Грешные дела
Шрифт:
Эндрю отправил последнюю пару, и Аврора положила с улыбкой единорога на стол.
— Позор! — хмыкнул Финнеган. — Весь двор проиграл новичку. Думаю, я вновь буду наслаждаться этим.
Аврора нахмурилась. Выиграл он, а не она.
— Я устал от игры, — сказал Киль. — Почему бы не сыграть в другую?
Александра посмотрела на Аврору.
— Ты знаешь игры, принцесса? Ты же играла во что-то прежде.
— Да, что-то старомодное!
— Боюсь, — сказала королева, — Аврора научит вас в другой раз, — она стояла за стулом Авроры, хотя та не знала, когда она подошла. — Я должна украсть её
— В другой раз, хорошо, — кивнул Финнеган.
Королева улыбнулась.
— Пойдём, Аврора, — сказала она.
Аврора встала и последовала за нею через всю комнату.
— Я предупреждала тебя, что следует держаться от него подальше, — пробормотала Айрис, когда они вышли из слуха. — Не позволяй ему обмануть тебя.
— Мы играли в карты.
— Финнеган ничего не делает просто так. У него есть свои мотивы, поверь мне.
Женщины за вышивкой покосились на них, когда они приблизились, но лишь улыбнулись и закивали. Королева указала на пустой стул, а после села, взяла кусок грубого хлопка и передала его Авроре.
— Практикуйся, моя дорогая, — сказала она, — мы оценим твои навыки и увидим, как это можно использовать.
— Я не умею… — тихо промолвила Аврора, взяв иголку с тканью в руки. Румянец вернулся на её щёки. — Иглы… Мне не позволяли…
— Тогда пора научиться, — сказала королева. — Можно больше не бояться уколоть себе палец.
Иголка казалась холодной и слишком тонкой.
— Да, Ваше Величество.
— Вышей своё имя, — сказала она. — Мы научим тебя, когда увидим ошибки. Проклятья не длятся вечно, моя дорогая.
Аврора перебирала материал, пытаясь пробить его иглой. Ткань зацепилась, она потянула сильнее, наклонилась пониже. Женщины вновь стали говорить о придворных и гостях на свадьбе, и Аврора надавила на иглу пальцем, потянула его вперёд и назад. Слишком тупая игла, чтобы принести вред.
Она взглянула на карточный стол, где велась другая игра. Финнеган сменил место и смотрел на неё и королеву. Он смотрел на неё поверх своих карт, приподняв брови.
Она вновь уставилась на ткань, но всё ещё слишком долго чувствовала этот взгляд.
Глава 9
Когда в ту ночь Аврора пришла в «Танцующий единорог», Тристан стоял у стены у входа, крутя монету в пальцах. Он улыбнулся, как только увидел, что она подошла.
— Мышка! — воскликнул он. — Ты тут. Мне показалось, ты придешь слишком поздно.
— Поздно? Зачем? Чтобы стоять тут?
— Лучше! Ты знаешь о ночной ярмарке на Базарной улице? — он держал монету между большим и указательным пальцем, словно символ торжества. — После того, как я вернулся прошлой ночью, Долорес решила сделать меня ужасно хорошим. Рада видеть меня с такой красавицей, как сказала она. Хотела, чтобы я мог сделать что-то особенное… — он улыбнулся и подбросил монету. — Кто я такой, чтобы отказать старой женщине? Так что, мы идём?
Конечно, она хотела пойти. Но Аврора склонила голову, словно задумавшись над предложением.
— Не уверена, — сказала она. — Что за ночь?
— Это очень интересно! — воскликнул он. — Больше всего повеселиться можно именно там. Жонглёры, пожиратели огня, гадалки, музыка… И, думаю, где-то там будет Крапива.
— Тебе
— Не-а, у меня свободная ночь. Естественно, Нелл не планировала давать её после моего вчерашнего побега, но у неё доброе сердце. Вот я и обещал отработать денёк где-то на неделе. Так мы идём? — он предложил ей взять себя под руку, и Аврора тут же воспользовалась этим предложением.
— Ладно, — кивнула она. — Веди.
Они шли не тем маршрутом, которым шли до этого, а через ткацкие переулки, пока не оказались не переполненной улице. Башни замка выглядывали над крышами домов. Когда Аврора и Тристан двинулись вперёд, они попали в толчею, но быстро вошли в ритм толпы, и каждый шаг диктовался людьми спереди и сзади.
Дорога вела к широкой площади, переполненной людьми. Рыночные киоски выстроились по обе стороны улицы, освещённой фонарями и украшенной цветной тканью. Бумажные гирлянды висели между деревьями. Воздух был наполнен шумом, люди смеялись и кричали, работали на мостовой, устраивали разборки с продавцами, пели и спорили, пока они проходили мимо.
— Тут так каждую ночь? — спросила Аврора.
Тристан рассмеялся.
— Конечно, нет. Только раз в месяц это занимает всю площадь, снизу доверху. Фестиваль луны!
— Фестиваль луны? Звучит по-ведьмински, как по мне!
— А что, идея, — хмыкнул Тристан. — Всё ради принцессы. Предполагаю, они думали, что этот гром наконец-то её разбудит. Хорошее оправдание для всего этого, пока она спала.
— А нужно оправдание?
— Надеюсь, нет, иначе придётся придумывать другое.
Рынок был переполнен замечательными вещами — кипы ткани, маленькие медные статуэтки, вазочки и шали, ожерелья, и всё так блестело при свете фонарей! Один киоск был завален книгами: рваными старыми томами в коже и бумаге, скреплёнными между собой. Всё это накренилось под таким углом, что казалось, будто любое движение заставит книги упасть. Один ряд уже упирался в гору книг, лежащих рядом с ним. Женщина рылась в нём, выдвигая томики практически наугад, глядя на названия, а после бросая их на вершину. Аврора наклонилась ближе, и ей так хотелось перелистнуть страницы.
Тристан проследил за её взглядом.
— Ты любишь книги? — спросил он.
— Да, — кивнула она. — А ты?
— Не особо. Папа научил меня читать, говорил, что это важно, но книги не так уж и часто попадались мне в руки. Я словно… Заржавел.
— Лучше тебе попрактиковаться, — она протискалась между другими людьми, пока не достигла стола. Она схватила первую книгу с мягкой бумагой, связанную струной. «Окольные пути Дана и Сокровище Араки», — гласило название. Некоторые страницы стремились выпасть.
— Мне нравилось это в детстве, — наконец сказал Тристан. — Когда я ещё мог держать её в руках.
— Никогда не слышала.
— Ты никогда не слышала об окольных путях Дана? — Тристан прижал руку к сердцу, словно был ужасно шокирован. — Он самый предприимчивый человек во всей Алиссайнии. Есть пятьдесят книг о нём… Сотня! Я думал, что ты любишь читать, Мышка.
— Я никогда с этим не сталкивалась, — она открыла книгу. Текст был грубо распечатан, нечёток местами, с грубыми очертаниями рисунков, по одному на несколько страниц. — И это о его приключениях?