Голубые дали
Шрифт:
Александр Лукьянов стал первым героем в 159-м истребительном авиационном полку и одним из первых Героев Советского Союза, удостоенных этого почетного звания в самом начале Великой Отечественной войны.
На фронтовом аэродроме, перед строем полка, Лукьянову в торжественной обстановке вручили Золотую Звезду Героя и орден Ленина — высшую награду Родины.
Известный ленинградский поэт-фронтовик, ныне лауреат Ленинской премии Александр Прокофьев посвятил герою свои стихи.
Ему ль отваги занимать, Он мстит за все свое, Он любитЭти проникновенные слова поэта в трудную годину вдохновляли многих воинов на славные боевые дела. Люди становились под знамена партии и, не считаясь ни с какими трудностями и лишениями, побеждали врага.
В Архиве Министерства обороны сохранилось дело по приему в партию летчика Лукьянова Александра Михайловича. В своем заявлении в партийное бюро полка в январе 1942 года он писал:
«Прошу партийную организацию 159-го истребительного авиационного полка принять меня в члены ВКП(б). Я считаю себя вполне подготовленным быть в рядах нашей славной партии большевиков и под ее знаменем буду беспощадно громить ненавистных врагов советского народа — немецких фашистов, напавших на нашу Родину».
В то время наиболее отличившиеся в боях воины по постановлению Центрального Комитета партии от 19 августа 1941 года принимались в партию с меньшим кандидатским стажем. Членам партии разрешалось давать рекомендации вновь вступающим в партию и в том случае, если они их знали по совместной работе менее одного года. Прием в партию производился непосредственно на заседании бюро первичной парторганизации и партийной комиссии при политотделе, минуя общее партийное собрание.
По этому постановлению Центрального Комитета приняли в партию и Александра Лукьянова.
На заседании партийного бюро, которое проходило во фронтовой землянке, зачитали рекомендации коммунистов и боевую характеристику, подписанную комиссаром полка.
Вот краткое содержание партийных рекомендаций.
«Лукьянов геройски сражается с врагом. Рекомендую принять его в члены партии и несу за него полную партийную ответственность», — писал член партии Мизоренко Т. А.
Коммунист Путярин И. В. в своей рекомендации отметил: «Знаю Лукьянова как человека, преданного нашей партии, грамотного и отличного летчика».
«За время боевых действий Лукьянов проявил себя беззаветно преданным нашей Родине воином», — говорится в рекомендации члена партии Зотова П. Д.
Получая из рук начальника политотдела партийный билет за № 4466923, Лукьянов говорил:
—
И слова у летчика-коммуниста не разошлись с делом. В последующих боях он мужественно и храбро продолжал сражаться с фашистскими захватчиками.
За первые месяцы войны летчик совершил более 150 боевых вылетов, участвовал во многих воздушных боях.
На его боевом счету появилось немало сбитых самолетов противника. А в одном из боев, когда полк перебазировался на новый аэродром, Лукьянов сбил два фашистских «Хейнкеля-113».
Сослуживцы Лукьянова, много раз летавшие с ним на выполнение боевых заданий, не раз были свидетелями его славных подвигов, они учились у него мужеству и отваге.
БОЕВЫЕ ДЕЛА
В августе сорок первого года Лукьянову с группой летчиков приказали сопровождать бомбардировщиков «СБ» в район станции Серебрянка. По данным разведки, там были сосредоточены крупные наземные силы противника. Их требовалось уничтожить.
Истребители с честью выполнили это задание. Сопровождаемые ими бомбардировщики точно пришли на цель и разбили логово врага. Готовившееся крупное наступление фашистов на этом участке фронта было сорвано.
На обратном пути, неподалеку от станции Луга, советские самолеты встретились с большой группой «мессершмиттов». Фашисты пытались остановить наших летчиков, надеясь на свое превосходство в силах.
Лукьянов и его боевые друзья смело вступили в воздушный бой с гитлеровцами, чтобы отвлечь их внимание от сопровождаемых бомбардировщиков.
Искусно маневрируя, юркие истребители наносили фашистам чувствительные удары. Один «мессер», получив в бою повреждение, пытался удрать. Лукьянов заметил это. Быстро развернувшись, он послал по врагу длинную пулеметную очередь. Фашист, объятый пламенем, врезался в землю.
Воздушный бой все больше разгорался. Через несколько минут еще два «мессершмитта» не выдержали, отвалили в сторону. Лукьянов бросился преследовать их. Севернее озера Череменецкое он снова атаковал фашистов. Вскоре еще один вражеский самолет с дымящимся мотором нырнул в озеро. Другому фашисту удалось уйти.
В этом бою было сбито четыре «мессершмитта». Наши бомбардировщики и истребители сопровождения без потерь вернулись на свой аэродром.
Когда Лукьянов, посадив самолет, стал выбираться из кабины, летчики снова тепло поздравляли его с победой. Они сердечно завидовали ему, а командир неспроста говорил авиаторам:
— Учитесь у Лукьянова бить врага. Берите в пример его находчивость, мужество и отвагу.
— Значит, не зря я тебя рекомендовал в партию, — заметил Лукьянову присутствовавший на летном поле коммунист Мизоренко.
— Все мы служим Советскому Союзу, — улыбнувшись, ответил Александр. — Пусть знают гитлеровцы, с кем имеют дело.
— Особенно здорово Саша дал тому фрицу, который нырнул в озеро, — заметил кто-то.
— Он хотел перехитрить меня, — тихо проговорил. Лукьянов, — а сам попал в прицел. Ну и пусть ловит рыбу.
В боевой жизни героя был и такой случай. Сопровождая однажды бомбардировщиков в район города Чудово, летчики Лукьянов, Белов, Кутявин и Аненков вступили в бой с большой группой «хейнкелей». Схватка была короткой, но жаркой. На землю упало несколько объятых пламенем вражеских машин. Не выдержав сильных атак советских истребителей, гитлеровцы стали отходить с набором высоты. Наши летчики неотступно преследовали их.