Голубые дали
Шрифт:
«Вот она какая, Москва-то, — с восхищением думал про себя Саша. — У нас в деревне не так. Людей почти не видно. Машины проезжают редко. А трамваев совсем нет».
Постепенно Саша стал привыкать к городской жизни, подружился во дворе с мальчиками. Но за ворота все еще боялся выходить, просил ребят играть во дворе».
Однажды над домом, где он жил с матерью, пролетел большой самолет. Саша так же, как, бывало, в деревне, закинув голову кверху, долго смотрел на тяжело гудящую машину.
— Это «тэ бэ три» полетел! — закричали бойкие мальчишки.
—
— Разве ты не знаешь? Это тяжелый бомбардировщик конструктора Туполева.
— Значит, бомбардировщик, — протяжно повторил Саша. — А истребители тут летают?
— Летают. Вот поживешь, увидишь.
Однажды мать разбудила Сашу раньше обычного:
— Ну, мальчик, давай одеваться. Сейчас пойдем в школу.
И вот Саша в просторном коридоре Десятой средней школы на Разгуляе. Мальчики и девочки окружили его, расспрашивая, кто он и откуда.
Подошла мать с учительницей.
— Здравствуй, Саша, — поздоровалась с ним учительница. — Проходи в класс, скоро начинается первый урок.
Московская школа Саше понравилась. Здесь он познакомился с ребятами, которые занимались в кружке юных авиамоделистов. Саша присматривался, как они мастерят маленькие модели планеров и самолетов и во дворе запускают их в воздух.
В седьмом классе Саша сам стал строить модели самолетов. Вначале его постигали неудачи: маленькие самолетики, поднимаясь в воздух, тотчас же падали на землю и разбивались. Но он не огорчался и настойчиво добивался своей цели — построить такую модель самолета, которая полетит.
С помощью ребят школьного кружка юных авиамоделистов Саше удалось соорудить маленькую модель самолета с бензиновым моторчиком.
— Вот уж эта-то машина полетит! — радовался он. И она действительно полетела.
В школе кроме кружка юных авиамоделистов работал стрелковый кружок. Мальчики увлекались стрельбой из малокалиберной винтовки. Любил стрелять и Саша. На школьных соревнованиях он часто получал грамоты.
В дни авиационных праздников Саша любил ездить с ватагой ребят в Тушино. Мальчик с затаенным дыханием смотрел, как стальные птицы переворачивались в воздухе вверх колесами, крутились через крыло, делали мертвые петли. И когда возвращался домой, с восторгом рассказывал обо всем, что видел на параде.
Окончив семь классов средней школы, Саша поступил в ФЗУ при ЦАГИ. Там он учился на медника. А в свободное от занятий время стал изучать теорию авиации.
В институте ему не раз случалось встречаться с крупными специалистами по аэродинамике. Они рассказывали любознательному пареньку об этой сложной науке.
— Но лучше вы, молодой человек, — советовали ему, — начните свой путь в авиации с аэроклуба.
Когда Сашу пригласили в Кировский райком комсомола за получением комсомольского билета, он спросил у секретаря райкома:
— А могу ли я поступить в аэроклуб?
— Конечно можете, если медицинская комиссия признает вас годным к службе в авиации, — ответил
…И вот учеба в ФЗУ окончена. Получив специальность медника четвертого разряда, Саша пришел работать на военный завод. Здесь, в рабочем коллективе, юноша как бы повзрослел, полюбил свою новую профессию, увлекся авиационной техникой. Он не любил сидеть без дела даже и тогда, когда возвращался с завода домой: все что-нибудь мастерил.
Мать иногда бранила сына, посылала погулять. А он отвечал:
— Подожди, мама, мне сейчас некогда гулять. Думаю построить модель самолета-истребителя, который делал над тушинским аэродромом мертвые петли. Я читал в книге, что все большие летчики и конструкторы начинали свой путь в авиации через авиамоделизм.
На завод молодой рабочий Лукьянов приходил рано. До начала работы заходил в курилку, хотя сам не курил. Ему хотелось познакомиться здесь с ребятами, которые учились в аэроклубе.
Саша завидовал им и расспрашивал про занятия на аэродроме. Особенно ему нравилось, когда учлеты появлялись на заводе в авиационных шлемах и синих летных комбинезонах. Они выглядели в них как-то по особенному молодцевато.
Вскоре Саша написал в комсомольскую — организацию заявление:
«Прошу командировать меня на учебу в аэроклуб без отрыва от производства, я очень хочу научиться летать и быть военным летчиком.
Вместе с Лукьяновым решили поступить в аэроклуб молодые рабочие Толя Карих, Вася Старостин и Коля Антипов.
Через несколько дней юноши проходили медицинскую комиссию. Первым пошел к врачам Саша Лукьянов. Врачи внимательно осмотрели его, прослушали и объявили:
— К службе в авиации годен.
Лукьянов чуть не подпрыгнул от радости.
Толя Карих тоже прошел в авиацию. У Коли Антипова признали слабое зрение и совсем было отвергли его кандидатуру.
Саша пошел с ним к другому врачу, и Антипов получил справку, что зрение у него хорошее.
— Значит, и врачи ошибаются, — говорил Антипову Лукьянов. — Но ты все же займись своими глазами. А то, чего доброго, они могут тебя подвести, когда будем поступать в военную летную школу. Там требования куда выше, чем при поступлении в аэроклуб.
…Подмосковный аэродром. Сюда будущие авиаторы приехали летом 1937 года. Поначалу для них все было интересно и в то же время многое непонятно.
На стоянке, вытянувшись цепочкой, стояли в ряд учебные самолеты У-2. После войны их стали называть По-2. По тому времени это была очень хорошая учебная машина. Во время войны самолеты У-2 использовались как ночные бомбардировщики и разведчики. Немцы называли их «рус фанер». Но наши летчики здорово бомбили с этих самолетов фашистов.
Поодаль от учебных самолетов неподвижно лежали на земле привязанные к колышкам тупорылые планеры.