Голубые дали
Шрифт:
«Знамя бауманцев, — писал после войны командир полка, — всегда напоминало личному составу нашей части о неразрывной связи воинов с трудящимися нашей Родины, о единстве фронта и тыла».
Рассказывая прибывающему пополнению об этом Знамени, командиры и политработники напоминали молодым воинам о Герое Советского Союза А. М. Лукьянове, о его славных боевых делах. Это вдохновляло авиаторов на замечательные подвиги во имя нашей любимой Родины.
Шефское Знамя прошло по дорогам войны тысячи километров. Теперь оно бережно хранится в Центральном музее Советской
И всякий раз при выносе шефского Знамени люди снова и снова вспоминают бессмертное имя героя.
На самолетах с именем Лукьянова били врага многие летчики, проявляя при этом мужество и отвагу.
Вот один из таких эпизодов.
Молодой летчик комсомолец Сергей Филиппов однажды в паре с младшим лейтенантом Смирновым патрулировал над важным военным объектом на берегу Волги. После взлета им был передан приказ с командного пункта:
— Девять бомбардировщиков противника на большой высоте подходят к объекту. Атакуйте!
— Есть, атаковать…
Истребители приготовились к атаке. И как только фашистские самолеты вынырнули из облаков, их встретил дружный огонь наших летчиков.
Врезавшись в боевой порядок «юнкерсов», Филиппов и Смирнов почти в упор расстреливали гитлеровцев.
Фашисты пытались маневрировать, но Филиппов и Смирнов быстро разгадывали их уловки.
— Сережа! Дай очередь по фашисту, что зашел левее тебя! — кричал в наушники Смирнов. — А я разделаюсь с тем, который правее!
Филиппов форсировал мотор, сделал разворот и послал длинную очередь по «юнкерсу». Мгновение, и фашист свалился на крыло, а затем рухнул на землю.
Другого «юнкерса» сбил первой очередью Смирнов.
Потеряв два самолета, фашисты стали уходить в облака.
На высоте 2500 метров наши летчики снова подошли на близкое расстояние к вражеским бомбардировщикам. Избрав цели, они бросились на них в атаку.
Фашистские асы, почувствовав, что им не уйти от огня советских истребителей, резко пошли на снижение. Бомбовый груз они вынуждены были сбросить на голое поле.
Но это не спасло их. Филиппов и Смирнов продолжали преследование. На двадцать пятой минуте Филиппов сбил еще одного «юнкерса».
Четвертый бомбардировщик загорелся в воздухе от меткого огня Смирнова.
— Четыре ноль в нашу пользу, — прозвучал по радио зычный голос Филиппова.
— Хорошо, Сережа, хорошо, — радовался Смирнов. — Но мне хочется еще одного фашиста вогнать в землю.
И свое слово он сдержал. Нагнав еще одного «юнкерса», Смирнов дал по нему меткую очередь, и фашист, клюнув носом, полетел к земле, оставляя за собой длинный шлейф черного дыма.
В последующих боях летчик Филиппов сбил на истребителе имени Героя Лукьянова еще два самолета врага.
В 240-м полку, которому были переданы истребители, построенные на трудовые сбережения бауманцев, сражался с фашистами выдающийся советский летчик трижды Герой Советского Союза
После завершения битвы на Волге в часть стали прибывать новые самолеты Ла-5, построенные на трудовые сбережения горьковчан. Земляки знаменитого летчика попросили сделать на них надпись: «Имени Валерия Чкалова».
Один из новых самолетов командир закрепил за Кожедубом. Вначале он летал на нем на выполнение боевых заданий в паре с летчиком Габуния. Потом ему назначили в ведомые летчика Мухина. В первом же бою вместе с ним Кожедуб сбил одного «юнкерса».
Когда наши войска пришли в Румынию, там Кожедубу как лучшему летчику командир вручил новый самолет «Лавочкин». Машина эта была построена на личные сбережения колхозника Конева.
В письме на имя командира колхозник просил передать летчику, которому «вручат мой самолет, беспощадно мстить фашистам».
Кожедуб послал колхозному пчеловоду письмо:
«Позвольте заверить Вас, дорогой Василий Викторович, что я буду бить врага на Вашем самолете так, как приказывает Родина, как просите Вы. Сейчас у меня на боевом счету тридцать семь сбитых самолетов врага. Но это только начало мести фашистским захватчикам за убитых и замученных советских людей, за разрушенные наши города и села. О каждой своей победе над врагом буду Вам обязательно сообщать».
За одну только неделю Кожедуб сбил на истребителе колхозника Конева восемь самолетов врага.
Вместе с Кожедубом многие месяцы войны в этом полку храбро сражался с врагом дважды Герой Советского Союза Кирилл Алексеевич Евстигнеев. Они оба пришли в полк сержантами, рядовыми летчиками. Потом стали командовать эскадрильями. Между Кожедубом и Евстигнеевым на фронте завязалась крепкая дружба. Им приходилось не раз вылетать на выполнение боевых заданий. В трудную минуту они выручали друг друга.
Во фронтовой газете за 28 марта 1944 года была напечатана небольшая заметка, в которой рассказывалось о том, что в течение одного дня в трех воздушных боях 22 самолета «Лавочкин-5» из группы Евстигнеева и Кожедуба сражались со 156 самолетами врага и сбили девять самолетов противника. Два самолета сбил лично Кирилл Евстигнеев. Кожедуб в этом бою сбил еще один самолет врага.
На митинге полка, где были переданы боевым летчикам истребители с именем Лукьянова, авиаторы поклялись с честью выполнить наказ матери героя и всех жителей Бауманского района столицы.
И свою клятву они сдержали. Через некоторое время после того, как им были вручены самолеты москвичей, авиаторы писали:
«Дорогие товарищи москвичи! Вверенные вами самолеты находятся в надежных руках сынов нашей Родины. Грозные машины, на бортах которых написано имя Героя Советского Союза А. М. Лукьянова, несут смерть немецким фашистам.
Наша часть беспрерывно ведет боевую работу и беспощадно громит гитлеровцев. На личном счету наших летчиков числится много сбитых самолетов противника. В предстоящих боях мы также беспощадно будем бить врага до полного разгрома. Смерть немецким оккупантам!»