Грешные дела
Шрифт:
Аврора покачала головой. Дышать было слишком трудно.
– Иногдакороли должны принимать жестокие решения, - сказала она. –Иногдасолдаты и преступникиумирают.Но это не даёт тебе права лишать его жизни.
– Тыпонятия не имеешь, какойон.
– Я знаю, что он неприятен. Знаю, что жесток.Но…
– Он стал королём после убийства. Ты знаешь? Он убедил стражника застрелить старого короля через окно из арбалета, а после он сжег стража на ступенях замка для совершения преступления, - его голос был стойким.
Аврора заставила себя посмотреть ему в глаза. В горле застрял странный ком.
– А потом я проснулась, - сказала она, - и людисчитают,что онправ.
– Да, -кивнулТристан. – Поэтому мы нуждаемся в твоей поддержке. Если ты восстанешь против него, к нам присоединится больше людей. Итогдаон не сможет насостановить.
Тошнота сдавила её горло.
– Я немогу.Он сделал столько всего ужасного, но я немогу…Не могу помочь тебе убитьего.
– Это не убийство, - Тристан стиснул зубы. Каждыймускулего тела был напряжён.Егоправедныйгневбылнастолькоясен,чтоонпрактическипылал.
– Он что-то сделал тебе, - промолвила Аврора. –Да?
– Что этозначит?
– Это имеет значение, - сказала Аврора. – Я права, да? – он говорил, что его родители умерли. Слишком страшно подозревать такое. Но если то, что она заподозрила, былоправдой…
– Сомневаюсь, что есть кто-то, кто не пострадал лично. Но – да.Да. Аврора прикоснулась к егозапястью.
– Чтослучилось?
– Онубилмоихродителей,-голосТристаназвучал,словнохриплыйшёпот.–Пять лет назад. Была тяжёлая зима, ничего не выросло. Ничего, кроме того, что садил мой папа.Людивдеревнеобвинилиеговиспользованиимагииирастерзалиегоначасти. В прямом смысле растерзали на части, чтобы получить его магию! Икогдамоя мама пошла в столицу со мной просить спасения, знаешь, что сделал король? Он обвинил её в том, что она с ним заодно! А потом по доброте своего сердца он сделал меня слугой в замке, чтобы я не мог натворить неприятности, - он убрал запястье. – И говоришь, что он нормальный правитель?Говоришь,что я не должен хотеть его смерти.
– Нет,- мягко промолвила она. – Я тоже желала бы ему смерти, если бы он сделал это со мной, но… - в этой комнате всё было слишком близко, - убийству нет оправданий.
– Это было быначалом.
Она смотрела на лампу на подоконнике. Свет отражался в её глазах.
– Что тытогдасделаешь? – спросила она. –Усадишьна трон Родрика?Меня?
– Мы не можем, - покачал головой он. – Если мы это совершим, всё
– Итак, ты хочешь, чтобы япомоглатебе уничтожитьсебя!
– Не так. Ты бы больше не была принцессой, ты станешь важнее! Больше, чемглупыйсимвол. У тебябудетсвоё место! У тебябудетжизнь!
– Я нехочу,чтобы ты давал мне жизнь. Я сама могу создать её, своюсобственную!
– она закрылаглаза,пытаясь утихомирить растущий в её душе гнев. Она должна оставаться совершенно спокойной. – А чтобудет,если всё получится? – спросилаона.
– Ктотогдазаймёттрон?
– Сначала мы должны убить его, - воскликнул он. – Атогдамы продумаем всё остальное…
Её глаза распахнулись. Неверие испепеляло её.
– Что? У вас нет плана? А чтобудет,если на трон взойдет кто-то похужекороля?
– Любой лучше, чемон.
– Тыне можешь быть уверен.Тыдолжен бытьглупым,чтобы верить,будтонет никого хуже.Всегдаесть кто-то хуже! – она отступила назад, двигаясь в сторону двери, пытаясь увеличить расстояние между ними. – Я не могу помочь тебе, Тристан. Я не могу быть частьюэтого.
Он сжал руки в кулаки.
– Тактыбудешьэгоисткой? Защищаешь своё безбедное существование вместо того, чтобы помочьнам?!
– Это не то, что я делаю. Но ты не сказал ни слова о людях. Я думала, ты хочешь, чтобы им было намноголучше.
– Без короля всёбудетлучше!Тыдолжна понять причину проблем! Иначе всё это вообще небудетиметь никакогозначения!
– Это самоубийство, Тристан. Для тебя и для королевства.Тыдолжен это понимать.
– Я думал, ты послушаешь меня, - сказал он. – Я думал, что если я скажу тебеправду…
– Я слушаю тебя, - сказа она. – Но ты не понимаешь, как всё серьёзно, - Тристан, которого она знала, не был убийцей. Но она понимала, что на самом деле не знала Тристанавообще.
– Конечно, понимаю! Он убил моих родителей,Аврора.
– Не называй меня так. Несейчас.
– Почему нет? Ты же не Мышка. Девушка, которую, как мне казалось, я хорошо знал… Ей всё равно. Или ты бы предпочла, если бы я поклонился и назвал тебя Ваше Величество?
Она смотрела на него и чувствовала, как в нём закипает ярость.
– Думаю, ты ошибался. В конце концов, я лишьглупаяпринцесса.
Она потянула дверь, но он вновь заговорил, прежде чем она что-то сделала.
– Тыделаешьошибку.Я не смогу защититьтебя.
Она засмеялась. На самом деле, это не было смешным, но его прощальные слова, наполовину предупреждение, наполовину угроза, которые сводились исключительно к её безопасности и с помощью которых он пытался ей манипулировать… Это было слишком больно, чтобы оставаться серьёзной.