Грешные дела
Шрифт:
– Спасибо, - сказала она. – Это было бы прекрасно, -когдаона была маленькой, она представляла, как скачет по полям, ныряет под деревья и перепрыгивает ущелья, каквсегдаделали герои в книгах. Ветербудетхлестать её волосы, грязь брызгать на платье, и онабудетсмеяться, свободная и неуловимая. Может быть, не все мечты полностьюутрачены.
Она соскользнула с лошади.
– Тыне хочешьпопробовать?
– О…Я… Я слишком высок… Онаулыбнулась.
–
Он положил руки на шею лошади, следя за нею неясными глазами, и немного покачнулся. Он вдохнул, словно взывал к мужеству, а после перекинул ногу через спину лошади и присел на неё, как рыцарь-переросток. Даже с подогнутыми коленями его ноги стояли на земле.
– Надо вложить ноги в стремена, - сказала Аврора. Он кивнул и прижал колени кгруди,сжимая пальцы на металлическом кольце по обе стороныотлошади. Движение заставило лошадь покачнуться вперёд и назад, иРодриксхватился заверёвку,которая служилавожжами.
Аврора ничего не могла с собой поделать. Он был так смешон, детская игрушка была в два раза меньше его, а он так неловок и смущён… она хихикнула. Родрик поднял на неё взгляд и улыбнулся.
– Явыгляжуглупо?
– Не то слово, - сказала она, - но, думаю, не так уж и ужасно. Должно быть, Франкворсу было одинокоодному.
– Франкворсу?
Она пожала плечами.
– У лошади должно быть имя. Это было в книге, а для меня-пятилетней это казалось достаточноцарственным.
Родриккивнули вновькачнулсяна лошади. С его неустойчивым сидением, принц почти перелетел через голову лошади – он схватился за гриву как раз вовремя и вскочил на ноги с нервнымсмешком.
– Может быть, я составлю ему компанию наполу.
Давление в груди Авроры вернулось, как только его ноги коснулись земли. Без лошади, без фокусов в разговоре он вновь был неловким и неуклюжим, и это усугубляла память о мгновенных глупостях. Он покраснел ещё сильнее, осмотрелся, пытаясь отвернуться от Авроры.
– Это было твоей игровойкомнатой?
– Да,-Авроравзялакуклусостулаисела.–Япровелатутмноговремени.
– Трудносебе это представить, - сказал Родрик. – Ты - маленькая девочка… Аврора посмотрела на куклу в своей руке. Она всё ещё была состеклянными
глазами. Те смотрели на принцессу как-то обвиняюще.
– У меня не было друзей, так что я проводила много времени одна, - она провела пальцами по волосам куклы, пытаясь вспомнить ощущение гладкости, которая протекала сквозь пальцы, какшёлк.
Родрик всё ещё стоял рядом с лошадью, его высокая фигура была так неуместна среди девичьих игрушек. Теперь он смотрел в пол. Их шаги оставили в пыли следы. Она собралась
– У тебя была игровая комната? – спросилаона. Родрик покачалголовой.
– Питомник и несколько игрушек, но… папа хотел, чтобы я скорее вырос. Это были мечи и лошади. Не то, чтобы я в чём-то былсилён…
– Нет?
– Я не должен говорить тебе об этом, - сказал он. –Ты будешьхуже обо мне думать.
– Небуду,- это было правдой. Что-то былоглубокочеловеческое в долговязом, краснеющим принце, что делало егокудасильнее, чем любая богоподобная фигура нагобелене.
– Явсегдаронял меч на занятиях. Одно столкновение, и он вылетал из моих рук. И я раньше боялся лошадей. Реальных, я имею ввиду.Они кусали меня,когдая пытался ездить. Думаю, мой папа специально давалподлых.
– Твой отец… - она замолчала, подбирая правильные слова. Она не знала, как сказать о его жестокости, не оскорбив Родрика или не дав ему повод уйти. – Он кажется оченьстрогим.
– Онхотелбыть таким сильным, как есть… -Родрикпровёл рукой по спине лошади, дёргая рыхлые нити седла. – Яникогдане оправдывал егоожидания.
– Это не может бытьправдой.
– Правда. Яникогдане былбойцом.
– Борьба – не единственный способ показать своюсилу.Уверена,твой папазнает
это.
– Нет,-покачалголовойРодрик.–Тольконеон.Нояусердноучился.Онвэтом
уверен. Надеюсь, я сделал достаточно, чтобы быть хорошим королём.
Аврора склонила голову, внимательно рассматривая его - парня с каштановыми волосами и длинными тонкими ногами. Он не был похож на короля. Но и она не всегда выглядела принцессой.
– Твой отец стал королём десять лет назад, - промолвила она. – Но он готовил тебя к правлению и доэтого.
Если Родрик заметил, что она сменила тему, то не стал этого комментировать.
– Папасчитает,что есть только один способ поведения мальчика – быть благородным, как принц. И он был советником короля многолет,во время всех голодовок, восстаний и всех прочих кошмаров. Сила и знания, как он думал, помогут мневыжить.
Аврора вновь пробежала пальцами по волосам куклы. Её руки дрожали.
– Тогдавсё и вправду было такстрашно?
– Я многого не помню, -сказал Родрик. – Папа стал королём,когдамне было восемь, так что проблемы… родители пытались скрыть ихотменя. Но я помню, что боялся.Когдамне было шесть, случилось восстание. Помню, как смотрел из окна в замке и увидел пылающий город, сотни людей, которые заполнилиулицу…Они столпились вокруг замка и стучали в двери,кричали…