятия не имел, как держать себя в руках.

Когда она поднялась по лестнице, то открыла дверь и скрылась в доме.

Тем временем начали подтягиваться мои люди, они окружили дом, оружие наготове.

Чен заговорил:

– И что ты думаешь по поводу того, что тетя Цзин и мама Мони были подругами? Или того, что дядя Лео теперь якобы заключил с Мони какой-то дружеский пакт и дергает за ниточки, управляя ее поступками?

Я повернулся к нему:

– Возвращайся во дворец.

Глаза Чена распахнулись:

– Что?

– Я хочу остаться с Мони наедине. Только мы двое.

– Но...

– После всего, что сегодня произошло, нам нужно это.

В разговор включился Ху:

– Нам вообще-то надо закончить тренировку. Битва еще впереди.

– Моей схватки с людьми отца на сегодня более чем достаточно. Это была тренировка на весь день.

Ху задумался, потом кивнул:

– Ты прав. Совсем про это забыл.

Дак ухмыльнулся:

– Значит, мне тоже возвращаться во дворец?

– В этом и заключается суть – побыть с Мони наедине.

– Ммм, – хмыкнул Дак, наверняка прекрасно понимая, что у меня на уме.

Но Чен, как обычно, не уловил подтекст:

– Я все же считаю, что вам обоим стоит получить брифинг от пресс-службы дворца. Уверен, они уже проанализировали реакцию на пресс-конференцию и…

– Отдохни, кузен.

Чен приоткрыл рот, готовясь возразить, но одного взгляда на мое лицо хватило, чтобы он передумал. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы понять, что спорить бесполезно.

И тут вдруг распахнулась дверь «Цветка лотоса», и на крыльцо снова вышла Мони.

И к моему удивлению… За ней появились три потрясающе красивые темнокожие женщины.

О.

Я раньше их не встречал, но в каждой из них чувствовалась та же уверенная грация, что и в самой Мони.

Где тетя Сьюзи и тетя Мин откопали таких женщин?

Я перевел взгляд на своих парней, интересно было увидеть их реакцию.

Дак подался вперед, поднял брови, и его ухмылка расползлась еще шире.

Его дурашливость мгновенно улетучилась, как только он уставился на одну из женщин, стройную, высокую, в темно-синем.

Интересненько.

Мони и ее фрейлины направлялись к нам.

Тем временем даже Ху, обычно такой сдержанный, не мог оторвать взгляда от другой девушки, той, что была в нежно-голубом. Его губы чуть приоткрылись, а в глазах появилось какое-то неожиданное тепло.