Грешные дела
Шрифт:
Аврора посмотрела на него в замешательстве, и он в ответ рассмеялся.
— Я забылся, конечно, Аврора. Ты любишь принца Родрика. Вы обречены жить долго и счастливо и иметь много золотых детишек, которые сядут на трон.
Она отвернулась, напрягаясь от неловкости и досады.
— Если ты пригласил меня сюда для того, чтобы поиздеваться…
— Издеваться? Какое оскорбление для бедного Родрика! Я лишь описывал сказку.
Стук в дверь спас Аврору от ответа. Финнеган подошёл, чтобы открыть её. Служанка стояла на пороге, волосы её были алы
— Я принесла завтрак, милорд, если вам угодно.
— О, да, Сильвия, — кивнул он. — Поставь. Такая прекрасная девушка, как ты, не должна стоять на пороге.
Горничная покраснела от корней волос до кончика носа. Неотрывным взглядом Финнеган следил за нею, когда она ставила поднос на стол и приседала в реверансе.
— Ты всегда смущаешь всех девушек? — спросила Аврора, как только служанка ушла.
— Только счастливиц, — он сел в кресло у стола. — Присаживайся. Позавтракай со мной. Обычно завтрак подразумевает что-то другое, но я готов позволить ему измениться. Ешь. Расскажи что-нибудь о себе.
Она не двигалась.
— Уверена, ты всё обо мне знаешь.
— По рассказам? Мама всегда мне говорила: «Не верь всему, что слышишь в сказках». Я бы предпочёл получить информацию из первоисточника. Почему, думаешь, я тут? Шансы Родрика разбудить тебя были минимальными, но я хотел быть рядом на всякий случай. Хотел встретиться с тобой при первой же возможности, — когда она не присела, он добавил: — Если не хочешь рассказывать мне о себе, может быть, поговорим обо мне? Хотелось бы знать, что такая честная девушка думает обо мне.
— Я едва тебя знаю.
— О, принцесса… — усмехнулся он. — У нас были возможности пересекаться прежде. Зачем вновь даровать такую холодность?
Она нахмурилась.
— Ты смешон и высокомерен! — заявила она. — Некий чужоземный принц, который издевается и унижает меня удовольствия ради.
— Продолжай. Первое впечатление очень важно.
— Ты легкомысленен и неуважителен, не понимаю, почему Айрис хотела встретиться с тобой.
— Видишь? Разве правда не прекрасна? Поверь, Айрис тоже так думает, и, будь её воля, меня бы тут не было. Но она этого не сделает, — он отломил кусочек от булочки. — Я слишком важен, чтобы меня игнорировать. Настолько, чтобы делать то, что хочу. Неизвестный, кажется, тебе урок. Или ты не так важна, как они утверждают?
Она заставила себя сохранять нейтральное выражение лица и села в кресло напротив него, высоко подняв подбородок.
— Я важна, — сказала она. — Можешь сказать, достаточно ли?
— Это будет трудно, — протянул он. — Ты ни слова о себе не рассказала. Если бы ты помогла мне понять тебя-настоящую, это было бы неплохой опорой.
— Нет.
— Прекрасно. Попробуем придумать самостоятельно, — он наклонился вперёд, и его взгляд прошёлся по её коже. — Ты сыта по горло, — сказал он, — вынуждена быть кроткой и прекрасной, но в тебе есть пламя, есть жестокость, уверен в этом. Ты хочешь приключений. Все
Она сглотнула, пытаясь не смотреть в его сторону.
— Ты не знаешь, о чём говоришь.
Он поднял брови.
— Ложь не красит тебя, — он отломил ещё кусочек, а напряжение между ними слегка потускнело. Аврора посмотрела на свои руки, которые держала на коленях. — Ты бы подошла Ванхельму, — сказал он. — Это не похоже на здешние места. Всего лишь небольшое море между нами — и миры уже так сильно начинают отличаться. Эти башни позорят здания, Аврора. Когда вы расползаетесь по земле, мы рвёмся к небу, скрываясь на маленьких клочках земли, которые не трогают драконы.
— Драконы? — она затаила дыхание. Драконы были порождением книг, легенд и мечтаний древности. Они не существовали, пока существовала Алиссайния, а может и раньше, и не врут ли и вовсе мифы?
— О, да, — сказал он. — Ты не знала? Они проснулись пятьдесят лет назад. Как ты. Они вышли из гор и превратили в пепел половину моего царства. Почему, думаешь, ваши король и королева нас так боятся? Мы ведь поняли, как приручить этих существ… — он усмехнулся. — Это так взволновало тебя, Аврора?
Существа из легенд, которые не имели никакого права на существование, сейчас жили и дышали. Конечно, она была взволнована!
— Почему? — спросила она. — Как же они проснулись?
— Никто не знает. Хочешь узнать? Если ты отправишься со мной, мы сможем подумать над этой историей. Но это не сказочная чепуха. Сердце колотится от опасности и пламени.
Хуже всего было то, что предложение звучало заманчиво. Просто оставить всех. Оставить принца Родрика и ответственность, сбежать и увидеть всё, что она не видела. Она почувствовала прилив гнева и ярости за эти попытки её заинтриговать, злилась и на себя за то, что позволила это сделать.
— Ты так увлечённо меня соблазняешь! — воскликнула она. — Неужели ты настолько некомпетентен, что для того, чтобы меня заинтересовать, тебе нужно упоминать фантастических зверей?
— Заинтересовать? Моя мама была бы рада, если бы я это сделал. У нас есть общие предки, знаешь. Поэтому так весело тебя дразнить, — он подошёл ближе, — недостойные мужчины правили Алиссайнией после смерти твоего отца. У моей семьи куда больше прав. Мы хотим объединить два королевства, привести некоторые наши достижения в отсталую область, отыскать новые земли для строительства. С тобой, конечно, всё будет куда проще, если ты пожелаешь этого союза.
— Имеешь в виду, если я предам свой народ.
— Предать — это так резко, — промолвил он. — Если ты поддерживаешь короля Джона, мы можем научиться жить с таким порядком вещей. Мы хотим помочь этой милой сказке. Однако, если когда-нибудь ты немного разочаруешься…
— Я поддерживаю его! — сказала она так быстро, как только сумела.
— Твоё лицо не даёт тебе соврать. Ты должна начинать носить маску, если хочешь быть более убедительной.
Она встала, оставив еду нетронутой.