Гадюка
Шрифт:
Она отвернулась и крикнула мужчинам через дорогу.
— Не стойте вы там, помогите!
— Я сама могу отнести.
— Что? Зачем? — изумленно воскликнула София. — Они же просто стоят и пялятся.
София снова что-то закричала на этот раз на испанском, Кэти половину не разобрала.
— А почему их змея укусит? — полюбопытствовала Кэти.
— Если продолжат пялиться на твои tetas (9), их укусит
— Отнесите вещи в летний домик.
— ?Qu'e?(10) — один из мужчин уставился на Софию. — Но ведь...
— Не спорь.
София стукнула его в грудь.
— Луис, — указала она на одного мужчину, потом на другого. — Это Нето.
Потом повернулась к Кэти и тепло ей улыбнулась.
— А это Кэти. Она переезжает ко мне в летний домик. Она — учительница и друг Чуито. Нам всем следует вести себя хорошо.
Мужчины обменялись смущенными взглядами.
Кэти попыталась сгладить неловкость ситуации и протянула руку.
— Приятно познакомиться, Луис.
Луис пожал протянутую руку, затем склонил голову, неуверенно рассматривая собеседницу.
— Мне тоже приятно.
Кэти пожала руку и Нето. На руках обоих парней она заметила татуировку змеи.
— Спасибо, Нето, за помощь.
— В летний домик? — уточнил Нето. — Туда нести вещи?
— S'i, — подтвердила София. — Chica, дай им свои ключи, они отгонят машину в гараж, когда закончат.
— Эм, хорошо.
Кэти заглянула в машину, взяла свой телефон с пассажирского сидения и положила его в сумку.
— Ох, Луис, я же предупреждала!
Кэти обернулась и увидела, как София отвешивает Луису подзатыльник.
— Ему пора найти свою женщину. И поскорее.
София закатила глаза, а потом указала на Луиса.
— Отдай ему ключи, пусть займется делом.
Кэти передала ему ключи.
— Спасибо.
Луис кивнул.
— Без проблем.
— Аккуратнее с ее вещами, не разбросайте их.
— Где нам их поставить?
— Разберетесь.
София взяла Кэти под руку и повела к дому.
— Как замечательно было бы иметь еще одну женщину в доме, а то кругом одни мужчины.
— Я заметила, — согласилась Кэти.
Парни принялись доставать сумки из машины. Никогда прежде
— Вы напоминаете мне мою подругу Джулс Вэллингс.
София заулыбалась, открывая дверь.
— Чуито мне то же самое говорил. Нужно познакомиться с ней. Будет интересно.
— Скорее всего, вы возненавидите друг друга, — пробормотала Кэти, входя в дом.
— Чуито и это говорил.
София гостеприимно обвела рукой убранство дома.
— Mi casa es tu casa (11).
— У вас прекрасный дом.
Кэти обвела взглядом жилище ценой как минимум в миллион долларов. Сводчатые потолки, прекрасная мебель, все пространство вокруг наполнено светом и воздухом. На стенах дома висели фотографии, картины, цветные маски, восхитительные, захватывающие дух изображения острова. Ничего здесь не было обычным или непримечательным. Каждый уголок дома дышал жизнью.
— Он вам очень подходит.
— Чу купил его мне, — с гордостью сказала София.
— Должно быть, он вас очень сильно любит.
Кэти вспомнила крошечную квартиру Чу над офисом Джулс Вэллингс.
— Да, — однако голос Софии не был уверенным. — Но у него есть свои причины быть несчастным.
— Я знаю.
Кэти посмотрела на основную стену гостиной, которая была увешана различными фото. Юные лица Чуито, Маркуса и парня помладше. Он отличался от них комплекцией, был более хрупким и угловатым, тогда как парни уже в своем юном возрасте отличались мускулистыми телами и настороженными взглядами.
— Сожалею о вашем сыне и сестре.
— Если я стану грустить о них, мальчики продолжат винить себя, — прошептала София, глядя на фотографии над диваном.
— В этом доме нет места печали. Здесь мы счастливы. Ради Камиллы и Хуана. Они бы не хотели, чтобы Марк и Чу винили себя. Я уверена в этом.
Кэти почувствовала, как слезы заскользили по щекам, когда она перевела взгляд на еще один снимок. Маркус одной рукой обнимает женщину, невероятно похожую на Софию, может, менее яркую, зато с большими карими глазами, с теплотой смотрящими на сына.
Кэти посмотрела на Софию. Взгляд девушки был размыт из-за переполнявших глаза слез.
— Мне так жаль.
— Никаких слез.
София дотронулась пальцами до щек Кэти и вытерла мокрые дорожки.
— Женщины в этом доме не плачут.
— Почему? — сдавленно проговорила Кэти, пытаясь справиться с ужасным чувством потери.
— Мы сильнее их, — прошептала София. — Мы остаемся счастливыми несмотря ни на что, мы позволяем грустить им.